И только сердце знает

Глава 60. Приезд Плантатора.

События происшедшие ночью еще усилили чувство страха, ощущаемого Ирмой уже с самого прибытия в дом.

Она решила не оставаться в нем более ни одного дня.

Стоя на коленях перед кроватью, на которой спала маленькая Лидди, она трепетно ожидала рассвета.

В доме действительно водворилась полная тишина, но все происшедшее наполнило Ирму таким ужасом, что она уже не в состоянии была сомкнуть глаз.

И в душу её проникал еще какой-то другой неопределенный страх... ей казалось, что еще что-то другое ожидало её, какой-то новый ужас, новая пытка, хотя она не могла дать себе отчета отчего возникло в ней это ощущение.

Она решила при первых признаках рассвета сказать Шоллеру о своем намерении уехать еще до восхода солнца.

С возрастающим нетерпением, считая минуты, она ждала первого луча света.

Наконец ей показалось, что слабый сероватый день стал проникать, в отверстия соломенных штор окон, в комнату.

Свет лампы боролся с этим первым проблеском дня.

Ирма поднялась, потушила лампу и подошла к окну.

Когда она отодвинула занавеску, перед ней, сквозь сероватую полутьму, открылся большой двор, с его боковыми постройками. Там, в одной из них, должен был быть Шоллер. Конюшни были тоже с той стороны. Дорожная карета стояла отодвинутая в угол двора.

Ирма приняла быстрое решение.

Оставив своего спящего ребенка, она тихо вышла из комнаты. Через прихожую она дошла до двери веранды, открыла ее, избегая всякого шума и вышла на веранду, где свежий утренний воздух ободряюще дунул ей в лицо.

Она остановилась, на минуту вдыхая полной грудью оживляющую струю.

Кругом ничего не двигалось. Вся природа еще безмолвствовала в полусне.

Если бы Фрицу Шоллеру теперь удалось быстро запрячь лошадей, Ирма могла бы еще до наступления жизни в зловещем доме покинуть его со своим ребенком.

Свет мало по малу через занавески проникал и на веранду.

Ирма прошла по ней и сошла на двор.

Теперь оставалось найти то помещение, в котором спал Шоллер.

Неслышными шагами Ирма подошла к одной из них.

Дверь оказалась лишь припертой.

Она потихоньку открыла ее.

Тяжелый запах вырвался из полутемного помещения, в котором разбросана была маисовая солома.

Здесь, на ней лежало десять или двенадцать негров.

Это были рабочие плантации.

Полуодетые они спали точно объятые смертью.

Ирма потихоньку заперла дверь и пошла к следующей.

В то самое мгновение, как она взялась за ручку, дверь тихо открылась.

На пороге её появился Фриц Шоллер

Ирма взволнованным голосом обратилась к нему.

 — Ради Бога, Шоллер... увезите меня отсюда!  — сказала она дрожа.

 — Боже мой, графиня, вы уже на ногах?  — спросил удивленный Шоллер.

 — Я не могла спать!

 — А я только сейчас проснулся и хотел взглянуть светает ли, потому что здесь, в этом крысьем гнезде, ничего не распознать, — сказал Шоллер.

 — Слышали ли вы шум среди ночи, Шоллер?

 — Нет, графиня, какой шум?

 — Три пьяных человека явились в дом. Они ворвались в мою комнату. О, это была ужасная ночь! Они неистовствовали стреляли!

 — Я ничего не слыхал. И еще ужас! Какая-то женщина, вероятно живущая в доме, прохаживается, как привидение по всем комнатам. 

 — Женщина? Но это невозможно! Ведь Джесси сказала мне вчера вечером совершенно ясно, что кроме вас и Джека во всем доме нет ни души.

 — Женщина в длинной белой одежде ходила по комнатам, как в сомнамбулическом сне!

 — Это вам верно приснилось, графиня!

 — Но, Шоллер!

 — Ну хорошо, хорошо, я ведь говорю со слов рабочих.

 — А в спальне, Шоллер...

 — Неужели в этом богатом доме оказалось еще какая нибудь неприятная таинственность.

 — Ужасное воспоминание Шоллер!

 —  Вы страшно дрожите... что же еще произошло?

 — В спальне, на курительном столике стояла пепельница... ту же пепельницу я видела в доме Гулда.

 — Ну, если только это...

 — Я не останусь больше ни одного часа в этом доме! Я умру здесь. Эти трое бродяг, или разбойников поселились в нем...

 — Не беспокойтесь только, сегодня возвращается плантатор.

 — Я не хочу ждать его, Шоллер! Если вы не поедете со мной, я уеду из этого страшного дома одна с моим ребенком.

 — Как вы можете об этом думать, графиня, разве я вас оставлю одну? Нет, нет, если вы прикажете, мы выедем через част. Я только накормлю и напою лошадей.

 — Ради Бога, спешите Шоллер!  — умоляла Ирма, — не оставляйте нас здесь больше ни одного часа!

 — Хорошо, хорошо, графиня, вы сами только приготовляйтесь и оденьте маленькую Лидди, уж стало совсем светло, мы можем выехать, — продолжал с добродушной готовностью Шоллер, — и пожалуйста не бойтесь больше ничего, если бы что нибудь и произошло, ведь я же тут!

 — Что можете вы сделать, против этих трех людей, Шоллер.

 — Но ведь есть еще надсмотрщик Джек?

 — Мне ночью показалось, что эти люди убили его.

 — Ну, до этого конечно не дошло, графиня, просто, ночью всегда все кажется хуже и страшнее. Что же эти три молодца хотели?

 — Они уверяли, что пришли сюда по приказанию плантатора.

 — Так это может быть вновь нанятые рабочие!

 — Нет, нет, Шоллер. Но что бы все это ни было, я хочу прочь отсюда! Смертельный страх гонит меня, мне так и кажется, что нас ожидает здесь новое несчастье!

 — Идёмте графиня теперь в дом, — сказал Шоллер, все ещё дрожащей женщине, — я все устрою здесь и прежде чем кто либо из здешнего народа встанет, мы уже выедем!

 — Я на коленях буду благодарить Бога, когда нас здесь не будет!

Ирма вышла. Она пошла к веранде, а оттуда в отведенные ей комнаты. Разбудив маленькую Лидди и одев ее, она оделась и сама. Прошло после этого около четверти часа и снова нетерпение овладело ей.

Вдруг она услышала быстрые шаги на дворе. Она подбежала к окну и отодвинув занавеску увидела Фрица Шоллера бегущего через двор.