Идеальный Мужчина

Глава 9 Первое море

Наш байк начал свое движение сначала по улицам Салоников, а затем по трассе к морю. Скорость почти не чувствовалась, а к «сандвичам» при торможении я уже привыкла, и спокойно влипая, отодвигалась назад. Мне было ужасно жарко в этой чудовищной куртке и шлеме, который сжимал, как черепную коробку, так и лицо, превращая его в печеное яблоко. Моя кожа ощущала, как мерзко по спине стекают капли пота. «Не хватало мне еще начать источать зловонный запах», - переживала я. Не выдерживая этой удушающей бани, я задумала, хотя бы, немного приподнять забрало шлема, чтобы получать кислород, но…, не тут-то было. Одной рукой мне приходилось держаться за него, отпустить которую я, естественно, боялась, а другой старательно шарила по нижней части забрала, пытаясь его поднять вверх. Особенно невыносимо было стоять на красных сигналах светофоров, тогда я старалась более усерднее, подключая вторую руку. Опять всё было тщетно, это «мото» явно со мной не хотело дружить. Мои излишние телодвижения его настораживали, и он рефлекторно чуть поворачивал голову в сторону, но из-за шлема не мог ничего видеть и слышать, по этой же причине я возилась сама по себе на пару со своим забралом. Останавливаться на периферьяко́ (скоростная окружная автотрасса) было опасно, поэтому он, не снижая скорости, выдвинул руку чуть вниз и сторону, сложил ладонь в виде фигуры, что мы называли в детстве «ништяк» (кулак, с отогнутым вверх большим пальцем), покачивал ею, как бы задавая вопрос: «Все ли хорошо?». Я смотрела на эту качающуюся композицию, понимая, что он беспокоится обо мне, но почему-то отвечать не спешила, может быть, потому что крайне редко, когда мужчина интересуется удобно ли тебе возле него в принципе. В большинстве случаев, в любой стране мира, априори тебе возле него, снизошедшего до тебя, какой бы ты не была, и что бы из себя не представляла, - удобно, и сомнений в этом быть не могло. Не реагируя на качающуюся сбоку руку, я ехала дальше в оцепенении и собственных думках, которые захватили мой разум. Неожиданно байк стал снижать скорость. «Что случилось? Почему останавливаемся? – замельтешило в голове, а мы постепенно тормозили и припарковались на обочине.» Через закрытое забрало я уже вопрошала вслух беспокойно эти же вопросы. Он медленно снял свой шлем, повернулся ко мне, и глядя в лицо спросил:

- У тебя все нормально?

- Да-а-а, – протянула я, - А что такое? Что не так? – искренне удивилась его вопросу.

- Все так…, все хорошо, – резюмировал он. – Ты мне так и не ответила на мой вопрос, когда я тебе показывал вот так, - он продемонстрировал сложенную ладонь «ништяк», - Поэтому я остановился, чтобы убедиться, все ли у тебя хорошо?

Я сидела молча, смотрела в его большие черные глаза с длиннющими ресницами, полные любви, ласки, внимания, заботы, и поджимала губы от глубокого чувства стыда, разъедающего мое нутро за то, что проигнорировала его «ручной» вопрос. В этот момент пришло осознание, что я не имею права себя так с ним вести, что мое поведение в данной ситуации подобно кому грязи, брошенного в его чистые помыслы. Впервые в жизни, я констатировала, что оказывается на свете есть мужчины лучше, чем я, более духовные и светлые. Было принято решение впредь относится к нему с большей внимательностью и заботой, как это делает он. Свой негативный опыт общения с противоположным полом я, к сожалению, спроецировала на него. «Ну, я же не специально, я же автоматически!» - стыдливо оправдывалась за содеянное сама перед собой. Зато в этот момент я познала еще его мужские качества, которые были так же бесценны, как и предыдущие.

Он одел шлем, сел на байк, и мы поехали дальше. Я продолжала терпеть жуткую духоту под закрытым забралом, но теперь шевелилась очень аккуратно, вдруг он опять остановится, и я снова испытаю чувство вины. На трассе было легче, мотоцикл шел на скорости, и ветер, проникая через широкие манжеты, вздувал куртку парусом, высушивая капли пота. Вскоре у меня затекла спина и шея, которой приходилось держать не только голову, но и шлем, сопротивляющийся воздушному потоку, а корпус тела был подан чуть вперед, потому что держалась я за него, обхвативши за талию. Очень аккуратно и медленно выпрямляла спину, выгибалась в пояснице. Этого было недостаточно, и я решила облокотиться на одну руку, поставив ладонь на заднюю часть сидения. Рука нащупала что-то, и я с удивлением поняла, что это ручка, за которую может держаться пассажир. «Как я ее раньше не видела? Почему он мне про нее не сказал, ведь спрашивала его?» Я была в недоумении и одновременно безумно радовалась своему открытию. Тут же взялась за нее двумя руками, спина приняла блаженное вертикальное положение.

Через полчаса мы добрались до побережья. Нас приветствовала целая вереница небольших пляжиков, слепившихся воедино вдоль берега моря, отличавшихся друг от друга только цветом зонтиков над шезлонгами. Все это было видно, как на ладони, потому что шоссе находилось значительно выше уровня моря. Мы остановились на обочине и стали вглядываться, он произнес:

- Выбирай, какой тебе нравится.

- А в чем разница, кроме цвета зонтов? В чем-то еще есть отличие? – уточнила я, потому что подумала, если он так сказал, «выбирай», тогда, может быть, есть различие.

- Ни в чем, – честно ответил он, подтвердив мои познания.

- Тогда куда угодно.

- Может ты хочешь на дикий пляж?

- Оо-о, нет, спасибо, предпочитаю цивилизацию!

- Тогда пойдем туда, где найдем удобное место для стоянки, хорошо?

- Конечно, хорошо.

Через пару минут он парковал байк под тенью раскидистого дерева, одиноко росшего на обочине дороги. Мы слезли, и сейчас, я наконец-то, сниму мотообмундирование. Взялась за шлем, но осуществить это мне тут же помешали ремешки. «Опять я не могу что-то сделать нормально и самостоятельно в его присутствии, ну почему так?» Конечно, я понимала, что у меня вообще нет опыта взаимодействия с современным мотомиром, здесь мои познания «проседали» по максимуму, но и немаловажную роль в общей беспомощности играли незнание местности и языка. Я полностью зависела и полагалась только на него, особенно, когда мы были вдвоем. Это меня удручало в определенной степени, потому что контрастировало с моим домашним имиджем смелой, сильной и уверенной женщины.