Игра и кофе

Глава 1. Игры в кофейне

Эрика Тейт стояла перед узким зеркалом в прихожей своей квартиры, внимательно разглядывая отражение, словно пыталась прочитать в нём настроение предстоящего дня. Свет утреннего апрельского солнца, пробивавшийся сквозь неплотно задвинутые шторы, мягко ложился на её лицо и подчёркивал аккуратный, продуманный до мелочей образ.

Сегодня она выбрала строгую, но женственную серую юбку-карандаш, которая плотно облегала фигуру и заканчивалась чуть ниже колена. Белая шёлковая рубашка была аккуратно заправлена внутрь. На ногах тонкие чёрные капроновые чулки, почти незаметные, но таковы правила дресс-кода. Любимые лодочки с острым носом и высоким каблуком венчали наряд: несмотря на внушительную высоту, колодка у них была настолько удачной, что Эрика могла без особых мучений пройтись пешком от дома до бизнес-центра, а затем выдержать стандартный восьмичасовой рабочий день, не мечтая снять обувь уже к обеду.

Она повернулась перед зеркалом, чуть приподняла подбородок, затем встала боком, окинув взглядом линию талии и бёдер. Нахмурившись, Эрика мысленно пообещала себе добавить к привычным занятиям ещё и приседания. Попа, как ей казалось, могла бы быть более округлой. Хотя, если быть честной, регулярная йога два раза в неделю уже делала своё дело: тело оставалось гибким, подтянутым, а вместе с ним росло и чувство уверенности в себе, которое она так ценила.

Перед самым выходом Эрика заглянула в гостиную и, накинув на плечо сумку, громко крикнула:

— Всё, пока, я убегаю!

Ответа не последовало.

Молодой человек с заметно отросшими светло-русыми волосами, давно нуждавшимися в визите к парикмахеру, сидел за компьютером, поджав под себя ноги. Его уши плотно закрывали массивные наушники, полностью отрезавшие его от окружающего мира и, разумеется, от слов Эрики.

— Эй! — она повысила голос и замахала рукой, стараясь попасть в поле его зрения.

На этот раз сработало. Он лениво повернул голову, стянул наушники на плечи и устало посмотрел на неё своими зелёными глазами, в которые она имела неосторожность влюбиться ещё на третьем курсе университета.

— О… — протянул он, почесав затылок и окончательно взъерошив и без того растрёпанные волосы. — Ты уже уходишь?

— Да, как и каждый будний день, — раздражение в её голосе даже не пыталось спрятаться.

— Давай… хорошего дня, — он подавил зевок, прекрасно понимая, что этот жест только сильнее её взбесит.

— И тебе, — коротко кивнула Эрика.

Не задерживаясь больше ни на секунду, она вышла из квартиры, мягко прикрыв за собой дверь, и уже в коридоре почувствовала, как рабочая реальность постепенно вытесняет утренние мысли.

Оставшись один, молодой мужчина снова водрузил на уши наушники, привычным движением отгородившись от внешнего мира, и вернулся к игре. Экран мерцал яркими красками, пальцы автоматически скользили по клавиатуре, выполняя заученные до автоматизма действия. Рядом, почти вплотную к клавиатуре, стояла кружка. Он машинально потянулся к ней, не отрывая взгляда от монитора, и сделал несколько глотков.

— Блин… — поморщился он, тут же скривив нос.

Чай давно остыл, утратил и вкус, и аромат, превратившись в безжизненную тёплую воду. Он недовольно покрутил кружку в руке и поставил её обратно, бросив рассеянный взгляд в сторону кухни. В их квартире гостиная плавно перетекала в кухонную зону: чайник был всего в нескольких шагах, но эти шаги казались неожиданно длинными и требующими усилий.

Он вздохнул, поёрзал на стуле… и так и не встал. Лень, вязкая и уютная, взяла верх. Всё равно Эрика ушла, и никто не будет ворчать, бросать недовольные взгляды или напоминать, что день проходит впустую. Он позволил себе это короткое, почти детское чувство свободы: можно не объяснять, не оправдываться, не делать ничего сверх необходимого.

Тем временем Эрика уже уверенно стучала каблучками по тротуару. Город жил своей утренней жизнью, и Лондон дышал весной полной грудью, легко и свежо. В воздухе витал едва уловимый аромат цветущей магнолии; бело-розовые лепестки распускались повсюду, украшая улицы и дворы, словно кто-то нарочно расставил эти деревья для настроения.

Эрика расстегнула пиджак, позволяя прохладному, но ласковому ветру скользнуть по телу сквозь тонкую шёлковую рубашку. Она шла быстрым, уверенным шагом, ощущая, как город постепенно подхватывает её ритм, как рабочие мысли вытесняют утреннюю сцену из головы.

Заметно занервничав, Эрика провела ладонями вдоль бёдер, этот жест был почти незаметным для окружающих, но слишком говорящим для неё самой. Она машинально поправила и без того идеально собранные светло-русые прямые волосы, стянутые в высокий хвост, словно проверяя, не выбилась ли из привычного контроля хоть одна деталь. Глубоко выдохнула, так дышат спортсмены за секунду до старта, собирая в кулак всё внимание и силы, и уверенным шагом направилась к кофейне.

Её пунктуальность могла бы стать предметом чьей-то зависти: по времени, в которое Эрика подходила к этим дверям каждое утро, вполне можно было сверять часы. Ни раньше, ни позже, ровно в ту минуту, когда должно было случиться это.

Переходя дорогу и приближаясь к кофейне, она позволила себе едва заметную улыбку. Потому что именно здесь начиналась игра. Их игра. С НИМ. С незнакомцем, который каким-то необъяснимым образом стал главной причиной её утренних улыбок и лёгкого волнения, к которому она так и не смогла привыкнуть.

Внутри всё было привычно до мелочей. У кассы стояли трое посетителей, чуть поодаль двое уже ждали свои напитки, нетерпеливо поглядывая на барную стойку. Один бариста бойко принимал заказы, быстрым движением выводя имена клиентов на стаканчиках своим нечитаемым почерком, второй с почти механической точностью и неимоверной скоростью готовил кофе, словно повторял хорошо отрепетированную хореографию. Всё как всегда.

Эрика встала в конец очереди и мельком посмотрела на настенные часы в зоне ожидания напитков. Вовремя. Как и должно быть.

Её нога начала нервно отбивать ритм, едва уловимый, известный только ей одной. И именно в этот момент она услышала, как за спиной открылась входная дверь кофейни, впуская внутрь струю прохладного весеннего воздуха вместе с уличным шумом.