"И я любил, и я изведал"

«Крылья лёгкие раскину, страны дольние покину». Глава 4

И эти испытания пришли спустя год.

Началась страшная и суровая война. Бомбы и ракеты безжалостно корёжили нашу землю. Рушились старинные города, гибли тысячи людей и не было спасения.

В центре комплектации меня, как офицера запаса, зачислили в резерв.

Тревоги изматывали настолько, что часто я не имел сил даже спуститься в бомбоубежище.

Как-то, во время очередной воздушной тревоги, я в отчаянии сидел в прихожей, раздался сигнал смс. Пришло сообщение. Это был зов Агнии:

Санечка! Приезжай в дом Эмиля. Ты очень нужен мне. Я жду тебя.

Это маленькое сообщение всколыхнуло мои чувства.

Я знал, что в доме Эмиля давно уже живут другие люди. И, как писал Михаил Булгаков «не бывает так, чтобы всё стало, как было»12. Агния и её любовь – это призрак, который давно рассеялся.

Следующим днём мы играли для бойцов теробороны хорошие, поддерживающие дух песни.

Сильный ветер дул нам в спины, носил и разбивал звуки, но музыка звучала, волновала и благодарный шелест аплодисментов был для нас наградой.

После концерта я помогал укладывать инструменты, как вдруг внезапно ощутил глухую тоску.

Часть ночи, из-за бесконечных обстрелов, я просидел в укрытии. Какая-то девушка спустилась бомбоубежище с пачкой книг. При тусклом свете она листала книгу. Подняла лицо ко мне - у неё дрогнули красивые линии бровей над серо-голубыми глазами.

Она чуть улыбнулась. Черты её лица были некрупны и приятны, русые волосы в свете фонаря казались золотистыми. Её гибкая и тонкая фигура была выражением свободы и покоя, а руки, листавшие книгу, исполнены дивной и изящной жизни.

Следующим днём, превозмогая крупный холодный снег, я шагал к вокзалу. Но электрички не ходили.

Нахмурившись, испытывая горечь, я вышел на привокзальную площадь. Там стояло несколько автомашин.

- Кому в Тополинов? Есть уже два человека, нужен третий, - говорил парень в тёмных очках. Он ловко подбрасывал и ловил ключ с брелоком.

Я объяснил, что мне нужно в Сосновое. В ответ он пожал плечами и сделал широкий жест, показывая стоящие вокруг автомобили.

Я обошёл нескольких водителей, но никто не ехал в Сосновое.

Наконец толстяк из «Бентли» указал на стоявшего у ларька пожилого человека в тёплом плаще.

- Кажется вот тот чел собирается в Сосновое. Поговорите с ним...

Я подошёл к человеку в плаще. Он отхлебнул капучино из стаканчика, и, услышав мой вопрос, обернулся. Вблизи он не казался стариком, наоборот – ещё относительно молодым, полным сил. Льдистые глаза его строго оглядывали меня. Лицо было загрубевшим, красноватым, будто он провёл много времени на ветру и его иссёк снег. На щеке я заметил небольшой шрам.

- Да, я еду в Сосновое и дальше, - промолвил глуховатым голосом. – Но вот пассажиров туда нет. Вам нужно попасть в сам посёлок?

- Нет, мне нужно в тамошний в лес.

- В лес? – спросил он не удивляясь. – В такое время? Не заплутаете?

- Не знаю, вроде не должен. Раньше я туда на электричке ездил. От платформы «Лесное» дорогу точно хорошо знаю. А от самого посёлка – не очень... Но электрички не ходят. Если бы вы меня отвезли в Сосновое, там бы я сориентировался...

Какое-то время мужчина молча прихлёбывал капучино, поглядывая вокруг.

- Значит так. Давайте немного подождём. Пусть будет хотя бы два пассажира. А вам, чтобы не мёрзнуть, можно посидеть в машине... Пойдёмте.

Мы пошли к «Тойоте».

Ждать пришлось больше часа. Снег усиливался. Наконец-то появился человек в плаще.

Он сел водительское место, на минутку замер, раздумывая, а потом хлопнул по рулю.

- Ладно, едем! Никого не нашёл. Но меня уже время поджимает.

- А сколько мне это будет стоить? – поинтересовался я.

Тот махнул рукой, мол, пустяки.

Так мы и поехали вдвоём. Из города выезжали долго, из-за большого скопления машин с беженцами. Но нам удалось свернуть на костровскую трассу. Там дорога похуже, но она уже была более свободной, и наша машина помчалась быстрее.

Человек в плаще был не особо разговорчив. Даже актуальную тему войны обошёл стороной. Большую часть дороги мы перебрасываясь отдельными скупыми фразами.

Неровное шоссе потряхивало автомобиль, снежинки липли к стеклу, дворники не успевали справляться с потоками воды.

Внезапно человек со шрамом завертел рулём и стал съезжать на какую-то грунтовку, ведущую через рощу.

- Куда мы? – спросил я.

- Хочу вас подвезти поближе к платформе. Поедем вдоль железнодорожного полотна. Дорога, конечно, ужасная, грязь, но, надеюсь, не застрянем.

- Да стоит ли из-за меня?

- Зато не заблудитесь.

Он в первый раз слегка улыбнулся.

Я горячо благодарил добросердечного водителя.