И всё-таки я выберу тебя!

Глава 32. Абсолютно логично

Я помню миг, когда серенький, туманный, пасмурный день стал вдруг синим, светлым и ясным. Выглянуло сентябрьское солнце, оно весело позолотило клены и липы, и я поняла, что всё происходит так, как и должно быть.

То, что Кирилл здесь, в моем родном городе, – это вовсе не странно, а нормально. И то, что я встретила в парке свою замечательную Лариску, – это не удивительно, а правильно. И то, что я ушла от мужа, – абсолютно логично. Рано или поздно это должно было произойти.

Я вновь отчетливо поняла, что Егор никогда меня не любил. Миледи, конечно, та еще истеричка, но она права – у мужа нет и не было ко мне никаких чувств. А не отпускал и не выгонял меня, потому что всегда относился к жене, как к своей собственности.

Момент, когда я, наконец-то, не стала играть по его правилам, стал для него шоком. Это то же самое, как если бы у машины вдруг отказали тормоза. Или морозильник перестал бы выдавать лёд. Или не включился бы компьютер. Что за дела?! Собственность должна быть всегда под рукой и работать в любом состоянии!

Мне позвонила свекровь, я, волнуясь, взяла трубку. Она не дала мне сказать ни слова, сразу начала кричать, оскорблять, сыпать обвинениями. Всё вышло так, будто это не она сама попросила меня приехать за Андрюшей, а я выкрала ребенка под хитрым предлогом, обманув и ее, и Егора, и весь персонал, включая бдительного охранника.

– Вы не волнуйтесь так, Елена Ивановна, ведь с Андрюшей все хорошо, – кое-как сумела вставить я слово. – Он будет со мной, с бабушкой и дедушкой. Кстати, как ваша нога?

– Нога и нога! Не перелом – и ладно! А вот то, что ты, гадина, украла ребенка… Из-под носа увела! Ты ответишь! Я всегда знала, что ты – та еще коварная змея. Только строишь из себя ромашку.

Мне надоело ее слушать, и я сбросила звонок. Свекровь трезвонила еще и еще, но я, подумав, вовсе отключила аппарат. С кем мне разговаривать по телефону? Кирилл рядом. Сын – тоже. Даже подружка Лариса – вот она. И родители в этом городе.

Мы решили сразу поехать и посмотреть Ларискину квартиру, которую она приготовила для сдачи. Квартира, расположенная на третьем этаже девятиэтажки, нам сразу понравилась – чистая и уютная, ремонт в светлых тонах, две просторные обустроенные комнаты. Мебель, бытовая техника – всё в порядке. Но особенно нас впечатлил прекрасный вид на голубые речные просторы. Такая свежесть, такая ясная даль! В золотом обрамлении листьев берега выглядели особенно красиво.

– Как здесь хорошо! – воскликнула я, выйдя на балкон и вдохнув прохладного речного воздуха.

– Ну, плохого бы я тебе и не предложила, – довольно отозвалась Лариса. – Здесь всё, как надо, и интернет отлично работает.

– Интернет – это неплохо, – задумчиво отозвался Кирилл. И неохотно признался. – Заказчики дергают, просят срочно сделать макеты. Но я сказал, что сделаю позже, так что…

– Зачем же позже? – проговорила я. – Сделай сейчас, это же твоя работа. А мы с Андрюшей пойдем пока к бабушке и дедушке, а потом…

– Потом вы вернетесь.

– Да. Потом вернемся, – тихо проговорила я.

Кирилл прокатил до дома Ларису с дочкой, потом довез нас с сыном до подъезда. Заходить не стал, да я и не настаивала – считала, что маме нужно свыкнуться с мыслью, что я теперь не с Егором. У подъезда он, бросив взгляд на Андрюшу, крепко сжал мою руку, и шепнул: «До встречи! Я заеду в пять». Я кивнула.

И хорошо, что Кирилл не зашел! Отца уже не было – уехал на работу. А у мамы вид был очень воинственный. Накормив Андрюшку обедом, она отправила его в комнату к Мише – вряд ли мой братец-подросток был этому очень рад. Плотно закрыла дверь на кухню и, нервно поправив фартук, завела неприятный разговор.

– Скажи, что происходит? – едва сдерживаясь, чтобы не перейти на крик, возмущалась мама, качая кудрявой головой с вечной «химией». Она бы непременно начала шуметь, но ее останавливало присутствие в квартире Андрюши. – Ты не успела уйти от одного мужика, а уже завела другого? Как это называется?! Сказала бы я, как это называется, да ребенок в доме! А отец… Тоже хорош! Он и в детстве тебя баловал, и сейчас во всем потакает!

– Мама, вот это тебя совсем не смущает? – я коснулась щеки, на которой красовался синяк. – Ты считаешь, что это нормально, да?

– Не мое дело судить, нормально или нет! Но если ты при живом муже по чужим мужикам бегаешь, то заслужила, значит! Я сколько лет с твоим отцом прожила, а ни разу налево даже не поглядела. Поэтому с фингалами не ходила, повода для ревности не давала, ясно?

– Мама, ты не понимаешь. Дело не в моей измене. Да я и не изменяла мужу.

– Ага, не изменяла! То-то твой кавалер на крыльях любви за тобой прилетел!

Я вздохнула. Мне ничего не хотелось объяснять и доказывать – всё это было совершенно бесполезно. Я взяла пузатый белый чайник, налила себе чаю в большую розовую кружку с красными розочками. Не слушая маминых возмущенных реплик, зачерпнула ложечкой мед из фарфоровой плошки. И когда мама наконец прервала свой пылкий монолог, как можно спокойнее произнесла:

– Мама, хочешь ты или нет, но я начинаю новую жизнь. Я больше не допущу, чтобы об меня вытирали ноги. К мужу я не вернусь. Кирилл предложил жить вместе, втроем с Андрюшей, и я согласилась.

– У Андрейки отец есть!

– Отец… Если захочет, сможет с ним встречаться.