И только сердце знает

Глава 109. Сеть интриг

Несколько дней спустя фешенебельное общество Нового— Орлеана было удивлено следующим объявлением:

Луизон Сент-Арте

Капитан Георг Варрен

Помолвлены.

Изумление было всеобщее. Никто не мог разгадать каким образом все так скоро произошло. Полился целый поток пожеланий; целый сонм поздравителей теснился в залах роскошного палаццо плантатора.

Сияя счастьем стояла Луизон, рядом со своим женихом и с улыбкой радости принимала поздравления.

Борегар, Левис и Мак-Доннальд были тоже крайне удивлены случившимся: никогда капитан не проронил ни одного слова, из которого можно было бы заключить, что он ищет руки Луизон.

В этот вечер в доме Сент-Артея готовилось блестящее торжество.

Трое молодых людей приехали тогда вместе.

Левис и Мак-Доннальд поднимались по ступенькам, между тем, как Борегар, случайно отставший от них, увидел, в тени деревьев, какую-то фигуру.

Сначала он в изумлении остановился, потом ближе подошел к ней.

— Дублей! — воскликнул он, — что вы тут делаете, отчего вы не входите в дом?

Дублей сделал нетерпеливый знак головой.

— Оставьте меня, — резко сказал он. Его горящие глаза были прикованы к окнам зала.

Борегар тихо положил руку на плечо друга.

— Дублей, — сказал он мягко, — будьте мужчиной, я знаю, что терзает вас, но сделайте над собой усилие... что совершилось того изменить нельзя.

Молодой Креол едко улыбнулся.

— Да, — с горечью сказал он..  — Вы правы Борегар, свершившегося не изменишь; но, кто этот человек, именно этот человек, похищает у меня мое счастье, приводит меня в исступление, — сказал он со стоном, скрывая лицо руками.

— Видите ли Борегар, — продолжал он несколько спокойнее если б Луизон выбрала вас или Мак-Доннальда, или даже Левиса, то, хотя и с обливающимся кровью сердцем, но я безропотно бы удалился; но что этот, именно этот человек будет обладать ею, доводит меня до отчаяния.

— Но скажите же ради Бога, что же вы наконец имеете против Варрена? — спросил Борегар, — узнали вы о нем что-нибудь предосудительное?

— Нет, но внутренний голося, говорит мне, что этот человек сделает Луизон несчастной. В его взгляде есть что то, что ужасает меня; так смотрит смерть на свою жертву.

Борегар молчал, склонив голову.

Когда он поднял глаза Дублея уже не было.

В раздумье молодой человек вошел в зал.

Его встретил гул голосов: толпа окружала жениха и невесту. Борегар с трудом протеснился к ним.

Он поздравили, Варрена, который любезно пожаль ему руку, затем молодой Креол обратился к Луизон составляющей центр группы молодых девушек.

Невеста любезно поздоровалась с другом своего наречённого.

— А вас не поразило чье-то отсутствие, мисс Луизон — внезапно, втечении разговора, спросил Борегар.

— Нет, а чье же? — удивленно сказала Луизон.

— Разве Дублей уже раньше принес вам свои поздравления? — спросил Борегар.

— Нет, я еще не видела его, — бегло ответила она, — вероятно он еще придет.

И с сияющей улыбкой она обратилась к Варрену.

— Бедный малый! — подумал Борегар и, отойдя от Луизон, вернулся к своим товарищам.

Лицо хозяина дома дышало радостью и счастьем.

— Такого зятя я и желал себе, — весело говорил он Мак Доннальду и Левису, — это я называю удачей: красив, образован, офицер и богач, лучшего я не мог пожелать себе.

— А капитан действительно очень богат? — напряженно спросил Мак Доннальд.

— Да, — с улыбкой ответил старик. — Ему малого не хватает чтоб состояние его равнялось моему. Он получил по наследству от дяди 8 миллионов долларов.

— Да ведь это колоссально, — сказал подошедший в это время Борегар. — Впрочем я всегда считал его за очень богатого человека. Роскошная жизнь, которую он ведет требует громадного капитала.

— Да, — подтвердил Мак Доннальд, — я до сих пор не видал человека так много тратящего на удовлетворение своих фантазий! Верховая лошадь, которую он не давно купил стоить 15000 долларов, в его брильянтах заключено целое состояние, а теперь, он намеревался купить только что отстроенную виллу Клиншан.

— А это не дешевая штука! — лаконически сказал Левис, — таксирую ее в 300000 долларов.

Все заинтересованно прислушивались к подробностям, которые Мак-Доннальд давал относительно громадного состояния Варрена.

Луизон, осаждаемая своими подругами, отделилась от своего жениха, который в это время подошел к мистрис Бокен.

Молода вдова сидела одиноко в глубине зала, когда Варрена» приблизился к ней.

Известие о помолвке первую минуту очень огорчило мистрис Бокен. Она сама втайне надеялась завоевать загадочного чужестранца; однако молодая вдова подчинилась неизбежному, утешая себя мыслью, что красивый, заманчивый человек остается в семье и внесет в нее новую жизнь.