Игра без правил

25

- Вам не дует? Может включить печку? Давайте сбавим скорость, - Саид сидел на переднем сидении автомобиля и все время оборачивался к нам.

- Прекрати. Все в порядке. Я уже начинаю думать, что это ты его родил, а не я! – пробурчала я, держа сына за руку. Он мирно посапывал в люльке рядом со мной.

- Я просто переживаю. Может нужно было лучше закрепить ее?

- Хватит! – прошипела я.

- Ладно, ладно… - мужчина отвернулся.

Мы подъехали к той самой больнице, в которой Давида оперировали после аварии. Воспоминания накрыли меня с головой. Пришлось взять на руки сына, чтобы отвлечься.

Сердце бешено колотилось в груди. Мне не хватало воздуха. Я пожалела, что заставила Ирму остаться дома. Мне бы не помешала поддержка сейчас. Если я упаду в обморок, то хотя бы это случится в больнице.

- Вот здесь, - Саид остановился у дверей в палату.

Я застыла, не зная, что делать дальше.

- Может, сначала… - Саид посмотрел на малыша.

- Да. Давай сначала я сама, - я отдала сына мужчине и сделав глубокий вдох вошла в палату.

Сердце перестало биться в тот момент, когда я увидела Давида.

Он лежал на кровати. Со стороны могло показаться, что он просто спал. Но поза была какая-то неестественная. Руки лежали ровно вдоль тела. Я испугалась собственной догадки. Парализован, это значит…

- Тэя? – тихий хрип вернул меня в реальность.

Давид открыл глаза и смотрел прямо на меня.

Его лицо осунулось, но он был все тем же Давидом.

- Привет, - я несмело подошла к кровати.

- Зря ты пришла, - он резко отвел от меня взгляд.

- Я только узнала, - я поморщилась, от кома в горле.

- Знаешь, я всегда знал, что из нас двоих только ты сможешь уйти от меня. И теперь это действительно так, - Давид поморщился.

- А я думала, это ты ушел, - ответила я, сжимая кулаки.

- А разве это теперь имеет значение?

- Для меня да, - мне было больно смотреть на него.

- Если тебе станет легче, то мне жаль, что я ушел. Я бросил тебя. И был за это наказан. Теперь можешь идти и жить дальше, - Давид перешел на сдавленный шепот.

- Ты хочешь, чтобы я ушла… - было больно это слышать.

- Я парализован. Я уйти не могу, - Давид наконец-то посмотрел на меня.

- А ты бы снова ушел? – я нахмурилась.

- Мне никогда не убежать от этой боли. Я страдал всю жизнь и буду страдать дальше. А теперь, уйди, прошу тебя.

- И не подумаю! – я злилась, - Ты сейчас соберешь в кучу свое уязвленное эго и возьмешь ответственность за свои поступки! – я повысила голос.

- По-твоему этой ответственности мало? – Давид тоже злился.

- Если ты ждешь, что я буду жалеть тебя, то можешь ждать до конца своих дней!

- Мне не нужна твоя жалость! – взревел Давид.

- Тогда соберись уже! Ты делал идиотские вещи! Я не могу найти мало-мальски рационального объяснения твоим поступкам! Ты идиот, Давид! Ты такой идиот! Думаешь, если будешь лежать вот так, купаясь в собственной никчемности, то кто-то другой придет и возьмет ответственность на себя? – я была в ярости. Мне хотелось рвать и метать.

- Я пытался защитить тебя! – он в ярости замотал головой, - Я готов был умереть, только бы ты жила! Только бы никто не причинил тебе вреда! Блять! Да я ушел тогда лишь потому, что знал, если расскажу тебе, ты никогда меня не отпустишь! Да! Я идиот!

Мне хотелось разрыдаться, но я сдержалась. Слепая ярость выжгла все слезы.

- И я бы не отпустила! Потому что это глупое решение! Жертвовать собой ради чего? Думаешь, ты наказываешь себя? Ты причиняешь боль всем вокруг!

Я знала, что мои слова ранят его. Но я должна была поступить так. Я должна была заставить себя сказать все это, чтобы помочь…

- Я это итак знаю. Зачем ты пришла? Саид притащил тебя? Уходи! Ты ничего ему не должна. А мне тем более! – Давид отвернулся.

Я медленно подошла к дверям палаты. Обернулась и увидела, как он лежит там… сломленный, разбитый, униженный и одинокий.

Я открыла дверь и посмотрела на Саида, который держал на руках моего… Нашего сына. Мужчина передал мне ребенка и отошел, кивнув.

Я вернулась в палату. Давид все еще лежал с гримасой боли на таком родном мне лице.

- Я пришла, чтобы отдать тебе кое-что, - прошептала я.

- Мне ничего не нужно… я даже не смогу взять это. Уйди, Тэя, я тебя умоляю…

- Нет, ты сможешь! – рявкнула я, - Или у тебя больше никогда не будет такого шанса.

Давид медленно повернул голову. Малыш заерзал у меня на руках.

В секунду, когда Давид увидел сына, моя реальность рассыпалась на мелкие осколки. В его взгляде промелькнули испуг, удивление, непонимание и наконец осознание.

- Это… Тэя… Это… - он беспомощно открывал рот, пытаясь что-то сказать.

- Это твой сын…- я подошла ближе, позволяя Давиду рассмотреть малыша.

- Мой сын… - одинокая слеза скатилась по щеке мужчины.

- И у тебя есть последний шанс… Ты возьмешь его или нет? – сказала я жестко.

- Пожалуйста, Тэя… - Давид напрягся, видимо пытаясь пошевелиться, - Не забирай его. Тэя, я не могу…

- Я не желаю слышать, что ты чего-то не можешь, - прорычала я, протягивая малыша Давиду.

Я видела, как он борется с самим собой. Все эмоции отражались на его лице. На шее выступила пульсирующая венка. Я приложила малыша к груди Давида, придерживая его на весу.

- Спасибо… - прохрипел Давид, глядя на ребенка, - Как… Как его зовут?

- Амир, - прошептала я.

Давид резко перевел взгляд на меня.

- Амир?

- Да.

Я сделала шаг назад.

- Ты назвала его так…

- Да. А ты держишь его, - сказала я, улыбаясь.

Давид удивленно опустил взгляд. Он держал Амира. Сам.

- Но как…

- Ты перестанешь уже жалеть себя? – я обняла себя за плечи.