"И то был день, и то была ночь", Часть первая

Глава 3; Часть первая

***
– Предводитель!.. Предводитель!.. — Верховенствующий обратился к нему.
– «Какой же я Предводитель для Верховенствующего?» — Арх озадаченно размышлял. «Что-то здесь не так! Он всегда называл меня по имени или звал Вестником. Что изменилось?»
Арх стоял, смотря с недоумением на Верховенствующего, стоящего напротив.
– Предводитель!.. Вы меня слышите?
Шум. Непонятный голос Серафи. Странный шум, очень странный шум, словно уши были чем-то заложены.
Шум и вакуум... Хаос звуков и размышлений.
«Что происходит?» – мыслительный процесс будто затормозился. Арх попытался спросить Верховенствующего, что происходит, но его речевой аппарат словно парализовало. Рот и язык не слушались.
Арх зажмурил глаза. Да! Получилось! Шум начал исчезать, но голос оставался:
– Предводитель!..
Вестник начал приходить в себя. Звучащий голос стал очень знакомым.
«Третий!» – яркая молния умозаключения пронеслась в сознании и вернула ясность мышления.
Арх открыл глаза. Образ Верховенствующего исчез. Молодой Вестник – Предводитель Миссии Третьего Сеятеля осознал, что сидит на своём «троне» в зале управления.
Третий не унимался, настойчиво взывая к Арху:
– Предводитель!..
– Да, Третий! Я тебя слушаю, – раздражённо ответил Арх, окончательно выходя из незаконченного медитационного погружения в воспоминания.
– Предводитель, – Третий, будто не замечая его раздражения, продолжил спокойно: – я завершил перестроение внутреннего пространства на 25 минут раньше расчётного времени.
– Молодец, – Арх смягчился. – Через двадцать пять минут приступай к последовательному пробуждению руководящего состава. Пусть приходят в себя быстро… и направляй их всех в зал управления на совещание.
Он на мгновение задумался, затем добавил:
– Чтобы у тебя не возникало лишних вопросов… Относительно остальной части команды жди от меня дополнительных указаний во время совещания. А пока отправь Верховенствующему сообщение с нашими координатами и статусом: «действую в соответствии с планом».
– Приказ ясен, Предводитель. Начинаю отправку. К пробуждению команды приступлю через 24 минуты.
– Третий, только не перепутай! Буди только руководящий состав… А сообщение Верховенствующему отправь не только по домашним координатам, но и по всем возможным точкам пространства Бесконечности, где может находиться Дом. Учитывай погрешности во времени при доставке сообщений.
– Приказы ясны. Выполняю.
– Отлично! А теперь не беспокой меня. Мне нужно завершить сбор воспоминаний и обратиться к Знанию. Времени до начала совещания осталось мало.
– Приказ ясен.
Арх сконцентрировался.

Воспоминания о дне отправления в поход были почти полны. Повторный вызов давался легче: перед внутренним взором вновь всплыл вечерний океан – тёмный, холодный, безмолвный, как само Пространство Бесконечности. Сквозь прозрачные стены Твердыни он окружал их, волнующийся и бесконечный.
Они шли по коридору в Святая Святых Дома...
Арх старался не отставать от Верховенствующего, который двигался стремительно и целеустремлённо. Куда именно они направлялись – оставалось загадкой. Арх знал, что здесь, на самом нижнем, самом глубоководном этаже Твердыни, согласно манускриптам и слухам, скрывалась Святая Святых. Но что это было на самом деле?
Серафи не сказал ни слова после выхода из галереи. Молодой Вестник – Предводитель миссии – не владел никакой другой информацией. Здесь он был впервые.
Пройдя прозрачный коридор, окружённый толщей воды, они приблизились к массивным, иссиня-чёрным, высоким двухстворчатым дверям.
«Ворота», – подумал Арх, поражённый их внушительным видом. Но, сопоставив рост Серафи с их масштабом, он скорректировал свою мысль: «Всё-таки двери».
На расстоянии нескольких шагов Арх вырвался из цепких раздумий – его внимание привлекла округлая ниша, украшенная незнакомыми символами. Она напоминала большую раковину морского моллюска, застывшую в чёрной поверхности дверей.
Серафи остановился подойдя почти вплотную к двери. Без колебаний он вложил в нишу левую руку и начал шептать неведомые Арху слова. Голос Верховенствующего звучал приглушённо, но с каждым произнесённым звуком символы вокруг ниши вспыхивали один за другим – мягким, завораживающим белым светом.
Когда последняя руна озарилась мистическим сиянием, Серафи убрал руку и шагнул назад. Теперь все символы полыхали ровным белым пламенем.
Иссиня-чёрные двери дрогнули и начали бесшумно раскрываться внутрь, открывая таинственное пространство, скрытое за ними.
Наполовину развернувшись и повернув голову к Арху, Серафи заговорщически указал глазами на вход в помещение, затем сделал приглашающий жест руками:
— Добро пожаловать, Арх, в нашу Святая Святых. Сейчас ты познакомишься с нашим Домом. Проходи и ничему не удивляйся... Сегодня ты узнаешь ещё один из секретов, который известен лишь немногим членам Совета Дома.
Взглянув на Серафи, Арх медленно начал движение. Один шаг, второй, третий... и вот он переступил порог.
Его взору предстала пещера из того же иссиня-чёрного материала, что и двери. Матовые стены и отшлифованный гладкий пол были испещрены светящимися золотистыми и серебристыми прожилками, которые сходились в центре потолка.
Там, словно океанский спрут, прицепившийся щупальцами, свисала гигантская капля — живой организм.

