Идущий в дождь

Интерлюдия 1. Начало пути

Кирилл открыл глаза, и резко сел на кровати, не понимая, проснулся он или нет. Все казалось каким-то нереальным, призрачным, словно переступив черту между сном и явью, и не сумел вернуться назад. Взмокшие волосы прилипли до чела, пальцы  левой руки судорожно вцепились в одеяло, сжимая мертвой хваткой плотную ткань. Кирилл обвел взглядом комнату, остановился на темной куче в двух шагах от кровати – это он вечером сбросил одежду, лень было убираться, посмотрел в противоположный угол, где темнел экран телевизора, и немного успокоился. Все же это его комната, а это всего лишь сон. Повторяющийся второй раз за неделю. И такой реалистичный, что Кирилл никак не мог отделаться от ощущения, что еще спит, и все происходящее – эфемерно и ненастоящее.

Немного успокоившись, Кирилл разжал пальцы левой руки, сжимавшие одеяло, и встал с кровати. Вдруг тени по углам комнаты начали приходить в движение, обретая странные формы. А в следующее мгновение мир вокруг Кирилла качнулся и завертелся в бешеном ритме, сбивая его с ног. Кирилл упал, больно ударившись коленом, и все прекратилось. Поднявшись с пола, Кирилл подошел к окну, за которым монотонно барабанил начавшийся еще с вечера дождь, и, взявшись за ручки, одним рывком распахнул пластиковые половинки. Повеяло свежестью, несколько холодных капель тут же попали на разгоряченное лицо, и стало полегче. Сев на подоконник, Кирилл с наслаждением втянул влажный воздух, в душе уже посмеиваясь над собственной трусостью. Да и падение объяснялось довольно банально – головокружение, вызванное слишком резким подъемом с кровати. Но сон-то, был уж чересчур реалистичным. Кирилл поежился, вспоминая недавнее сновидение.

А за окном медленно качали мокрыми ветвями деревья, и где-то капала вода. Сны всегда приходили с дождем. С дождем приходило и облегчение. Напряжение, копившееся во время адской жары, спадало, стоило только первой капли упасть в пыльную землю. Тогда Кириллу хотелось закинуть голову к небу и ловить эти капли ртом, раскинуть руки в стороны, чтоб захватить, впитать в себя как можно больше этой природной энергии. В такие мгновения ему хотелось идти, неважно куда, лишь бы перед глазами сменялись пейзажи, и не прекращалась капель с неба. Идти туда, где всегда тучи и ливни…

Протяжно вскрикнула ночная птица, возвращая Кирилл к реальности. Взгляд мальчика упал на темнеющий сразу за двором силуэт небольшого сквера. Хищник, наверное, где-то там, сидит, нахохлив перья… Внезапно, внимание Кирилла привлекла одинокая фигура, стоящая сразу возле калитки. Кирилл несколько раз моргнул и протер глаза, но ему не показалось. У ворот кто-то стоял. Из-за темноты и влажной мороси, тяжело было разглядеть, кто это был, но он смотрел прямо на Кирилла. И от этого взгляда у парня пошли мурашки по коже. Можно было крикнуть, кто это в такое время возле их дома ошивается, и чего ему надо, но дикий страх полностью парализовал его связки, а во рту сразу стало сухо и кисло. Фигура медленно обернулась, и зашагал к скверу. Это движение дало Кириллу возможность понять, что ночной скиталец, скорее всего ребенок, примерно его возраста.  Позабыв о страхе, Кирилл бросился с комнаты.

Лестница противно заскрипела под ногами, Кирилл замер, так и не опустив вторую ногу, боясь разбудить родителей. Постоял так некоторое время, но, кажется, все спокойно. Спустившись в прихожую, Кирилл накинул на себя куртку, висевшую тут же, и сунул ноги в ботинки. Остановился лишь раз, держась за ручку входной двери, а с обратной стороны призывно шумел дождь, и решительно шагнул в ночь.

Ветер зло швырнул горсть воды в лицо, за шиворот потекли холодные ручейки, но Кирилл лишь плотнее запахнул куртку, и, поскальзываясь на влажной почве, подошел к воротам. Ни возле ворот, ни с другой стороны никого не было. Лишь шелестели у дороги взъерошенные ветром низкорослые кусты. Кирилл оглянулся на дом, но там по-прежнему было тихо, темнели черными провалами окна на фоне более светлого неба. Решившись, Кирилл открыл калитку – та чуть слышно скрипнула, заставив его сердце забиться в ускоренном темпе – и шагнул на дорогу. Влажно хлюпнуло, ботинок по самый край скрылся в луже, набрав мокрой холодной воды. Но Кирилл, казалось, этого даже не заметил. В десяти шагах, у самой кромки сквера стояла давешняя фигура и смотрела прямо на него. Лица видно не было, лишь темнело нечеткое пятно, но теперь Кирилл мог толком разобрать, что они были примерно одного роста. Фигура обернулась и скрылась в тени деревьев. Те стояли сплошной мрачной стеной, лишь верхушки наиболее высоких из них качались под ветром, чуть слышно капала вода из листьев. Кирилл хорошо знал этот сквер, каждый день он ходил через него в школу. Но сейчас он казался совершенно чужим и незнакомым. Мальчик стоял посреди дороги, легкая куртка уже давно промокла, и по спине текли струйки воды, а в ногах хлюпало. По обе стороны от него уходила вдаль сереющая в ночи грунтовка. Косые струи дождя хлестали по лицу, влага собиралась на бровях и ресницах, мешая смотреть. Кирилл боялся, но когда из сквера послышался тихий голос “Иди за мной!”, он ни минуты не колебался. Что-то манило его, странное чувство того, что эта фигура имеет какое-то отношение к его снам, мягко подталкивала его вперед, не давая страху погнать назад, закрыть комнату на замок и спрятаться с головой под одеяло.

Решившись, мальчик зябко передернул плечами, и ступил на сереющую асфальтовую дорожку. А темная фигура уже бежала впереди, худая и какая-то рваная на фоне блеклой ленты дорожного покрытия. Чтобы не потерять незнакомца, Кирилл придал ходу, а вскоре и сам побежал. Быстрые движения согрели, и, как это не странно, совершенно притупили чувство страха, даже появился некий азарт.

Фигура сошла с дорожки и запетляла между деревьями, стволы грабов и буков казались неимоверно высокими, мокрая земля липла к подошве ботинок, мешая бежать. Через несколько минут бега Кирилл, вдруг понял, что он уже совершенно не узнает тех мест, которые, как ему казалось, знает лучше всех.