И только сердце знает

Глава 76. Критический момент.

Нордгейм слышал за собой шаги и лязг сабель. Он шел следом за хозяином.

Если бы последнему не удалось спрятать его, погибель его была неминуема.

Был яркий день, дом был окружен,

Осаждающих его было шесть человек и все хорошо вооруженные.

Оседланные лошади Роджерса и Макнела стояли внизу, и с этой стороны была заперта возможность бегства к лесу, если бы даже выход из дома оказался возможен.

Почти следом за хозяином бежал с лестницы человек и звал его. Нордгейм узнал его голос.

Это был полковник, смертельный враг его, его соперник!

От этого воспоминания кровь бросилась в голову Нордгейма. Его неудержимо влекло вернуться и выстрелом уложить на месте ненавистного. Но это еще ускорило бы решение его участи и на всегда отняло бы у него Ирму.

Нет, нет, эта опасность должна была миновать, а потом настанет вечер, а с ним Ирма! Его хитрость должна была привести к цели. А более жестокого удара нельзя было нанести Роджерсу, как отнять у него любимую женщину.

Дьявольская радость блеснула в глазах Нордгейма.

Он хотел разорвать сердце Роджерса, заставить его пережить все муки ревности им самим так мучительно пережитые.

Нордгейм и Пэн прошли через многочисленные комнаты и полутемные проходы обширного дома.

 — Стойте! — тихо сказал Джон Пэн. — Мы дошли.

Нордгейм остановился, облегченно вздохнув.

Он огляделся кругом и увидел комнату в одно окно с кроватью, шкафом и умывальным столом.

Из окна виднелся лес.

Бесшумно повернул Пэн в замке ключ, находящийся с внутренней стороны двери и вынул его из замка. Потом он подошел к большому, деревянному, дорожному сундуку которого Нордгейм до сих пор еще не заметил. Сундук был окован железом и снабжен двумя замками, совершенно необыкновенной формы и замысловатого устройства. Таков же был и ключ к нему вынутый теперь Пэном из кармана, и он открыл поспешно открыл замок.

Вдали слышался шум открываемых и закрываемых дверей и раздавались с разных сторон голоса.

 — Что это? — тихо спросил Нордгейм Пэна.

 — Влезайте, — ответил Пэн. — Теперь не время длинных объяснений.

С этими словами он откинул крышку.

Сундук был пуст и объёмист. Человек, сев на корточках, мог свободно поместиться в нем. Нордгейм понял намерение хозяина. Но оно было не по вкусу ему. Его недоверие снова возбудилось.

 — Вы хотите таким образом меня выдать им, — сказал он с мрачным взглядом.

 — Вы сами себя выдадите, — нетерпеливо отвечал Пэн, — это единственное безопасное убежище во всем моем доме, и, если вы сейчас же не воспользуетесь им, я исчезну из комнаты без того, чтобы вы имели возможность следовать за мной.

Угрожающий возглас сорвался с губ Нордгейма. Быстрым взглядом он окинул комнату, тайного выхода в ней, казалось, в ней не было.

Голоса и шум вдали доносились явственнее.

 — Влезайте! — настоятельно повторил Пэн. — Влезайте, или я предоставлю вас вашей судьбе. Когда эти люди будут уже у самой двери, нас выдаст малейший звук. Хотите? Да или нет!

В коридоре раздался голос полковника. Шаги слышались уже ясно.

Нордгейм решился. Он влез в сундук.

 — Но у меня не будет воздуха, чтобы дышать, — сказал он.

 — Не беспокойтесь, все предусмотрено. Скорей! Закрывайте крышку! Они идут!

Высокий, статный Нордгейм лишь с трудом, и в самом неудобном положении, мог поместиться в сундуке.

Он бросил последний угрожающий взгляд на хозяина.

 — Если вы выдадите меня, я…

Но Пэн уже насильно спускал крышку.

В это мгновение Нордгейму послышалось что-то похожее на насмешливый возглас.

Он сделал движение, чтоб оттолкнуть крышку, но было уже поздно.

Пэн неслышно проложил железный прут, соединяющий запоры, и заключенный в сундук услышал поворот ключа.

Дикий ужас охватил погруженный в сундуке Нордгейма. Дыхание его сперлось.

   — Выпустите меня! — закричал он. Но голос его прозвучал глухо.

Он хотел стучать, но увидел, что малейшее движение, было ему невозможно.

Кровь стучала в его висках, сердце билось, готово разорваться. Не смерть ли его, смерть от удушья, уже настала?

Страшное подозрение проснулось в нем. Этот Джон Пэн, ради денег, входящий в отношения с преступником, не был ли сам преступником. Он видел в руках Нордгейма толстую пачку ассигнаций, он достаточно говорил с его слугами, чтоб узнать, что преследуемый имел при себе крупный капитал. Не решил ли он покончить с ним и завладеть всем?

Крупные капли пота выступали на лбу Нордгейма. Да, бывали примеры найденных в сундуках задохнувшихся людей! Ему казалось, что удушье уже наступило для него, и нечеловеческим усилием он старался расправить свои сжатые члены, чтоб взломать крышку сундука.