И всегда в глаза

Глава 1

Говорят, время лечит. Говорят, пройдет месяц, год, пять лет — и боль утихнет. Но сколько же нужно ждать? А может, время вовсе не лечит, а лишь притупляет, оставляя внутри ту самую рану, которая никогда не зарастает? Хотела бы я знать ответ… Хотела бы знать, когда перестану мучиться.

Два года. Уже два года — срок немалый. Но почему я до сих пор ищу его взгляд в толпе? В каждом кафе, в вагоне метро, на улице — ищу тот цвет глаз, что притягивал меня, ищу мягкие светлые волосы, в которых когда-то запутывались мои пальцы, ищу губы, память о которых приходит ко мне по ночам. И стоит мне услышать похожий голос — сердце сжимается, дыхание становится тяжелым, и я почти верю: вот он, рядом, сейчас подойдет, обнимет… и я наконец спрошу — почему?

Сколько раз я проигрывала этот разговор в голове: перед сном, в дороге, с наушниками в ушах. Мои вопросы, его ответы — бесконечные сценарии, где все складывалось иначе. Там я была смелее, он — теплее, разговорчивее. Но жизнь не сценарий. Она не подчиняется нашим желаниям.

И вот он стоит передо мной. Высокий, с теми же светлыми, чуть растрепанными волосами. В темной рубашке, с холодным, почти презрительным взглядом, который проходит сквозь меня, будто я — пустота. А я стою, такая же, не изменившаяся, и смотрю на него, пытаясь понять: что произошло? Почему он исчез, не писал, не звонил?

—Ты мне не ответишь?.. — мой голос дрогнул, словно тонкая струна, готовая оборваться. Я уже знала все его ответы, и потому опустила голову, пряча глаза в пол. — Я искала тебя… звонила… Я просто хочу знать, что произошло… — слова застревали в горле, превращаясь в ком, который мешал дышать. — Я просто хочу знать… — последние слова сорвались почти шёпотом, и я медленно подняла голову. Его лицо было холодным, взгляд — пустым, и казалось, что я для него ничто, жалкий мусор, случайная тень.

—Егор! — звонкий голос разрезал воздух. К нам подошла девушка — высокая, с длинными тёмно-русыми волосами, блестящими в свете ламп. На ней было маленькое приталенное платье, подчёркивающее стройность и длину её ног. Она выглядела как воплощение противоположности меня — уверенная, яркая, будто сошедшая с обложки журнала. — Что такое, любимый? — она мягко прижалась к его руке и посмотрела на меня с лёгким недоумением. — Ты её знаешь?

—Нет. Она спрашивала дорогу в аудиторию. Идём. — коротко бросил он. Его взгляд скользнул по мне, холодный и быстрый, и он ушёл вместе с ней, оставив меня одну в пустом коридоре.

Я стояла неподвижно, как прибитая к полу, и понимала: неужели все эти два года я страдала напрасно? Он узнал меня. Но сделал вид, что не знает. Сердце болезненно сжалось, будто кто-то с силой сдавил его в кулаке. У него теперь есть девушка, он изменился — стал взрослым, сильным, уверенным. А я всё та же школьница, не выросшая ни на сантиметр, с лицом, на котором осталась детская припухлость. И что мне делать дальше? Искать ответы или отпустить? Ведь он ясно дал понять — ему это не нужно.

Звонок на пару прервал мои мысли. Я не хотела идти — ведь он будет там.

Тёплый осенний воздух ударил в лицо, словно напоминание, что мир всё ещё живёт своей жизнью. Я глубоко вдохнула, пытаясь согреться этим теплом, и побежала к метро. Теперь я первокурсница — в одном из лучших университетов страны. Для этого я потратила месяцы бессонных ночей, готовясь к экзаменам, чтобы получить высший балл.

В метро, как и всегда в час пик, царил хаос: люди спешили, сталкивались плечами, не замечая друг друга. Войдя в переполненный вагон, я искала хоть крошечное место, где можно было бы встать. И вдруг заметила знакомые пряди светлых волос. Сердце дернулось, я резко обернулась, случайно толкнув женщину в строгом костюме.

— Простите… — тихо произнесла я, но её строгий взгляд был холоднее осеннего ветра.
— Аккуратнее нужно быть. Не вы одни здесь.

Я не слушала её. Всё внимание было приковано к силуэту впереди. Светлые волосы, знакомый изгиб плеч… Я замерла, но стоило ему повернуться — и я поняла: снова обозналась.

Снова и снова, уже два года подряд, я ищу один и тот же силуэт. Мозг устал, он понимает, что пора бы остановиться. Но сердце… сердце отказывается. Оно всё ещё живёт в прошлом.

— Можно пройти? — рядом раздался голос того парня, пытавшегося протиснуться сквозь толпу.

—Да, конечно, — сказала я и отошла в сторону. Тут же начали выходить люди, и освободилось место. Я села, облегчённо вздохнув. Сегодня я рассеянная, пора собраться, — подумала я, надевая наушники и включая любимую группу. Музыка сразу вернула мне настроение.

На моей станции я поспешно вышла и направилась к университету. Пешком идти ещё минут двадцать, но район был таким красивым, что я даже радовалась: деревья, аккуратные дорожки, а рядом — высотки, будто стражи города. Чем ближе я подходила, тем больше замечала дорогих машин. Настолько дорогих, что даже моя не бедная семья не могла бы себе позволить такие. Ну ничего, зато я могу позволить себе учёбу здесь. А это, между прочим, тоже роскошь! — усмехнулась я про себя.

Волнение всё же подкрадывалось: неизвестность, новые люди, новые пары. Но я уговаривала себя думать только о хорошем. Зайдя по пропуску в огромное здание, я сразу потерялась. Потолки — как в музее, лестницы — как в лабиринте, студенты бегают туда-сюда, будто муравьи. Чтобы меня не снесли с ног, я прижалась к стене и достала телефон: Актовый зал… ага, ещё бы его найти.

Я пошла за потоком студентов и, к счастью, оказалась права — все направлялись туда же. Зайдя в зал, я сразу заняла свободное место. Зал был огромный, человек на двести минимум. По телу пробежала дрожь: первое сентября, первый день в университете, теперь я первокурсница. Родители уже не будут контролировать каждый шаг, и это радовало. Больше всего меня тревожили языки: здесь дают два, но не на выбор. Вот будет весело, если мне достанется какой-нибудь язык, о котором я даже не слышала. Представляю: «Здравствуйте, вы будете изучать суахили». А я такая: «Су-а-что?»