Иду по твоему следу

Глава 2. Кто не спрятался, я не виноват

После этой странной встречи со старушкой, я направилась сразу в участок. Дойдя до площади, случайно встретилась с отцом жертвы, он шел домой. По нему нельзя было сказать, на сколько он расстроен данными обстоятельствами.

Клэр: Простите, мистер Розманд, подождите минутку.

Я направилась к нему, махая рукой. Мистер Розманд остановился, держа в руках пакет с продуктами для семьи, посмотрел на меня, нахмурился и двинулся на встречу.

Мистер Розманд: Давайте быстрее, меня дома ждут дети и жена, которая не может сейчас даже за собой проследить.

Клэр: Мои коллеги сказали, что вы не захотели отвечать на их вопросы с утра, почему? С чего такая реакция на смерть дочери?

МР: Она у меня не единственная дочь и забота. У меня большая семья, которую нужно содержать, а я единственный человек, который может это сделать. Если вы думаете, что я не чувствую боли – чувствую, очень. Мне жаль мою Розу, но я просто не могу позволить себе опускать руки.

Клэр: Я понимаю, простите. Скажите, пожалуйста, у вашей дочери были враги? Может быть она с кем-то ссорилась в школе?

МР: Врагов не было, но и друзей тоже. Все считали ее замарашкой из-за того, что мы не богаты и не можем позволить себе одежду лучше и качественнее. С ней не общались, но и обижали крайне редко, особенно в старшей школе. Она плакала иногда из-за того, что у нее нет друзей, но никогда не говорила о травле.

Клэр: Хорошо. У нее точно не было новых знакомств? Может быть по интернету она с кем-нибудь общалась?

МР: Сидела в интернете она много, но что там делала – не знаю. Я не лез в ее телефон или с расспросами об этом. Самому было не до этого…

Он понурил голову и я увидела, как одинокая слеза, которая говорит о том, как мужчина сожалеет об упущенной возможности просто обнять свою дочь.

Клэр: Спасибо большое, мистер Розманд. Примите мои соболезнования.

Мужчина кивнул и пошел в сторону своего дома. Мне безумно было жаль этих людей. Жизнь продолжается у всего города, у всего мира, а эти люди теперь на всю жизнь застряли в этом дне, когда потеряли свою дочь и сестру.

В участке меня уже ждали все мои коллеги. Мы сидели в переговорной и не знали, с чего начать. На завтра был запланирован поход в дом жертвы, чтобы обыскать ее комнату и изъять компьютер, потому что личных вещей рядом с телом обнаружено не было. Куда-то пропал ее телефон и вещи, в которых она была в день смерти.

Джозеф: Что-то удалось найти? Что вам поведали местные жители?

Джереми: Да ничего путного. Либо говорили, что не знают ничего, либо молчали. Я провел весь день в бесполезных разговорах с жителями. Даже встретил парочку ее одноклассников. И ни один не сказал ничего, абсолютно.

Амелия: Такая же ситуация. Я успела поговорить с ее сестрой и двумя братьями, но они, как будто бы, совершенно не знали, чем жила их сестра. Мать продолжает быть в истеричном состоянии, от нее совершенно ничего не добиться. Смотрит в одну точку и плачет.

Джозеф: Клэр, а что у тебя?

Клэр: Я встретила старушку, которая продает свои цветы в разных местах города. И она сказала, что вчера вечером кто-то покупал у нее небольшой букетик роз. Этот «кто-то» был не из местных. Но и описать она его не может. Он был в капюшоне.

Все немного приободрились от этой новости. Это означало, что наш преступник не из местных, но и в то же время это усложняет поимку. Мы можем никогда не узнать, кто это. Потому что он уже может быть за пределами Гримора.

Джозеф: Это всё?

Клэр: Нет. Я встретила ее отца. Смогла с ним поговорить. Он сказал, что в школе у нее не было врагов, но и друзей тоже. Она была глубоко несчастна от этого и часто плакала. Возможно она нашла друга по переписке, потому что всё свободное время проводила в интернете. Это всё.

Джозеф: Не густо, но уже что-то. Ладно, идите по домам, завтра пойдем на обыск ее комнаты и будет готов отчет от судмедэкспертов.

Джереми: Погодите, а как вы сходили к мэру? Что он сказал? Он пришлет подкрепление из другого города?

Джозеф потер переносицу. Он всегда так делал, когда думал, как мягче преподнести информацию до своих подчинённых.

Джозеф: Нет, он никого не пришлет. Он дал нам месяц на раскрытие этого дела или уволит всех нас. Я сказал, что это будет проблематично с условием того, что у нас нет нужно оборудованной лаборатории. На что был ответ: тогда ройте носом землю или вас здесь не будет.

Слова были ужасными. Наводили на смутные и неприятные мысли. Но он был мэром и его первоочередная задача – целостность и счастье горожан. Его тоже можно было понять в некотором смысле.

Джозеф: Не забивайте этими словами свои головы. Вам нужен ясный и чистый ум для того, чтобы раскрыть это дело. А теперь все по домам. Жду вас завтра в участке, не опаздывайте. Поедем к Розмандам домой.

Когда я направлялась к выходу из участка, обернулась назад, посмотреть, не собирается ли уходить капитан. Но он оставался в комнате для переговоров и перечитывал отчеты, пересматривал фотографии. По всей видимости он совершенно и не собирается уходить. И, видимо, просидит здесь до утра. Мне было жаль его, но его должность обязывала быть на чеку.

Я решила пройтись пешком до дома, проветриться и подумать над этим делом. Я не знала, как себя вести и что нужно делать. Это первое мое серьезное дело. Меня пугало то, что происходит, меня пугало и то, что убийца до сих пор на свободе. Поймать его будет крайне тяжело, он не оставляет следов, а те что есть, оставлены как бы специально, показательно. Я шла по улице, было темно, сыро и холодно. Нацепив шапку и перчатки я зашагала чуть быстрее, чтобы немного согреться. Повернув в переулок, я почувствовала, что за мной кто-то следит. Это необъяснимое чувство, но я понимала, что кто-то следует за мной буквально по пятам. Город уже погружался по-тихоньку в дремоту, все были дома, ужинали и готовились ко сну. Решив не рисковать, я сделала еще пару поворотов и вышла на главную просторную улицу. Было опрометчиво, потому что так буду находиться как на ладони, но был шанс того, что кто-то всё ещё остался на улицу, какой-нибудь местный житель, который вышел из пивной, был бы как нельзя к стати.