Ибо я согрешила

Десятая глава

Женщина, которая зовется моей матерью, переступила порог моего дома и нагло вошла внутрь, чуть задев меня плечом. Нейт ошарашено следил за ней, скрестив руки на сильной груди.

— Я задала вопрос, малыш, — остановилась напротив Нейта мама.

— Прекрати, — сказала я, хватая ее за локоть,  — что тебе нужно?! Прошло уже полгода, и теперь ты решила напомнить мне, что у меня есть мама?! Но поверь, ты больше мне не нужна! И отцу тоже! Ты променяла нас на пять минут секса! Поздравляю, мам! Удачный выбор! А теперь уходи!

Я распахнула дверь и стала ждать, пока эта женщина покинет наш дом.

— Ты ничего не знаешь, чтобы судить меня! — взвизгнула мать. Ее лицо перекосило от злобы : глаза сужены, а рот искривлен. Кожа уже не такая свежая, как раньше. Руки не ухоженные, а волосы грязные. Что же стало с тобой, мамочка? Не от хорошей жизни ты превратилась в ЭТО.

— Да? — спокойно спросила я. —  То есть, ты хочешь сказать, что тебя насильно заставились лечь под того мужика?!

Нейт кашлянул в кулак и сказал:

— Я, наверное, пойду… — парень надел свою куртку и подошел ко мне,  — … я позвоню.

Я кивнула, он поцеловал меня в щеку и вышел, громко хлопнув дверью.

— Просто уйди! — стараясь не срываться на крик, попросила я, — ты и так все испортила! Уйди, и не порть то, что есть у нас сейчас. Папа счастлив! Без тебя, понимаешь? Он забыл тебя. Ты не нужна ни ему. Ни мне.

— Я твоя мать!

— Когда ты трахалась с тем парнем, то не помнила, что у тебя есть дочь и муж!

Мама закрыла лицо руками и громко зарыдала. Раньше меня бы тронули ее слезы, но не сейчас. Можете считать меня бесчувственной, но никто не сможет познать, как сильно страдали мы с отцом, когда мама предала нас. Сколько слез я пролила? Сколько нервов истрепал себе отец? Можете судить меня, но я не могу простить ее. Не сейчас. Мне нужен был толчок.

— Поздно лить слезы. Сделанного не воротишь! — Мои слова — яд.

Мама убрала руки с лица и тихо сказала:

— Мне нужна помощь…

— Так иди к своему парню, пусть он тебе и помогает!

— Да, как ты не понимаешь! Бросил он меня! Выкинул, как ненужный мусор!

Я скрестила руки на груди, покачала головой и медленно произнесла:

— За что боролась — на то и напоролась!

Мама еще громче зарыдала. Весь ее вид был жалким, но я приказала себе не поддаваться.

— Пожалуйста, просто выслушай, Бекки…

Я закрыла глаза и ответила:

— У тебя десять минут!

Глаза мамы загорелись, и она быстро скинула с себя куртку, оставаясь в растянутом свитере  и вытертых джинсах. Она пригладила волосы и сложила руки на животе. И тут я заметила одну незначительную деталь. Осознание  того, какая именно помощь нужна матери, волной обрушилось на меня. Я приоткрыла рот, чтобы сказать хоть что- то, но в итоге не смогла произнести ни слова.

— Что…Что это? — спустя несколько секунд, все же спросила я. Мама опустила голову и нежно погладила чуть выпирающий животик.

— Я беременна.

* * *

После того, как я узнала, что моя дорогая мамочка находится в интересном положении, я поняла, что уже не смогу выгнать ее из дома. Нет, не из-за нее, а из-за ребенка. Малыш не виноват, что его мать такая. Не хватало еще того, чтобы она простудилась, и малыш родился с осложнениями.

Я подошла к маме, чувствуя неловкость от такого положения дел, и тихо сказала:

— Теперь ты можешь остаться.

Мама кивнула сквозь слезы и обняла меня. Ее объятья были такими родными… и пахло от нее мамой. Моей родной мамочкой! Я не выдержала и крепко обняла ее в ответ. Вот он. Толчок.

— Прости меня, прости! — шептала я, чувствуя, что по щекам полились соленые слезы.

Мама погладила меня по голове и заглянула в глаза:

— Я больше никогда не оставлю тебя! — она нежно погладила меня по щеке и опять обняла. А я мысленно себя ругала за то, что была не справедлива к маме! Каждый совершает ошибки, и мама не исключение. Я корила себя за то, как разговаривала с ней, что не звонила ей. Все эти месяцы я жила с мыслью о том, что мама жива и с ней все хорошо. Но я никогда не представляла, что ее может не стать. А вот сейчас я отчетливо это понимала. Какие бы обиды я не держала на мать, да я вообще не имела права злиться на нее, я должна беречь ее! Если нет мамы, то нет и меня. Сколько слез и нервов мама потратила на меня в детстве! Сколько бессонных ночей провела возле моей колыбели! А что сделала я? Стоило маме только раз оступиться, то я сразу же выкинула ее из моей жизни! Хотя я не раз оступалась и обижала маму. Но она всегда была рядом. Черт!

— Мамочка, прости меня! Я так скучала! — и сейчас я поняла, что весь спектакль, который я устроила, был впустую. В глубине души  я уже давно простила маму. Просто надела на себя маску безразличия, играя роль обиженной девочки.

Теперь я буду беречь свою мамочку!

* * *

Я помогла маме принять ванную, расчесала ее длинные волосы, которые теперь были ее натурально цвета, одела на нее халат и повела вниз.

— Что ты хочешь? — спросила я, ища в холодильнике что-нибудь съедобное.

Я достала макароны с сыром и поставила их в печь, чтобы они чуть-чуть подогрелись. Налила мамин любимый чай с мятой, нарезала батон и селя рядом, наблюдая, как ест мама.

— Кто отец? — спросила я, но тут же чуть не ударила себя за этот глупый вопрос.

— Ты уже с ним виделась, — мама нервно хохотнула, — как только узнал о ребенке, то выкинул за порог, дав лишь деньги на аборт.