И темный гений в нагрузку!

продолжение от 27-01-2025

Моему короткому, но эмоциональному предупреждению Тальд внял. И даже сделал чуть виноватую морду лица. Ага, конечно, так я этому и поверила! Поверила б, если бы точно такие же у братьев не видела, которых мамка заставала их на горячем за дележкой праздничного земляничного варенья, упрятанного на зиму. Вины Тальд не испытывал, но считал своим долгом ее продемонстрировать. Вот ведь… вообще ни свою жизнь, ни свою кровь, ни во что не ставит! И воспитывать поздно, такое с детства внушается, а в зрелом возрасте изрядных усилий от воспитателей требует. А я ни разу не педагог, я исключительно по технике.

А ее тут, хнык, вообще нет, никакой! Не то что любимого ноута или смартфона, его я в машине оставила, чтобы ни о какой пенек не грохнуть. Тут даже черно-белого телевизора не сыщешь, того самого, который, как говорил батя, звался «Радуга», а картинки показывал исключительно монохромные. Ни единого гаджета на целый мир! Нет, я не зависимая, но без того, что всегда под рукой было для поиска информации, тяжеловато. Выручает, наверное, лишь то, что Ливар всю свою жизнь иначе прожил и никакой тяги не испытывал, потому как не знал, что такое вообще существует. А то бы нас с двойной силой ломало! Так же только меня накрывает, когда о доме думать начинаю.

В общий котел, вернее аккуратную кучку на плите добавилась не живописная лужа прямо из вены, а действительно по несколько капель. Красной у Лисьелора и почему-то темной, отливающей на свету изумрудом, крови или жидкости ее заменяющей, у этих «дриад». Париз поделился одновременно с Тальдом, пока остальные добросовестно с изрядным перехлестом против запрошенного стаскивали к месту творения прочие компоненты.

Фельд на руке, приложенный к плите рядом с кучкой компонентов, сработал штатно. Это, конечно, для Ливара штатно, а я-то впервые собственными глазами видела, как возникает из неизвестно чего вполне себе ожидаемый фе-нод. Карандаш для рисования фельда. Интересный такой, красно-серо-зеленый. Ничуть не похожий на серо-голубой и серебристо-черный, которыми я одежно-обувной фельд рисовала. Для него состав «карандашика» строго принципиальным не был, взяла стандартную заготовку для бытовых фельдов, потому что имелся готовый образец для «штамповки» шмотья.

А вообще состав «карандаша» важен. Чем он больше соответствует магии будущего рисунка, тем проще воплощается фельд, тем меньше вкладывает творец фельда своих личных сил в его работу.

Ну это так теоретически должно быть. Вот только Ливар, а вслед за ним и я, вообще никакого существенного оттока сил от рисования никогда не ощущали. Просто имба! Именно потому и был Ливар среди темных в таком авторитете, и уважение к рардису Тайхозору было столь непомерно.

«А-а-а, опаять эти мысли, елки-палки, это ж невозможно, все время думать, анализировать и делать выводы. Как он вообще мог жить, не свихнувшись?» - я потрясла головой в бесполезной попытке избавиться хотя бы от части мыслей. Но тщетно.

Заполучив в свои руки фе-нод, я тут же начала рисовать то, что придумалось нынче ночью. Лучше делать, чем думать. И делать поскорее, пока я еще пяток производных фельдов не решила в жизнь воплотить. Долбанный умник Ливар Тайхозор и его жуткое наследство! Когда я была малость (ладно, не малость, а гораздо) глупее, я была значительно спокойнее и счастливее! Да уж, рекламная акция от темных магов мира Дармар - прочувствуй в полной мере понятие «бремя интеллекта»!

Делала и сама себе не верила, сильно сомневалась в реальной возможности таких масштабных преобразований. Из почти ничего такое чего на раз два получиться не должно. Вроде как. Но это я сомневалась, а суперкомпьютер Ливаровских мощностей просто все обсчитал где-то у меня в мозгу и спокойно ждал, что все получится в расчетных рамках. Вариативность же все равно никто не отменял.

Матерных выражений в земном понимании на Дармаре не существовало. Белые посылали своих врагов к темному, темные желали всякой «благости» светлой в той степени изощренности, в какой позволяло воображение и богатство словарного запаса. Потому, о том, у меня за спиной творится нечто неожиданное и мозговыносящее я сообразила вовсе не по цветастым выражениям окружающих, а по их очень синхронно округляющимся глазам и раскрывающимся ртам.

Пусть здесь не были в ходу наши ругательства, зато мимика во многом оказалась удивительно схожа. Даже у Инграма.

- Моя рардис, это… это деяние достойное песней-легенд! – выдал впечатленный зомби.

Кажется, я ухитрилась переплюнуть в его табеле рангов даже покойного Ливара. Нет, не потому что была сильнее. Ой вряд ли! Просто Тайхозору было настолько начхать на своих знакомых-приятелей, что заниматься такими благотворительными масштабными акциями он бы скорее всего и не почесался. Просчитал бы в уме и отложил. Воплощать ему вряд ли было интересно. Мне же оказалось очень даже занятно глянуть, что же получилось.

Оторвавшись от последних штрихов вышедшего удивительно богатым на символы узора, я оглянулась за спину. А там стоял замок. Замок Песня Весны, точно такой, как его помнил Ливар, тот самый замок, который был вчера разрушен и сгорел. Только теперь он выглядел поновее и как-то почище. Будто восстав их праха, заодно стряхнул с себя наслоения вековечной пыли.

Ни шороха, ни треска, ни грохота, ничего не сопровождало процесс. Это не было восстановлением или ремонтом. Если верить знакам на рисунке у меня под ногами, то Ливарова вдохновения и таланта хватило, чтобы откатить память строения до момента идеального состояния.

Чувствуется, энергии на такое возвратное строительство ухнула прорва, такая прорва, которая угробила бы любого рисовальщика запросто, если бы он не был читером Тайхозором. Ну или мною, лицом его заменяющим.