И снова о любви

11

Вдалеке в тумане, плывущем над водой, показалось смутное очертание берега.
- Во, приплыли, считай, - Харитон ухмыльнулся и стал править к берегу, где постепенно проступали линии старой дощатой пристани. На берегу спиной к ним стояла фигура в черном плаще с капюшоном.
"Это, наверное, сама Смерть. По всем законам жанра так должно быть..." Димка сидел впереди, слегка ежась от холода.
Над пристанью возвышалось кирпичное здание, с торчащей из крыши трубой. Из трубы вился легкий дымок.
- Эй, на берегу, принимай гостей! - Харитон приподнялся на своем месте. На берегу фигура повернулась лицом к ним и сняла капюшон. Под ним оказалась копна светлых, длинных волос. Колючий взгляд пронзительно синих глаз поднялся на паромщика. Харитон осекся.
- Прошу прощения, госпожа. Обознался. Да и с чего бы вам лично встречать новичков?..
- Не твоего ума дело, Харитон. Придержи язык!
- Простите, госпожа. - Харитон потупил взгляд и, подхватив конец, прошел в нос лодки, обходя Димку. - Встань, когда госпожа перед тобой! Негоже сидеть! Да поклонись ей. Чего застыл?
Димка поднялся. Лодка качнулась, и Димка замахал руками, чтобы не потерять равновесие. Харитон пришвартовал лодку.
- Все, милай. Приехали. Плати. - Харитон уставился с усмешкой на Димку.
- Чего?.. А у меня ничего нет... - Димка оглянулся и похлопал себя по карманам.
Харитон крякнул, криво усмехнулся.
- С первого жалованья отдашь. Найдешь меня.
- Стой, паромщик! - блондинка окликнула Харитона и подошла к нему, - Возьми. Это за него. - она протянула паромщику тряпичный мешочек, - И что привез его сюда - забудь! Понял?
- Понял, госпожа. Чего ж тут не понять.
- Если услышу чего - язык-то тебе укорочу!
- Будет исполнено, госпожа. - Харитон, кланяясь, пятился задом, - Спасибо, госпожа.
- Ну, здравствуй, Дмитрий. - блондинка обернулась к Димке, и холодный колючий взгляд ее слегка потеплел. Она усмехнулась, - Заставил ты меня ждать.
- Мы знакомы? Я Вас не знаю...
- Ты меня не знаешь. Хотя тебе обо мне рассказывали. Люди зовут меня Мавка. Ты зови меня госпожа. А о тебе я знаю все. Кто ты, откуда, о чем думаешь и как жил. Давно за тобой наблюдаю. Следуй за мной.

Блондинка накинула капюшон, развернулась и пошла от берега в сторону кирпичного дома. Димка поплелся за ней. За углом дома стояли три фигуры в клыкастых масках, опоясанные мечами, в таких же плащах, как на блондинке. Она сунула им по монете и они, поклонившись, пошли, цокая когтями, по битому кирпичу и щебню в сторону причала.

Тяжелая дверь с легким скрипом сдвинулась в сторону, открывая взору небольшую полутемную вытянутую комнату. Скорее коридор. По темно-бурым кирпичам стен что-то сочилось, и тишина нарушалась лишь слабым плеском капель в лужах. Слабый свет проникал, казалось, прямо из стен. Шум их шагов отдавался легким гулким эхом от стен. Блондинка подошла к двери в конце коридора, распахнула его, и яркий свет заставил Димку сощуриться...

Мавка подошла к высокой тяжелой двери в скале, открыла ее и вошла в зал. Димка несмело просеменил за ней. Посередине зала стоял длинный стол. Кроме стола больше ничего не было. Или же не было видно. Края зала тонули в расплывающейся полутьме. Откуда-то сверху, освещая стол, лился мягкий рассеянный свет. Димка вошел, встал тихонько сбоку и опасливо осмотрелся. Тьма в углах зала не внушала доверия.

- Ну, что же ты, Дмитрий? Садись. Угощайся. Подкрепись. Умаялся, небось, с дороги. - Мавка села с одной стороны стола и указала Димке на стул напротив. На столе стояло два кубка. Один, сверкающий гранями, с тяжелой ножкой, для хозяйки, а второй, отливающий краснотой меди, попроще ("для гостей, видать" - подумал Димка) с другой стороны стола. Он присел, взял кубок и заглянул в него.
- Что это? - в кубке дымилась, поблескивала и перетекала мелкими вихрями непонятная субстанция.
- Это тебе. Чтобы силы были. Они тебе понадобятся. - Мавка, слегка усмехнувшись, искоса посмотрела на него. - Это Лучистая. Энергия. Очень хороша.
Димка с опаской поднес кубок к лицу и понюхал. Две тоненькие струйки втянулись ему в ноздри. Его как током ударило, и он едва не выронил кубок. Эйфория ударной волной сотрясла все его тело. Он на секунду перестал различать вокруг себя вещи. Все как будто заволокло туманом. Откуда-то донесся голос Мавки:
- Глупый, кто ж Лучистую так берет. - Мавка рассмеялась. На удивление, и в противовес ее холодному взгляду, смех ее звучал очень мелодично и ласково. - Пей. Да потихоньку. А то с непривычки поплохеет.
Димка сконцентрировал взгляд на кубке и отпил маленький глоток. Энергия снова волной растеклась по нему. Но на этот раз мягко. Димка с удивлением обнаружил, что внизу живота у него все зажило своей самостоятельной жизнью, и смутился.
- А, ты про это, - Мавка усмехнулась. - Все так и должно быть. Пей! - Димка отпил еще глоток.
- Ну а теперь, пожалуй, и хватит. - Мавка вдруг возникла слева от него и сильными руками обвила его за плечи. Губы ее прильнули к его губам, и он чуть не задохнулся. Когда он снова открыл глаза, стола рядом уже не было. Он сидел на кровати, края которой расплывались и струились дымкой, исчезая в темноте. Мавка, слегка светясь, почти полностью обнаженная, извиваясь как ящерица, скользнула позади его спины, нависла над ним, и, запрокинув его голову, снова надолго прильнула к его губам. Димка больше не мог противиться - он весь полыхал желанием. Вырвавшись из объятий Мавки, он обернулся к ней и обнял... Но ее там не оказалось. Она снова была позади него и толкнула его в спину. Димка упал ничком, перевернулся и увидел ее над собой. Ее серебристое в слабом свете тело, гибко извиваясь, опутывало его. Глаза ее источали слабый голубой свет. Руки, с длинными ногтями оперлись ему на плечи и...
Время остановилось. Хотя о каком времени могла идти речь? Он то бился в конвульсиях, то ощущал себя титаном, борющимся со всей вселенной, умирал и воскресал, погружаясь в пучины сладкого страдания и взлетая к новым пикам неизведанной радости... Он помнил, как вздымалось, пульсировало и искрилось тело Мавки, как в изнеможении она стекла с него и легла рядом... и как обессиленный погрузился он во тьму забытья...