И Откроется Клад

Глава шестая. Охотничья заимка

Когда добрели до домика, темнеть начало. Дёмка спутнику с коня слезть помог.

— Как звать-то тебя, — спросил.

— Я Матвей, охотник из Тобольска, проводником был, — ответил тот и без сил опустился на завалинку.

Дёмка домик обошёл, нашёл, где Гнедка устроить, а потом и внутрь заглянул. Давненько здесь нога человека не ступала, пыль вокруг. Паутина. Парень всё быстренько стряхнул, на лавку широкую лап сосновых набросал, да дерюжку здесь же найденную сверху — не баре, чать, переночуют.

На полке котелок нашёл, кресало, огонь разжигать. Около печурки дрова сложены.

Завёл он Матвея в дом, на лавку уложил. Печку растопил, а сам за водой отправился, приметил он недалеко ручеёк.

На мешок, да сундук, что в углу избушки стояли он и внимания не обратил — не до того.

Перекусили они теми запасами, что Дёмка в поход брал, чай из листа брусничного, да с можжевельником попили. Матвей уставал быстро, опять лёг и уснул. Дёмка коня напоил, избушку изнутри запер, да и сам прилёг.

Проснулся он рано, с первыми лучами солнца. Вышел, на кедр залез, а горы-то Кривые — вот они, рукой подать. Дёмка ещё подивился, как никто раньше на заимку-то не натолкнулся. Матвея решил не будить, пусть отсыпается болезный. Как проснётся, так и в путь двинутся, недалеко, идти недолго осталось.

Пока ждал, решил парень сундук с мешком осмотреть. В сундуке пушнины было много, меха все ценные, да только временем попорчены, видать, не один десяток лет пролежали.

А вот в мешке оказались золотые самородки — отборные средние да крупные, один к одному. Крепко задумался Дёмка, знал и за один самородок старателей убивали, а тут мешок. «Нельзя никому об этой находке говорить», — решил он, взгляд его упал на лоток для промывания золота, тут же в углу брошенный. И такая Дёмке мысль в голову пришла, что он аж заулыбался. Подумал: «Сложу ка я золото в сундук, да и закопаю вон под тем кедром. Место знаю, буду раза два в год приезжать, вроде как золото мыть, да и буду брать из запасов потихонечку. Скажу, что старателем заделался». Как задумал, так и сделал. Часть самородков оставил, остальное зарыл. Только управился, Матвей проснулся, видать было, что ему полегчало. Дёмка ему и говорит:

— Глянь-ка, пока ты спал, я в здешнем ручье золотишка намыл.

Лоток с самородками показал, а Матвей и не посмотрел, но сказал:

— Повезло, поздравляю.

Дёмка его равнодушию появился, а Матвей пояснил:

— Тятенька у меня старателем был, порешили их с маменькой лихие люди из-за золота.

— Так ты сирота, — уточнил Дёмка, и, когда Матвей кивнул, продолжил: — А поехали со мной, мне компаньон во как нужен, да и знающий кто, штоб с золотом не облапошили, когда сдавать буду.

— А и впрямь, — решился Матвей. — Ты меня спас и я тебе подмогну, да вот помощничек из меня сейчас никудышний.

— Ничё, поправишься! — махнул рукой Дёмка.