И пятнадцати миров мало, чтобы найти себя

Человеческое счастье никогда не бывает постоянным

Felicitas humana nunquam in eodem statu permanet

Я думала, что уснула. Причем на коленях Люцифера. Так почему же сейчас чувствую под собой нечто больше напоминающее огромную кровать? Хотя, потому что это она и есть. Логично. Видимо, меня немного переместили.

Приоткрыла глаза, желая более детально рассмотреть убранство «адской спальни», что не удалось сделать в прошлый раз, как резко вспомнила, зачем именно ложилась спать. Вспомнила, потому что вместо ожидаемого интерьера был совершенно другой. Более нежный, но тоже достаточно темный и минималистичный. К своему ужасу, я узнала это место. Так я все же перенеслась…

Зло усмехнулась, резко почувствовав накатившую неприязнь и тоску. Почувствовав… Что?

—Твою мать, — Тихо выругалась я, поняв, что в этом месте моя кукольность дала сбой.

Было бы проще, если бы все осталось как более привычно. Безэмоционально то есть. Хочу вернуться. Кажется, нужно дождаться рассвета. Долго, луна только в зените. Посидела бы я здесь до нужного времени, но не могу позволить себе такую трусость. Нужно найти Данте и… поговорить.

Решительно встала, чуть пошатнувшись от столь резкого маневра. Откуда такая неприятная слабость? От перехода или… Все ясно. Видимо, в этом месте я лишь воплощение Александры, что не владеет силой Архангела. Ну, может это и к лучшему. Не убью своего несостоявшегося супруга в порыве злости. Ага, сказал лучший мечник континента.

А комната точно такая же, какой я ее делала. Если кто еще не понял, Данте у нас обитает в моем доме. То есть в особняке Александры Лерой. Место, в котором мы собирались жить вместе. Хоть и прекрасно знали, что такого времени не наступит. Грустно становится от тех воспоминаний, что мы вместе создали. И вместе разрушили. Хотя, разрушила их я.

Достаточно светлые кремовые стены, светлые потолки и пол. Из мебели только двуспальная кровать, на которой может на самом деле разместиться около трех-четырех человек, туалетный столик, большой шкаф на такой гардероб, которого у меня и как у принцессы не было, да небольшой столик с мягкими пуфиками-подушками на полу. Вот и все. Ничего лишнего. Хотела еще цветов понаставить везде, но они все быстро умерли. Буквально дня за два. Некоторые люди верят, что растения не могут жить в доме с плохой энергетикой. С пессимистичными хозяевами, злыми и так далее. Все про меня. Я же больше склоняюсь к магической теории. Мол, сложно цветам ужиться с сильным магом.

Достаточно длинный коридор, от которого отходили небольшие ответвления, заканчивающиеся другими гостевыми комнатами, а в конце был спуск. Вот с лестницей мы намудрили, конечно. Быть может, потому что она парадная и это первое, что видит гость? Как лицо особняка, но внутри. Где-то здесь должна быть гостиная. Вроде справа. Не часто я здесь просто гуляла. Так, ходила по определенным комнатам. Из спальни в гостиную, потом в столовую, на кухню и обратно.

Даже не сомневалась, что не могу ошибиться. Данте сидел у камина и читал какую-то скучную историческую книжку. И зачем, если и без того все знает уже наизусть? Столько лет учиться. Я понимаю, конечно, что нет предела совершенству, но можно уже и притормозить. Хотя, конкретно эту вещь я уже видела.

—История восприятия магии Арма Холанда. Что-то мне это напоминает, — перевесилась через плечо вздрогнувшего от неожиданности мужчины, сделав вид, что совершенно не растеряна и не сконфужена его реакцией.

—Алекс? — Кажется, он в шоке. Или же пытается понять, не глюк ли я. Или не Риэлла. Ну, тут все вместе, если можно так сказать.

—А ты кого ожидал увидеть? Призрак дедушки Сильфа? Так жив он, просто где-то бродит, — Помнится, лет пятьдесят назад он уехал в путешествие, да так и не вернулся. Никто о нем ничего не слышал с того времени. Иногда письма только шлет. Мне, почему-то. Хотя давненько их не было. Может случилось что?

—Так ты настоящая? — Хотел было герцог вскочить и заключить меня в объятия, но я отскочила. Даже свою способность использовала, чтобы наверняка. Отката не последовало. Интересно. Быть может Данте считает, что возможности этой способности ничем не ограничены? Так сам же научился, должен понимать. Или считает меня на столько крутой?

—Держи руки при себе. Да, настоящая. Да, почти живая и даже не эфемерная. Да, не хочу, чтобы ты меня касался, — Прочитав в глазах мужчины вопрос, заранее на него ответила. И снова по губам скользнула злая усмешка. В ответ на виновато-грустную гримасу мужчины. Сам виноват.

—Прости меня. Я понимаю твои злость и обиду, но…

—Но? — Замолчал. Не знала, что умею быть такой. Даже не знаю, как цензурно описать. — Злость и обида, да… Данте, это не то, что я сейчас чувствую. Во мне бушует столько чувств, что они уже смешались в единую кашу и даже я не понимаю, что происходит и кто есть кто. И самое теплое и мирное из всех этих эмоций — это ненависть. К себе в первую очередь. К Проше, что как-то смогла тебя обмануть. К Риэлле, что не смогла удержать свою горничную на поводке и чуть не умерла. Но больше всего я ненавижу тебя. За все ранее перечисленное и еще много за что, — на самом же деле, я не могу ненавидеть его. Просто разочарована. Чувства так быстро и просто не проходят. Особенно когда длились почти пятьдесят лет.

— Я виноват перед тобой, — еще бы. Тут даже спорить не нужно.

— Словами делу не поможешь… — вздохнула. Повисла тишина, которая ощущалась даже на физическом уровне. Или это только из-за моего восприятия?

— Так ты все же живая? Тогда… Где ты была и почему я не мог тебя найти?

— Ты не совсем прав. Сам же меня убил, — вздрогнул, будто только сейчас об этом вспомнив. Поник, сжав кулаки до побелевших костяшек. Снова пристыдила.

— Но ведь ты… Растворилась. Превратилась в белый свет и исчезла, — то есть все же от меня ничего не осталось. Значит, мысль о кружевных трусиках уже не такая значимая. Не могла не усмехнуться от своих мыслей.

— Поэтому я и говорю, что ты «не совсем» прав, — только вот дальнейших пояснений не последовало. Этого хватит, а раскрываться и дальше я не собираюсь.