Идеальный враг

Глава 36

Анабель

Только у машины, в которую нас с мамой и Беллой хотят усадить, понимаю, что не могу просто так уехать, не сказав, не увидев его. Возможно, я поступаю глупо, во мне тут же проснулась ненужная романтика с налётом розового цвета, но ощущение такое, словно если я сейчас не скажу Алексу пары слов, не посмотрю ему в глаза, всё будет плохо. Назову своё поведение как предчувствие, да пускай это будет пресловутая женская интуиция, но мне страшно отпускать его. До дрожи в коленках, до того, что мне сложно дышать. Весь полёт он будто сторонился меня, его гневные подглядывания на меня и Адена словно стрелы пронзали, и с этим пониманием мне сложно будет провести час в самопоедание. Бросив маме и Белле, что сейчас вернусь, рванула к автомобилю Алекса, только сейчас замечаю, что внутри кто-то находиться, возможно, эта его семья, которая не желает светиться перед прессой.

- Алекс! – зову его, когда оказываюсь на достаточно близком расстоянии от него, он разворачивается, растерянно смотря на меня.

-Ты почему не уезжаешь? – говорит он, строго, осматривая место возле меня. От такой деловитости в его голосе начинает зарождаться пустота и одиночество в области сердце. Почему он делает вид, что ничего не произошло? Неужели мне действительно ничего не понятно, я настолько глупа и очаровано. Но пока я пытаюсь собраться с мыслями и духом Алекс подходит ко мне, беря за руку, на секунду я замечаю тот взгляд, который смог очаровать меня, а пальцы чуть сжимают крепче мою руку, отчего по телу пробегают мурашки. Развернувшись вполоборота от, громко проговаривает, – Отец, я провожу Ану и вернусь!

Александру не нужно разрешение, так как он, не дожидаясь ответа, тянет меня к моему автомобилю.

- Анабель, езжай, пожалуйста, мы обязательно увидимся и поговорим позже, когда вернёмся, хорошо? – мягко спрашивает он, но мне мало этого, хочу накинуться на него с объятиями и поцелуями, хочу, чтобы не оставлял меня, хочу быть сейчас с ним, но его дистанция чувствуется кожей, -Ну чего ты молчишь?

- Поехали с нами! -выдавливаю из себя. Раньше, когда мне было непонятно значение слов «Любовь и влюблённость» я бы точно посчитало такое поведение слабым и омерзительным. Выпрашивать внимания — вот так откровенно, словно нищий простит на кусок хлеба, но в моей душе бушует огонь, от которого мне тяжело избавиться и справляться с ним тоже нет сил. Мне мало взглядов и обещаний, я медленно сгораю в собственной жалости.

-Тебе нужно побыть с семьёй, они в тебе нуждаются, а я обязательно тебя найду, как только всё уляжется! – открыв дверь чёрного внедорожника, он словно намекает, прекратить устраивать комедию, и я принимаю и соглашаюсь, отпуская его ладонь. Как только наши руки расцеплены, на плече словно сваливается многотонный груз, который тянет меня к земле, и тут я не сопротивляюсь, дав волю эмоциям, через секунду ощутив, как по щекам льются слёзы. Знаю, что скоро мне станет гораздо проще, мне просто нужно выплакать всё, что я так тщательно копила у себя внутри. - Детка, не нужно, всё будет хорошо!
Это последнее, что он говорит, аккуратно смахивая с моих щёк слезы.

Садясь в машину, ловлю на себе удивлённые взгляды мамы и сестры, но я так устала, что не обращаю на это вниманию. Опускаю голову на колени маме и прикрываю глаза. Мне спокойно, тепло и весь кошмар, надеюсь, подошёл к концу. Не проходит и пяти минут, как я погружаюсь в сон под шёпот Беллы и плавное покачивание машины.

Открываю глаза, когда мы подъезжаем к дорожке у нашего дома. С последнего раза тут ничего не изменилось, небольшой белый забор, мамины розы перед окнами и мерседес Байрона на парковке.

- Байрон тут? - произношу, потирая глаза, чтобы окончательно проснуться. Как бы мне ни хотелось, но встречаться с ним этот - то, чтобы я поменяла в своём привычном образе жизни.

- Папа очень ждёт тебя! - Изабелла воодушевлённо сообщает мне, что заставляет скривиться. И мне, и ему доподлинно известно, что мы не испытываем радости от присутствия друг друга. Думаю, что он расстроился, когда узнал, что мне посчастливилось остаться в живых, могу поклясться, что он бы обрадовался, окажись я на месте Келвина или Марисы.

- Белла, я была похищена, а не лишена памяти! - бросаю, смотря на лучезарное лицо сестры, когда, когда она уже откроит свои глаза и увидит, насколько мы призираем друг друга. Выхожу наружку, вдыхая лёгкий аромат розовых кустов, он проникает в мои лёгкие, заставляя блаженно простонать. Как же приятно оказаться дома, среди всего знакомого и родного. Там, в заточение, где воняла из каждого угла, а от солнечного света мы были ограничены, сейчас видит всё беспрепятственно, кажется высшим удовольствием определённо, после всего случившегося я стану смотреть на обыденные вещи под другим уклоном.

За столом в светлой гостиной сидит он, вид у него говорит сам за себя: злой, нервный, недовольный. Руки сцеплены в замок и лежат на столе покрытой белой скатертью. Мама лёгкой походкой подходит к нему и аккуратно касается его щеки, на лице этого ублюдка практически ничего не изменилась, только гнев и разочарование даёт мне полную уверенность в том, что я права в своих мыслях на тему моего спасения.

- Папочка, а вот и мы! - видимо, только одна Изабелла радуется всему происходящему, а мы втроём с лицами, будто кого-то хороним. У мамы виноватый взгляд, словно она мысленно извиняется за своего мужа-придурка.

- Здравствуй, Белла! - при упоминании имени сестры голос отца немного смягчается, но переведя на меня взгляд, хмуриться. – Ты в порядке? - это не вопрос мне, это словно укор.