Идеальный Мужчина

Глава 5 Неа парали́я

Людей было очень много. Я-то бегаю по утрам, когда неа паралия полупустая, а вечером движущийся людской поток можно было сравнить с транспортным движением по автостраде, только гораздо медленнее. Особенность также его в том, что толпа не только «текла» в определенном направлении, но и многие покидали ее, покупая всякую мелочевку у лотков, что нарушало стройность движения, делая его неравномерным. Решив, что такая суета не для нас, мы стали удаляться ближе к ме́гаро, там было куда свободнее.

Как всегда, говорила я много, он в меру поддерживал диалог. Повествование было достаточно поверхностным: про впечатления о Греции, работу, родственников, проживающих здесь, и другое, а он с удовольствием и внимательно слушал, словно старался ничего не пропустить и осмыслить. В итоге я пропела припев из песни, которую накануне мы все вместе исполняли дома:

Яблоком солнце по небу катится,

Даст Господь, я тебе пригожусь,

Ты одна в моем сердце, красавица,

Жизнь моя, сарафанная Русь.

Я, конечно, совсем не вокалистка, голосок слабый, но не фальшивлю, поэтому пела с желанием и довольно неплохо. Затем, хотела еще что-нибудь исполнить, но кроме «В траве сидел кузнечик…», ничего вспомнить не могла, как отшибло память. Мне стало очень обидно, потому что я знала много небольших фрагментов из песен, особенно популярных припевов. Он же улыбался, смотрел на меня своими темно-карими, похожими на маслины, глазами, в которых блестели искорки, струилось наслаждение и любование происходящим.

И это могло только нравится, так как он не заморачивался на такой информационной ерунде, как сколько у меня детей, сколько им лет, сколько раз я была замужем, почему развелась, надолго ли я здесь, какие у меня родственники, кем работают они и кем работаю я, каков наш доход и другие, бесконечно «дежурные» вопросы, ответы на которые интересовали большинство потенциальных женихов. Я в этом видела то, что он просто наслаждается моментом бытия, воспринимая как факт ситуацию, которую ему подарила судьба. Вы можете сказать: «Только ему? А тебе нет?». А я отвечу вам так: «Осознание того, что он, видимо, понимал с самого начала, мне пришло гораздо позже.»

Мы прошли туда-сюда пару раз вдоль всей паралии, и усталость в ногах дала о себе знать. Решили присесть, но не нашли ни одной свободной лавки, однако поодаль стояли невысокие, покрытые мраморной плиткой ограждения, которые вполне подходили на роль лавочек, при полной-то загруженности людскими телами настоящих. Он сел и предложил мне сделать тоже самое, но я отказалась, так как была ночь и мрамор уже не отдавал тепло, а «высасывал» его из тела, ну, и там могло быть грязно, а на мне белые брюки.

- Садись ко мне, – вымолвил он.

После сандвича на мотоцикле, это предложение как из детского сада, и стесняться было бы абсурдно. Ко мне вернулась свойственная дерзость и я, откинув все сомнения, села боком к нему на колени, потому что тоже хотела ощущать его тело и чувствовать его энергию, которую уже успела чуточку вкусить на красном сигнале светофора.

Он уткнулся лбом в мое плечо, я тихонько болтала ногами, что позволяло немного разряжать обстановку, превращая ее в менее серьезную. Складывалось впечатление, словно он терпеливо ждал этого момента долгие годы, и вот теперь, получив то, что искал, позволил себе расслабиться и «вкушать», уткнувшись головой в желаемое. Я перестала двигаться, мне совсем не хотелось нарушать его идиллию. Всеми фибрами души, воспринимая происходящее, пыталась чувствовать то, что испытывает он и осознала, что ощущаю безумно приятное обволакивающее тепло. Наша прана уже медленно и синхронно кружилась в чакрах, соединяясь в одну спиралевидную молекулу ДНК, а феромоны наполняли мозг, лишая трезвости восприятия. Это были первые минуты счастья, осознание которых пришло мне гораздо позже. Сколько мы так просидели, не знаю, наверное, не долго, около получаса. Из-за отсутствия спинки у импровизированной лавочки, позы были очень неудобными, и моя спина начала стонать, тем самым прерывая беззвучную и уже общую идиллию.

- Может быть, поедем куда-то еще и поищем, где есть лавочки? А то, я устала от этой набережной, – каким-то разочарованным голосом спросила я.

- А куда? Сегодня выходной день и везде полно народа.

- Ну, я не знаю, ты же местный, подумай куда можно.

Посовещавшись, решили ехать к Ле́вкос Пи́ргос (Белой башне), которая также находилась на набережной, в самом центре Салоников. Мы отправились к тому месту, где оставили припаркованный мотоцикл. Имея чисто женский склад ума, я очень плохо разбираюсь в марках автомобилей, а уж в марках мотоциклов и подавно. Вся информация, которой я владела, могла уложиться в одно предложение: «Двухколесные транспортные средства, работающие на бензине.» К тому же, мотоциклы в моем регионе проживания, совсем не популярны, из-за довольно холодного климата. Подойдя к парковке, задалась вопросом: «И какой наш? - в голове лихорадочно заработал процесс воспоминания цвета и формы, потому что на марке мой мозг даже не сфокусировал внимание, такое мне было совсем не под силу. - А вот по цвету могу, черный с серым! Да-да, именно черный с серым. Ага, вот же он.» – заключила я и подошла к нему первой. Он, не спеша, продолжая движение прямо, с удивленным видом спросил:

- Что ты там делаешь?

- Как что? – недоумевая ответила я, - К мотоциклу подошла.

- Это не мой, – бросил он в мою сторону, абсолютно без улыбки, наверное, даже нахмурившись, в темноте особо не разглядела.