«Третий!» — мысль промелькнула у Арха, но тут же сменилась другой: «Нет... Третьих здесь поместилось бы с десяток».
Размеры пещеры поражали. Казалось, она в несколько раз превышает Твердыню и в длину, и в ширину. А высота... Такую пещеру он видел впервые.
«Это Сеятель!.. Точно Сеятель! Но он значительно больше Третьего».
Арх продолжал идти вперёд — какая-то невидимая сила вела его к центру зала, где, точно под каплей, горел круг белым, холодным и низким пламенем.
Не зная почему, но он чувствовал: он должен войти в этот круг.
Путь, который поначалу казался бесконечно длинным, был пройден уже наполовину.
Арх обратил внимание на светящиеся линии, напоминающие щупальца. Их переливчатое свечение завораживало, но он заметил, что смена цветовой гаммы зависит от каждого его шага.
Шаг — линии золотятся. Ещё шаг — серебрятся.
Арх решил изучить этот феномен подробнее, пока до круга оставалось приличное расстояние.
Сознание подсказывало ясно и чётко: «Проследи их, Вестник».
Не споря с собой, он начал отслеживать первую попавшуюся линию, нисходящую от капли:
Потолок. Шаг — золото. Ещё шаг — серебро. Стена. Шаг — золото. Пол...
Череда сменяющихся цветов привела его взгляд к собственным ногам.
Снова шаг — и ещё одна линия устремилась от его ступни к капле.
Присмотревшись внимательнее, Арх понял, что каждый его шаг порождает под поверхностью пола мелкие искры, мгновенно превращающиеся в светящиеся щупальца, устремляющиеся к потолку.
Вывод напрашивался сам собой:
«Спрут ведёт меня к себе! Хорошо это или плохо — понять сейчас сложно, но я иду, и мне интересно узнать, что будет дальше».
Подняв взгляд на спрута, Арха посетила неожиданная, но при этом последовательная мысль, которая расставила всё по местам:
«Да это же Дом! Спрут, капля — это Дом!»
Надуманная или наведённая тяжесть, тянувшая его к центру зала, вдруг исчезла. Идти стало легче.
Теперь им завладели сомнения и целый ряд вопросов:
«А стоит ли идти дальше? А нужно ли мне это? Но всё-таки... что будет дальше?»
Осознав, что перед ним не просто неведомый живой организм, а сам Дом, Арх замедлил шаг.
В голове всплыли слова Серафи, сказанные перед входом в пещеру:
«Проходи и ничему не удивляйся... научишься и узнаешь...»
И вместе с этим осознанием пришло озарение.
Без тени сомнений в своих действиях, просто зная, что так надо, Арх мысленно отправил спруту знаковый мыслеобраз:
«Приветствую тебя, Дом! Я — Арх Вестник».
«Молодец! Я буду ждать тебя здесь».
Молодой Вестник почувствовал, что к нему обратился Серафи.
Обернувшись, он увидел улыбающегося Верховенствующего, который так и не переступил порог пещеры. Иссиня–чёрные тяжёлые створы дверей начали медленно и бесшумно затворяться. Кивнув, Арх развернулся в сторону центра. Мгновение — и одновременно с изменением линий в узорчатый коридор, ведущий к кругу, молодой Вестник получил мыслеответ от Дома:
«Радуйся, Вестник! Серафи говорил о тебе. Хорошо, что ты пришёл. Проходи в круг, и мы всё обсудим».
«Иду!» — немедленно отправив ответный мыслеобраз Дому, Арх ускорил темп ходьбы.
Двигаясь вдоль светящегося коридора, он разглядел вплетённые в узор символы — некоторые из которых он видел изображёнными на входных в пещеру дверях. Приближаясь к огненному кругу, Арх заметил, что за пламенем скрывается серебристо–золотистый полупрозрачный постамент. Всё это он видел впервые, но изумление от увиденного перекрывалось предстоящим контактом с Домом и загадочными словами Серафи, произнесёнными перед входом в пещеру.
Всего несколько часов оставалось до момента контакта с Домом, как вдруг пламя, окружавшее круг, исчезло, и из постамента, словно на только что прошедшей церемонии Знания Бесконечности, зажёгся столп звёздного света, соединив Дом и место контакта в единое целое.
Не останавливаясь, Арх взошёл на постамент и в миг растворился в столпе света, распадаясь на частицы.

