И Откроется Клад

Глава вторая. Ерёмка

Сибирь, начало XVII века.

— Ерёмка, язь те в душу! — надрывался старик. — Вот только попадись, бисов сын!

Ерёмка прятался в лопухах за амбаром. Как же, выйдет он! Дед сразу вицей огреет пониже спины, а у него там ещё с прошлого разу не зажило. Откуда ж ему знать-то было, что яйца, им в траве найденные, кура уже насиживать начала. Он обрадовался, на самовар кипящий сверху положил, чтобы сварились. А они как лопаться начали — весь любимый дедов самовар угваздали. Плохо только, что раньше вечера дома теперь появляться нельзя, а живот-то как подводит, кушать хочется! Ладно, он Клавдийку выловит во дворе, сестричка — душа добрая, вынесет из дома краюшку хлеба. А к вечеру и дед, глядишь, угомонится. Вспыльчив старик, да отходчив. Бабушка вступится, поворчит, правда: «у, басурманин».

Папаша их, Степан, новый дом выстроил, женился, да только для них с Клавкой в том доме места не нашлось. Так и жили у деда с бабкой. Ерёмка на жизнь у стариков не жаловался. Обидно было: ладно, он — приёмный, а Клавдийка-то — родная, мог бы взять её тятенька.

Так и рос в сибирской деревушке младший сын хана Кучума. А как подростком стал, особый у него дар выявился: любую лошадь мог объездить. Жеребцы — звери лютые, в его руках в послушных овечек превращались. А уж как верхом скакал! Сам Ерёмка зубоскалил:

— Слово я знаю заветное. Меня ему маменька, когда ещё несмышлёнышем был, научила.

Дед, ежели слышал, серчал, за плеть хватался:

— Опять врёшь, язь те в душу! Я вот те покажу — маменька научила!

А у самого нет-нет, да и промелькнёт мыслишка, может, и правда та лихоманка перед уходом, что шепнуть успела. А Ерёмка, смеясь, от деда отмахивался:

— Шуткую я, деда, нече лаяться!

Высокий, как лунь седой голубоглазый старик смотрел на приземистого черноглазого внука и удивлялся. Вот ведь как бывает — по крови не родной, а ближе всех к сердцу прикипел.

Любил дед внуку с внучкой о старине рассказывать. Как шли они в поход на Сибирь, как победил Ермак хана Кучума, как сам царь Грозный жаловал казачьего атамана. Ерёмка, помладше когда был, часто мальчишек собирал. Они в завоевание Сибири играли, но чтобы он непременно Ермаком был!

— Не зря же меня в честь него назвали, — заявлял мальчишка.

Подрос Ерёма, в пору вошёл. Деток с женой много нарожали. Только так повелось в деревне, что деток его все называть стали Ерёмины. А там и внукам-правнукам такая фамилия досталась.



Отредактировано: 05.07.2022





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять