И Откроется Клад

Глава третья. Немка

Посёлки Кумак — Прииск-Кумак, Чкаловская (современная Оренбургская) область, весна-лето 1942 года.

Весь первый урок Вовка просидел как на иголках, его лучший друг Генка в школу не пришёл. Обычно мальчишки ходили в школу вместе, но сегодня Вовка ночевал у родни. Средняя школа находилась в Кумаке, а жили они с Генкой в посёлке Прииск-Кумак. Вот и приходилось каждый день бегать несколько километров. Ко второму уроку друг тоже не пришёл. На перемене Вовка отловил его брата Урала, ученика четвёртого класса.

— Где Генка? — спросил он.

— Да вон же идёт, — Урал показал пальцем на брата и побежал по своим делам.

— Ты где был? — кинулся Вовка к приятелю.

Генка сделал загадочное лицо и сощурил свои и без того узкие глаза. А затем выдал новость:

— Сегодня к нам в посёлок прибыли переселенцы. Немцев откуда-то с Волги переселили, чтоб у нас на золотом прииске работали. Потом им дома, бараки там построят, а пока к сельчанам подселили. К нам семью определили и к твоей бабе Лиде тоже.

Тут раздался звонок. Класс шумел, обсуждая новость. Учительница задерживалась. Вошла в класс она вместе с белобрысой девчонкой.

— Дети, это новая ученица Эльза. Эльза, садись рядом с Володей, — и учительница указала на пустое место рядом с Вовкой. С Генкой их давно рассадили из—за болтовни на уроках. Белобрысая направилась на указанное место.

— Не буду я сидеть с фашисткой! — заявил Вовка.

Девчонка с воплем: «Я тебе покажу фашистку», кинулась на Вовку, вцепившись в его форменную курточку. Оторвать её удалось только с парой пуговиц. Эльза никак не могла успокоиться:

— У меня отец — герой гражданской, в этих местах воевал, в Туркестанской армии, против атамана Дутова!

— Ты извини Вову, — потихоньку сказала девочке учительница, — им недавно похоронка пришла.

— Ладно, — буркнула Эльза и села рядом с Вовкой.

На перемене он обратился к девочке:

— Ты, это, извини, я же не знал.

— Хорошо, — сменила гнев на милость девочка. — А ты мне дорогу в посёлок покажешь? Нас к бабушке Лиде подселили.

— Так это же моя бабушка! — аж подпрыгнул мальчик. — Это вас к нам подселили, значит. Конечно, вместе пойдём.

Домой они отправились втроём.

— Какие здесь названия интересные, — сказала Эльза, — Кумак, Карабутачка.

— Про названия тебе Генка всё объяснит, он у нас историей увлекается, — заявил Вовка.

— Кстати, а почему у тебя имя русское? — спросила Эльза Генку.

Мальчик засмеялся и ответил:

— Меня зовут Кудайберген, означает это: данный богом. Бабушке Асель спасибо — удружила с именем! Но, с другой стороны, папа вообще хотел Совхоз назвать, лучше уж Кудайберген. Меня все Генкой кличут, даже бабушка. А что до названий, то всё просто. Вот смотри, Карабутак: «кара» — чёрный, «бутак» — приток, получается чёрный приток. А вот с рекой Кумачкой посложнее. Учитель объяснил, что это слово переводится, как «мелкопесчаная». А я думаю иначе: «кум» означает песок, а «ак» — белый, получается белый песок. А мои предки киргиз-кайсаки, так раньше казахов называли, вообще эту речку именовали Алтын Су, что значит: золотая вода.

— Это потому, что рядом золото добывают, — догадалась Эльза.

— Может, да, а может, нет, — у Генки как всегда была своя теория. — Может, «золотая» потому, что кочевники воду ценили дороже золота.

— Я же говорил — профессор, — Вовка подтолкнул Эльзу плечом, показывая на Генку, он явно гордился другом.

Когда до посёлка оставалось уже недалеко, Эльза сказала:

— Вова, я пришью тебе пуговицы. Зря ты меня фашисткой назвал. Будь я постарше, сама бы с ними воевать пошла!

— Ты же девочка! — возразил Вовка.

— А у меня тётя воюет, — вмешался Генка. — Она снайпер.

— Вот видишь! — заявила Эльза, почувствовав поддержку.

С этих пор троица стала неразлучной. Как-то, спустя два месяца, друзья бурно обсуждали прочитанную статью в газете, где говорилось о том, как один колхозник на свои деньги купил танк.

— А я знаю, где может быть клад! — заявил Вовка. — Дутовцы, когда удирали, золото с прииска похищенное спрятали. Много, пудов десять, а то и больше. Мне дед Илья рассказывал. Вот было бы здорово найти! Мы бы клад государству сдали, а на положенный процент танк бы купили для нашей армии, или, там, самолёт.

Когда Вовка был чем-то увлечён, он умел своим энтузиазмом заразить всех окружающих. Вскоре и Эльза с Генкой уже вовсю готовились к походу за кладом. Домашним было сказано, что они отправляются на рыбалку.

— А лопата зачем? — подозрительно спросила бабушка Лида.

— Дак, червей копать, — не растерялся внук.

— Ну, таскай, коли охота есть, только не потеряй, — прозвучало напутствие.

В нескольких местах кладоискателей постигла неудача, но Вовка не отчаивался:

— Вот тут, точно будет, я чувствую!

И правда, на очередном участке лопата обо что-то стукнула. Вовка начал быстро откапывать найденный предмет и вдруг крикнул:

— Элька, Генка, назад!

Он выскочил из ямы и, схватив за руки друзей, оттащил их на безопасное расстояние и только потом сказал:

— Там ящик снарядов. Надо бежать к дяде Грише — милиционеру, он сапёров вызовет. Вы с Элькой бегите, а я здесь подежурю, чтоб никто не подорвался.

Спустя некоторое время опасный участок оцепили. Снаряды оказались времён гражданской войны. Пока ждали сапёров из Орска, милиционер дядя Гриша, Вовкин сосед выслушал рассказ про клад и про танк, долго качал головой, а потом отправил ребятишек домой. Когда дети уже отошли, он их окликнул:

— Эй, кладоискатели, следующий раз, как копать надумаете, мне обязательно сообщите. Я заранее сапёров вызову!

Все четверо дружно рассмеялись.