И темный гений в нагрузку!

продолжение от 03-03-2025

К счастью, двухэтажный особняк, замаскированный под давно опустевший и заколоченный, это не замок Лисьелора, с бесконечными переходами и лабиринтами и даже не лесной Та хозоров близ болот. Мы прошли по всего одному подземному коридору с тройкой развилок, потом он пошел вверх и уперся в очередную якобы стену, отворившуюся под рукой. Нет, не магией фельда, а от обычного нажатия нужного камня.

Мы оказались на узкой улочке, залитой солнечным светом. За спиной стоял дом Тайхозоров, с другой стороны узкой улочки шел длинный каменный забор. Его использовала в качестве пляжной лежанки роскошная кошка черепаховой расцветки, нежащаяся под лучами. На наше появление она отреагировала совершенно равнодушно. Чуть шевельнулся кончик хвоста, и дернулось левое ухо.

Ну и правильно. Что животному людские черно-белые разборки? Она вообще черепаховая! А люди пусть хоть все поубивают друг друга, оставив пяток другой тех, кто будет кормить великолепных пушистиков! Хотя, я где-то слыхала, что оказавшись в дикой природе, домашние кошки превосходно адаптируются и враз забывают о своей избалованной домашности. Надобность в людях отпадает. Вот псам, верным служакам, тяжело приходится. А кошки – это кошки…

Лежала она высоковато, потому пытаться ее погладить я не стала. Не в прыжке же! Только полюбовалась и пошла за проводником. Дремлющая кошка лениво приоткрыла глаз и снова начала его прикрывать. Мы свернули с улочки, и я еще успела заметить, как черепаховая красавица вдруг подорвалась с места и куда-то понеслась большими скачками. Зачем, почем? Кто их кошек разберет. Только другие кошки.

С узкой улочки Гарт вывел нас на более широкую и буквально за десяток минут сопроводил не только до рынка, но и до степенно сгружающей покупки помощникам Румины. Большие магические корзины были уже почти полны всякого разного и очень вкусно пахнущего. оборотень так и вовсе глянул на торчащую из корзинки у лисички толстый батон то ли ветчины, то ли колбасы и шумно сглотнул слюну. Ну да, здесь все натуральные продукты, без химии. С наших-то, беднягу, небось, перекосило бы уж от одного запаха, а вкус оказался последним в жизни дегустатора. Сырое мясо Гарт, конечно, тоже жаловал, но и в готовом виде употреблял с большим удовольствием, только клади! Да побольше! Но изысками побаловаться удавалось не часто, а тут столько всего, копченого по-разному, да с травками, да с дымком, что поневоле слюной мостовую закапаешь.

Кстати, рынок ничем, считай, от земного не отличался. Только что простая холстина тентов палаток не имела привычной глазу полосатой расцветки. И торговали тут очень разные люди, не сплошь плотные бабы за -дцать или гости с юга. Вот сейчас колбасы и прочие вкусности сгружал в корзины жилистый дядька, ничем не напоминающий какого-нибудь немецкого колбасника и его еще более худой помощник-подросток. Судя по несомненному внешнему сходству, сын.

Когда Румина начала отсчитывать ему монеты за товар, удивленно фыркнул и даже попробовал одну на зуб.

- Никак у нас снова апиты чеканят?

Румина моргнула и с достоинством ответила:

- Фельдом наша рардис монеты чистит, грязи не любит.

- Эх, кто бы мне так дом отчистил, как эти монетки, - полушутя прокомментировал колбасник, сбрасывая плату в деревянный ящичек с узкой прорезью, пристегнутый цепью к прилавку. Сам понятное дело не ведал продавец о том, как удивительно четко угадал.

Паренек же при упоминании фельда просто засиял серыми глазами, завистливо вздохнул и почему-то шагнул из-за прилавка ближе, но не к Румине или кому-то из ее девушек-помощниц или парней, а ко мне. Кажется, шагнул, сам не отдавая себе отчета в начатом движении.

Это зачем? Пацан часом не буйный? Я отодвинулась от прилавка подальше, паренек снова шагнул ко мне еще и еще раз. Глаза его смотрели вроде бы на меня, но, кажется, видели не реальный мир, а чего-то совсем иное.

Остановился он только потому, что колбасник просек непонятки, уронил руку на плечо подростка и встряхнул:

- Дарм, парень, что с тобой? Опять спишь стоя?

- Отец, люди рардис так дивно пахнет, но она лучше всего, - мечтательно ответил паренек, все еще пребывая где-то в параллельной реальности.

Инграм же присвистнул и пояснил мне на ухо:

- Глянь-ка, а мальчонка темный, нашу силу чует.

- В мать-покойницу пошел, - продолжая вывод моего телохранителя, вздохнул слишком чуткий колбасник, ласково потрепав сынка по волосам.

Елки-палки, вот тебе и провинциальный городок, где ни темных, ни светлых днем с огнем якобы не сыщешь. М-да, или мы такие везучие, или силы в обитателях Дармара больше, чем они выставляют напоказ, стремясь сохранить свой покой и жизнь? Рискованно о таком стало не то что громко говорить, даже шепотом не там и не в той компании обсуждать. Пожалуй, понадеюсь на второй вариант. Ставить на то, что я магнит для неприятностей и все магическое население городка сейчас неуклонно приближается к точке «х», то есть одной невезучей девице на прогулке, ой как не хотелось. Но и отметать такой вариант мега-мозг Ливара не советовал. Слишком много совпадений уже закономерность. У него этой пакости тоже накопилось изрядно.

- И светлых чуешь? – заинтересовалась я способностями мальчонки.

- Да, ирдо, от них вечно нечистотами, а то и падалью несет, - скроит брезгливую мордочку пацан, а я снова призадумалась. Что это? Выверт психики и восприятия темного ребенка или с якобы белыми на Дармаре что-то сильно не так, не так настолько, что не фиалками они благоухают, а мертвечиной. И это не только субъективное мнение противоположенной стороны?