Иду за мечтой

Глава 5

Очнулась от того, что кто-то тыкал палкой в рёбра.

– Эй, девка, ты живая?

С трудом разлепив глаза, поняла, что лежу на обочине дороги, рука сжимает лямку вещевого мешка, лук и колчан со стрелами оказались подо мной, и я испугалась, как бы не сломались. Кругом всё тот же хвойный лес и два мужика с заплечными мешками тыкают в меня дорожными посохами.

– Очнулась? Хорошо. Ты встать-то можешь? – спросил один из них.

– От жары что ль сомлела? – поинтересовался второй.

Нагнулся и потянул меня за руку, помогая встать на ноги.

Отряхнувшись от травы и дорожной пыли, неуверенно улыбнулась.

– От жары, добрый человек. А не видели...?

Я завертела головой, ища своего провожатого, но отшельника и след простыл. А может и не было его вовсе? Мало ли что в беспамятстве привидится. Рука метнулась к горлу и сжала ворот рубахи. Не привиделось: и шнурок, и перстень на нём! И письмо старосты на месте. Голова была тяжёлой, мысли путались, места были незнакомые, но то, что я среди людей, хорошо.

– Не боись, мы не тати какие. Ты куда шла?

– В Кряжки, не подскажите далеко ещё?

– До Кряжек далеко, дней десять пешком будет. Зря ты, девонька, на ночь глядя на дорогу вышла. Места нынче не спокойные. Вернулась бы в город, да поискала провожатых, с ними бы по утру и отправилась.

– В город? – я столбом застыла. Вспомнилось, что отшельник хотел сразу свести в Борден, а я упрямилась, так неужели... – А что за город?

Мужик от удивления крякнул, второй хмыкнул.

– Так Борден, – и вдруг насторожился, покрепче перехватив свой посох. – А ты какой думала?

– Я в Кряжки шла, только в лесу заплутала, вот и не могу сориентироваться. А можно я с вами? Боюсь опять сверну не туда, потом вообще из леса не выберусь.

Мужики сжалились над странной девицей и согласились проводить. Пока шли, они говорили меж собой. У всех одни заботы: дом покосился, крыша прохудилась, скотина хворает. И надо решать, что выгодней – позвать городского знахаря или забить и продать мясо на ярмарке, а на вырученные деньги купить молодняка.

Я по научению старика помалкивала, слушала да вертела головой, запоминая приметные вешки на дороге. Вон ствол у дерева чудно изогнулся, а вон две березки переплелись меж собой, словно влюблённые, чтобы всегда быть вместе. Теперь, если опять пойду этой дорогой, не потеряюсь.

Потихоньку я отстала шагов на десять, не хотелось подслушивать чужие разговоры. Да и мне было о чём подумать. Выходит, дедушка не так прост, как думали мужики в деревне. Магией владеет, вон за полдня колдовской тропой из леса к Бордену вывел, колечко подарил, а что от его сказок дурно сделалось, так оно понятно, магией одурманил, чтобы не боялась.

Мужики то и дело оглядывались, проверяя иду ли следом, и вновь говорили о своём. А я все время щупала сквозь ткань рубашки заветное колечко. Оно и сейчас казалось тёплым, что для металла совсем необычно. На лицо сама собой наползала улыбка. Вот так приключение выдалось! О таком в деревне кому расскажешь, в жизни не поверят.

Вскоре лес поредел, и мы вышли на равнину, прорезанную широкой рекой, несущей свои воды с заснеженных гор. Впереди простирались возделанные поля, вдоль дороги и по обеим сторонам реки теснились деревянные избы, за ними сады и огороды. По холмам с цветущим весенним разнотравьем бродил домашний скот, и вдалеке в лучах закатного солнца высились башни города. И правда Борден!

– Ты как, дойдёшь сама? Или проводить до ворот? – старший из мужчин с улыбкой махнул в сторону города.

– Дойду, спасибо вам, дяденьки, что из леса вывели!– я до земли поклонилась провожатым. Неизвестно, что могло случиться, не найди они меня и не приведи в чувство. А то может так и лежала бы до сих пор на обочине.

– Ну тогда прощай и не теряйся больше.

Мужчины, посмеиваясь, свернули на дорогу, идущую вдоль леса, а я устремилась к городу. Солнце стремительно клонилось к закату,и если не поспешу, могу не успеть до закрытия ворот. Но чем ближе подходила и чем выше становились стены, тем более замедлялся шаг. В голове творился сплошной сумбур. И радость предвкушения, ведь я так хотела здесь оказаться, и страх, что вот оно свершилось, но почему-то хотелось развернуться и бежать без оглядки обратно в свою деревню. К тому же я так и не попала к леру Дорну, не снесла письмо от старосты, а он говорил там что-то важное. Выходит, придётся передохнуть денёк и опять пускаться в путь. Лучше бы дедушка отвёл в Кряжки, как я просила, но да что уж теперь.

Навстречу двигался поток людей и верховых, покидающих город. За ними на пешком тянулись крестьяне из предместий возвращались с работы или с рынка. Пару раз увернувшись от шибко ретивых всадников, пошла ближе к обочине, а то вон как спешат, даже не смотрят, кто может попасть под копыта. Такое было непривычно. Столько людей, а на тебя никто внимание не обращает. Я привыкла, что в деревне все друг друга знают с младенчества, а тут другие порядки. Поправив сползающий с плеча мешок, крепче вцепилась в лямки, ничего привыкну.

Заплатив страже на входе десять медных монет, прошмыгнула мимо огромных механизмов, опускающих надёжную решётку и оказалась на улице, зажатой трёхэтажными домами. Здесь было серо, сумрачно и неуютно, совсем не так, как я помнила. Солнце скрылось за остроконечными крышами, позолотив сланец, который клали вместо привычной дранки. Шагать по округлой брусчатке было немного странно, зато радовало, что после дождя не будет луж с липкой грязью.