И всё же мало

Глава 4. Җанвар.

– Встать, суд идёт. Рассматривается дело по убийству дворянина и государственного служащего в увольнении – Князя Стефана Лирских. Сегодня – пятнадцатое Мироно[Май]тысяча триста двадцать второго года. Обвиняемый Ат’тахир Ибраев. Защита обвиняемого – Илона пятая Крылова. Обвиняющий – отец Стефана Лирских Аркадий Лирских. Да будет суд справедливым и беспристрастным. Слово прокурору, – монотонно сказал судья.

Меня поставили к столбу подсудимых довольно рано. Я и подумать не мог, что бюрократия в этой стране отсутствует.Такое ощущение, что её, в принципе, нет и людей судят, как можно быстрее и без задержек.Для меня, в данный момент, это минус, но для граждан это очень удобно (хотя вериться слабо, что это обернулось плюсом). Как они успели собрать столько народу, справок, документов только для одного дела к шести утра? Возможно их взяли за одно деликатное место и те начали работать быстро, нет, Очень быстро. Но зачем? Чтобы осудить проходимца в дворянском зале суда?

У меня есть защита? Странно, что кто-то вышел на мою защиту. Крыловы. Слышал про них в гильдии, говорят они победили в выборах на пост управления городом. Если выборочные, то имеют авторитет среди дворян. И что я знаю по ним? Что Стефан им насолил и они хотят мести, ведь он убил кого-то из них. А я – возможность для этой мести. Видимо, им недостаточно одного его.

Конечно, неприятно, но что поделать, хотя бы извлеку из этого выгоду. Выгода. Как же, мне хотя бы выбраться из этой ситуации.

– Ат’тахир Ибраев обвиняется в убийстве дворянина Стефана Лирских. Он, Ат’тахир, по версии патрульного задержавшего нарушителя,четырнадцатого Мироно этого года убил метательным ножом жертву после недолгой перепалки на почве оскорбления рода и лично Стефана. В задержании противодействие не оказывал. На предложение принять вину сказал, что действовал в целях самообороны, – скучно зачитал текст прокурор, чьё обвинение больше походило на констатацию фактов, нежели на обвинение.

– Да какая тут самооборона?! – закричал Аркадий Лирских. – Он убил моего сына и должен за это поплатиться! Кто тебя на?!… – обратился он уже ко мне, но не успел.

– Тихо в зале суда! – прервал отца судья ударом по столу. – Не прерывайте служащих при исполнении.

Зал суда. Выглядел пафосно и походил на чей-то богатый дом. Стены бело-чёрные с позолотой ближе к потолку. На нём самом строгая люстра, которой, видимо, было без разницы, что она находится в зале суда и помпезность здесь ни к чему. Из мебели здесь скамейки для присяжных, столы для защиты, прокурора и обвиняющей стороны, клетка на случай если обвиняемых больше двух, и хороший такой стол и стул для судьи, хотя такой в дом не поставишь великоват будет. Я же не сидел за столом защиты, а стоял прикованным к столбу из прочной кладки камня.

В комнате были я, Иори, Таня, судья, прокурор, присяжные в количестве восьми человек,мужчина за столом, моя защита и четыре стража, один из которых выделялся из них отличием в форме и именно он меня задержал. Конечно, он был не один, просто он самый старший по званию среди тех, что арестовали меня.

–Защита обвиняемого, вам есть, что сказать? – дал судья право говорить моей стороне.

Вообще, эти вот юридические и судебные заволочки меня мало интересует, но минимум я знать должен был так, как являлся дворянином уже развалившейся Империи. Род мой скорее всего уже не существует, если не считать меня.

Да и сколько поколений прошло? Ну возьмём за возраст когда глава рода даёт потомство – двадцать-двадцать пять в среднем лет и считаем. Девяносто поколений в среднем.Что там сохранилось за эти девяносто поколений от моего рода? Да я же могу спокойно сношаться со своими пра-пра-пра-пра[спустя неопределённое повторение «пра»]внучками и ничего не будет со стороны общества или кого либо ещё, люди и так чуть ли на своих двоюродных сёстрах женятся лишь только, потому что лень дойти пешочком до соседней деревни. Что твориться у аристократов я вообще молчу. На своих дочерях, на своих дочерях женятся лишь бы рыбу самим продавать! А ведь были индивиды, что на себе женились/замуж выходили, только чтоб не отдавать деньги семье супруга/и. А деньги были смехотворные, так дань традиции.

Так вот, моя защита, что там?

– Мой подзащитный действовал в целях самообороны от агрессии, пока что, подозреваемого Стефана Лирских. По известным данным известно, что погибший утром четырнадцатого Мироно убил Екатерину Крылову. И получается обвиняемый Ат’тахир ненамеренно самообороняясь убил подозреваемого в убийстве дворянки. Тем самым он невиновен в том, что оборонялся от возможного убийцы. Действуя иначе он мог погибнуть сам от рук Стефана и продолжить бесчинства. Получается, что Ат’тахир помог следствию. Уже ведётся следствие по делу об намеренном убийстве Екатерины Крыловы и самый вероятный подозреваемый – погибший Стефан Лирских, – озвучила заготовленную речь Крылова старшая.

Дело по убийству Крыловой ещё не закончено и не может являться прямым аргументом, лишь косвенным, да даже будь прямым меня могли посчитать наёмным убийцей и дело с концом. Но тут явно, что-то не чисто. Возможно это Крыловы подкупили судью, но и так действовать прямо и без хитростей нельзя. Люди могут возмутиться от несправедливости суда.

– Заинтересованы ли вы в корыстных целях, ведь погибшая это ваша дочь? – спросил судья с малым интересом.

– Лишь чувство справедливости меня заставило участвовать в этом судебном разбирательстве, – ответила Крылова старшая с интонацией невинной девушки.

Сразу видно Аристократа с большой буквы. Прожжённая нелёгкой и льстивой жизнью женщина.

Видимо, судье мало интересно это дело и он просто отрабатывает своё жалование. Также поступает и прокурор.

– Где была эта ваша справедливость и честность, когда ваша дочь отвергла моего сына? Он достоин лучшей жены!... был, – грустно добавил Аркадий, – а ваша дочь нет, вот и наложила на себя руки. И чтобы не позорить род сделали так, чтобы посчитали это убийством.