Игра без правил

17

Когда я пришел в себя, я не сразу понял, где нахожусь. Сознание было затуманено, а во всем теле ощущалась какая-то приглушенная боль. Я вспомнил пробуждение в больнице после ранения. Ощущения были те же. Я был в больнице. Авария. Тэя! Я ехал к ней!

Сначала в палате появился Саид. Он рассказал об аварии. Выспрашивал, не заметил ли я чего-то перед столкновением. Спрашивал, есть ли у меня подозрения. А я лишь мог думать о ней. Я спросил, сколько времени прошло. Почти восемь часов. Она восемь часов не знала, жив ли я.

Я спросил Саида, здесь ли Тэя. Он ответил, что она приехала сразу же, уже развернула бурную деятельность, отшила репортеров и запретила меня перевозить. Да, это в ее стиле.

Когда она вошла в палату, я выдохнул с облегчением. Она выглядела усталой и напряженной, но держалась. Начала отчитываться о проделанной работе. Мне было плевать на СМИ. Даже если бы меня похоронили или устроили глобальный разнос компании, мне было плевать. Я переживал за эту девушку, которая упорно сдерживала слезы, стоя передо мной.

А потом она расплакалась. Бросилась мне на шею, говоря, что ненавидит меня. Я и сам себя ненавидел за то, что заставил ее пережить все это.

Я понял, что готов был преодолеть любую боль, только бы она была рядом. После того вечера у меня в квартире она отдалилась. Стала избегать меня. Общалась нарочито дружески. Я понял, что чем-то оттолкнул ее, но не мог понять чем. Позвал на ужин и она согласилась. Хотел поговорить с ней, все объяснить, ведь в прошлый раз она не дала мне такой возможности. Но эта авария…

Хотя, вскоре я понял, что авария даже помогла мне. Тэя не отходила от меня. Приезжала к обеду каждый день и засиживалась допоздна. Она помогала мне в работе, развлекала шутками и разговорами. Она будто чувствовала, когда меня скручивало от боли или я был зол. Когда я не мог даже самостоятельно дойти до уборной, она молча выходила из палаты, придумывая, что ей нужно было позвонить или сходить за кофе.

Я был благодарен ей. Мне трудно было показывать свою слабость, и она это знала.

Я настолько свыкся с тем, что она всегда рядом, что когда настал момент выписки, я даже жалел о том, что время пролетело так быстро. Но она продолжила приходить даже когда я оказался дома.

Это вселяло в меня надежду. Я хотел тоже показать ей, что она значит для меня.

К концу недели она пропала. Я спросил Саида и тот ответил, что годовой отчет она полностью взяла на себя. Я сначала встревожился, но потом понял, что это просто Тэя. Она так работает. Я решил, что на выходных запру ее здесь и никуда не выпущу.

В пятницу вечером, я хотел позвонить ей и позвать на ужин. Я уже достал телефон, как вдруг в дверь позвонили.

Пришла? Уже?

Я доковылял до двери. Сегодня мне сняли гипс. И пусть чувствовал я себя намного лучше, ходить нормально я пока не мог. Я открыл дверь и замер. На пороге стояла Алина.

- Какого хрена? – я разозлился.

Откуда она узнала мой адрес.

- Твоя помощница сказала, - Алина бесцеремонно вошла в квартиру. От нее несло алкоголем, - Слышала ты попал в аварию. Рада, что все в порядке, - она сбросила шубу и сняла сапоги.

- Что тебе нужно? – я старался сдерживаться.

- Я пришла поговорить. Знаешь, деньги в этом месяце не пришли, - девушка прошла в гостиную и завалилась на диван. Судя по ее координации, пьяна она была вхлам.

- Ты заявилась сюда в стельку пьяная, чтобы упрекать меня? – я свирипел.

- А что, я должна была сидеть и ждать, пока мой ребенок голодает? – она обвела взглядом комнату и заметила бар.

С невероятной ловкостью Алина встала и добралась до открытой бутылки виски. Она сделала несколько больших глотков прямо из бутылки.

- Что, тебе наплевать? – Алина рассмеялась.

Я едва сдерживался, чтобы не вышвырнуть ее из квартиры.

Вдруг она разрыдалась.

- Если бы Амир был жив! Если бы ты уберег его! Мой сын не был бы сиротой… Я больше не могу так жить! Я покончу с собой и эта смерть тоже будет на твоих руках! – вопила она, заливаясь слезами.

Меня начало потряхивать.

- Если бы Амир… Если бы… - она перешла на тихие всхлипы.

- Тебе нужно проспаться, - сказал я, подходя ближе.

- Я не поеду домой… я не могу смотреть в глаза матери и сыну… я лучше брошусь под колеса…

Меня начала нервировать ее пьяная болтовня.

- Останешься здесь. С утра поговорим, - прошипел я, хватая Алину за руку, - Пошла!

Я проводил ее на второй этаж в комнату, довел до кровати и вышел, хлопнув дверью.

Мне хотелось придушить ее. Я больше не чувствовал вины. Я наконец-то увидел, какая она на самом деле. Спекулирует смертью мужа, совершенно не заботится о ребенке… Такую мать нужно лишить родительских прав. Я решил, что с утра займусь этим вопросом. Убедившись, что Алина спит, я закрылся в кабинете, чтобы успокоить нервы.

Заработавшись, я не заметил, как наступила ночь. Тэя так и не появилась. Я не хотел ее беспокоить, потому что чувствовал вину за то, что она проводила со мной все свободное время в последние три недели. Нужно будет купить ей цветы или подарок…

Вдруг послышался какой-то странный звук наверху. Решив, что Алина проснулась, я вышел из кабинета и увидел Тэю. Она стояла в холле. На ней лица не было. Я спросил, что происходит, а она испуганно метнулась к выходу. Я не успел ее остановить. В полном замешательстве я пошел наверх. Может Алина ей что-то сказала?

Когда я вошел в комнату, то сразу все понял. Алина умудрилась раздеться и теперь спала, развалившись на кровати совершенно голая.

- Блять! – я выругался и вышел из комнаты.

Какого хрена…