Полёт. Он вошёл в свет и сам стал Светом. Знакомое, но забытое чувство, испытанное единожды и совсем недавно, вернулось к нему. В прошлый раз он ничего не помнил. Сейчас он всё осознавал и понимал: история Бесконечности; Свет и Тьма; бесконечное множество Вселенных; Дом и их старое место жительства; и он как часть Всего в прошлом, настоящем и будущем. Он — Свет, несущийся по просторам Бесконечности, он — Жизнь в этой Вселенной с момента её создания Творцом, он — Время и Знание, существующие всегда. Не имеет значения, что его ждёт впереди, ведь он — Свет и всегда будет им. Есть прошлое, как есть настоящее и будущее, но именно сейчас он несёт в себе свет, как нёс его в прошлом, как будет нести его в будущем. Именно он должен бороться с Тьмой, как боролись и борются другие, и не имеет значения, чем закончится эта война и что будет с Бесконечностью потом: уйдёт ли Свет из этой Вселенной или останется и победит Тьму — это не важно. Важно — добро, жизнь и Свет, и вот что должно множиться в этой Вселенной.
Осознав эти чувства и мысли, Арх понял, что это часть Знания Бесконечности и Завета Творца, и это его цель, названная его народом Великой Целью.
Неожиданно Вестник ощутил непонятное чувство и всплеск потока частиц вокруг. Что-то менялось.
Мгновение спустя к нему обратился голос на непонятном, но уже знакомом ему языке.
Речь продолжалась...
Из потока слов стали складываться картинки и образы. Ему казалось, что он разговаривает сам с собою. Но через какое-то время он понял – с ним говорит Дом и учит его своему языку.
В момент, когда Арх стал понимать все слова, процесс обучения прекратился. Он осознал, что материализуется: частица к частице, – образуя частицы второго и третьего уровня, которые следуя законам этой Вселенной, складывались в его тело.
Молниеносный процесс выстраивания его тела – материализации, закончился.
Молодой Вестник стоял на постаменте, одетый в нательное бельё. Доспехи Вестника, так полюбившиеся ему и которые он одевал почти каждый день со дня церемонии Бесконечности, отсутствовали. Чувство, отдалённо похожее на смесь ужаса, страха и жадности, связанное с утерей доспехов, начало завладевать им. Почти всё то, что служит благодатной почвой и основой для Тьмы, в данный момент зарождалось в нём. Времени на понимание этого ушло немного. Холодный поток мыслей, как вода в водопаде горного озера, отрезвили его: «Ну уж нет! Я Вестник. Я не позволю Тьме завладеть мной! Доспехов нет, но я и без них Вестник. Найдутся или нет – разберёмся позже». Но разобраться позже ему не удалось, Арх в живую услышал уже знакомый голос Дома:
– Вестник, что с тобой?
– Не могу понять, куда делись мои доспехи. Ты знаешь, где они? — не удержался от навязчивого вопроса молодой Вестник.
– Ты носил доспехи как вещь, снимал и одевал их, а вещь — это твоя сущность, — продолжил Дом, сопровождая свою речь мыслеобразами. — Став тем, кем ты стал... Ты приобрёл не только Знание, но и умения. Доспехи — одно из таких умений. Все эти умения теперь в тебе. В твоём коде. И всегда будут с тобой. Но каждый раз, при переходе в состояние Света и при обратной трансформации, результаты этих умений будут исчезать. Ты обязан понять это и научиться ими управлять.
– Как мне этому научиться?
– Недавно, пройдя церемонию Знания Бесконечности, — Дом прислал Арху картинку события, — ты обрёл не только Знание, но и умение. Сегодня ты их познал. Теперь учись пользоваться ими.
– Как?
– Сконцентрируйся и обратись к Знанию, оно подскажет. Самое главное — правильно сформулировать задачу или вопрос. Попробуй! Я уверен, у тебя это сразу получится.
– Откуда такая уверенность? – не раздумывая, решил уточнить Арх.
– Вестник, став Светом сегодня, мы объединились с тобой. Я учил тебя своему языку и помогал тебе познать Знание и умение... Но поскольку, в потоке Света, мы были единым целым, я узнал тебя, и сейчас, пока ты здесь, между нами существует прочная ментальная связь.
– И что же ты узнал такого, что придало тебе уверенности в моих возможностях? – немного нагло и с вызовом в голосе спросил Арх.
– Я слышал, видел и чувствовал тебя, когда на тебе не оказалось твоих доспехов. «Однако ты справился с этой попыткой Тьмы искусить тебя, и твоя душа прошла испытание», – не реагируя на интонацию собеседника, сказал Дом.
– Хорошо, мне всё ясно. Сейчас попробую, – уже осознанно и более смиренно ответил Арх. Закрыв глаза, он бессознательно и интуитивно сконцентрировался и, сформировав вопрос о доспехах Вестника, обратился к Знанию внутри себя.
Ответ не заставил себя ждать. После образа искры и белой вспышки, при закрытых глазах, в голове молодого Арха Вестника появился ряд мыслеобразов, разъясняющих, что и как надо сделать, чтобы его доспехи материализовались на нём. Не задумываясь, он воплотил «инструкцию» в жизнь.