Иду за мечтой

Глава 6

Утро наступило слишком быстро – вот только коснулась подушки и уже глаза открыла. Но на удивление я хорошо выспалась. Сладко потянувшись, подрыгала ногами, села и завертела головой. Из-за не слишком плотных занавесей пробивался свет, на столе так и остался стоять тазик с водой, полотенце повисло на спинке стула, а то, что было на голове, за ночь сползло и лежало рядом на подушке. Энергия била из меня ключом. Не в силах больше оставаться в постели, соскочила на пол и, подбежав к окну, раздвинула шторы. А утро, оказывается, совсем не раннее, скорее середина дня. Ну я и соня!

Достав из сундука гребень, села на край кровати разбирать колтуны на голове. Взгляд упал на дорожную одежду. Самой постирать? Или отдать прачке? Наверно, лучше самой, за работу платить нужно... Но зато я не провожусь тут ещё два часа и успею больше дел сделать в городе. Решив, что время важнее, заплела косу, вплела в неё синюю ленту и завязала бантом на конце. Надела нижнюю сорочку из тонкого сатина, поверх блузку с длинным рукавом и пуговицами под горло, шерстяную юбку, чулки и обула ботинки на шнуровке. В деревне в таких не ходили, но отец, по научению деда, купил, когда стало понятно, что я больше не вырасту. Эх, а зеркала в комнате нет, жалко! Хотелось посмотреть на себя.

Ещё собираясь в дорогу, я понимала, что не буду в городе ходить с вещевым мешком и сшила небольшую кожаную сумку, даже не поленилась вышить тонкими полосками кожи незатейливый узор. Лямку сделала длинной и сейчас, перекинув наискось через плечо, попробовала вместить в сумку соболиные шкурки. Не вышло. А может и не нужно все? Отцепив от связки одну, аккуратно сложила, умещая в сумку, и внутрь шкурки затесала кошелёк – не рисковала я оставлять деньги в гостинице. Собрала охапкой грязные вещи и пошла искать прачек.

Женщины обнаружились на заднем дворе трактира. Они на солнышке полоскали постельное бельё в огромных кадках. Завидев меня, одна выпрямилась, потирая натруженную спину.

– Добрый день! Возьмёте постирать? За плату, конечно,– я улыбнулась и протянула вещи.

Прачка с улыбкой приняла.

– Отчего не постирать, какой у вас номер?

– Триста шестой. Сколько с меня?

–Тридцать медяков. И постираю, и поглажу, к вечеру принесут вам в номер, уж не беспокойтесь.

Я полезла в кошель за деньгами. Ну и драконовские цены! В следующий раз сама стирать буду.

– Вот держите, – протянула женщине деньги и, переступая через мыльные лужи, вышла со двора трактира через боковой выход для прислуги и сразу окунулась в шумный поток прохожих. Пройдя пару кварталов, поняла, что наугад плутать я буду долго, надо спрашивать дорогу. Город оказался просто огромным.

– Не подскажете, в какую сторону идти до рынка? – обратилась к дородной женщине с корзиной полной овощей и зелени, разглядывающей прилавок с фруктами на другой стороне улицы.

– Иди по этой дороге, милая, пройдёшь три поворота, на четвертом налево и всё время прямо, и будет тебе рынок.

– Спасибо.

Я честно считала повороты и всё равно свернула куда-то не туда. И даже знала, где запуталась. В одном месте случилось такое скопление людей и подвод, что я, обходя их, не увидела узкий проулок и не посчитала его. Ничего, всё равно иду в верном направлении. В моих воспоминаниях рынок был огромным. На него точно выходит не одна улица. Так и оказалось. Жилые дома сменились торговыми лавками, вскоре и они расступились, открыв большую площадь, заставленную крытыми палатками, между которыми неспешно ходили горожане.

Чего тут только не было! Глаза разбегались, не зная, куда смотреть! Торговали тут и тканями, и готовой одеждой, и оружием, и поделками, и украшениями... Сердце защемило от горестных воспоминаний. Всё было почти так же, как в моём детстве, только не такое огромное, как помнилось. Тогда казалось, что палатки были высотой до неба. Правильно – я же маленькая была и смотрела на всё снизу.

Неспешно бредя между рядами, я просто любовалась всем этим изобилием. Покупать ничего не собиралась. На первое время всё было. А вот и нужная мне палатка. На прилавке раскинулись роскошные меховые покрывала, за спиной владельца висели шапки и шубы из лисы и соболя, а плащ из волчьих шкур просто поразил. Неужели кто-то купит? Он же тяжеленный. Хотя зимы у нас такие, что какому-нибудь охотнику сгодится. Лето скоротечно, а зима наступала быстро – и раз завьюжит в октябре, снег уже не тает до весны. Потому и торговали мехами круглый год. А в этот плащ можно закутаться с ног до головы и ночевать прямо в снегу, точно не замёрзнешь.

– Присматриваешь что, девица? – продавец, наверно, устал смотреть, как я таращусь на его товар.

Смутившись, отдёрнула руку, которой гладила мягкое покрывало из пушистых кроличьих шкурок.

– Нет, – набравшись смелости, открыла сумку и достала соболиную шкурку,– наоборот хотела вам предложить купить у меня мех.

Мужчина сощурился. Кто-то нетерпеливый, спеша по своим делам, толкнул меня в спину. Я чуть отодвинулась в сторону, чтобы никому не мешать, заодно оказалась в тени палатки.

– Ты хоть знаешь, что это за мех? – хохотнул торговец, сунув большие пальцы рук за пояс.

– Кто же не знает соболя, господин! Мех отличной выделки.

Махнув шкуркой, положила на прилавок так, что коричневый мех засиял в лучах солнца.