Игра (корпоратив)

Игра (корпоратив)

1

Суденышко легкового такси с женщиной-капитаном у штурвала и мной в качестве матроса уверенно скользило по руслу асфальтовой дороги. Мы держали курс на базу отдыха в Калужской области, где пройдет корпоратив. В иллюминаторы окон без интереса заглядывали пыльные уже в это время года – ранняя весна – пейзажи, подернутые первым дрожащим тускло-зеленым маревом свежей зелени. Стволы деревьев усталыми изломами замерли в пантомиме сотрудников дорожной инспекции, балансирующих над манящей пропастью необоснованных штрафов на канате рабочего дня между его началом и окончанием. Еще чуть-чуть и уже можно будет позволить себе подернуться блекло-зеленым маревом огненной воды. Как весенние лепестки под лучами ласкового солнца, оно будет расцветать и наливаться насыщенной изумрудной краской под лучами холодной луны, чтобы похмельем опасть лепестками головной боли и тошноты с первым лучом рассвета.

Подлесок рощ был затянут мягкой плесневой паутиной первых бледных цветов. Этот ковер казался столь мягким и нежным, что хотелось раздеться догола и свернуться на нем калачиком, вдыхая чарующие и одуряющие своей непристойностью ароматы просыпающейся почвы. Совершенно не хотелось думать о том, что кончится это поглощением моего тела прожорливыми мицелиями грибов и лишайников, глазами своих шляпок заговорщицки перемигивающиеся друг с другом и готовые броситься в атаку сразу же, как только контроль сознания над происходящим окончательно не растворится в наивных грезах. А там подоспеют и леший с русалкой, и болотница с самой Алконост, и леший с вепрем, а чуть опоздав и дриады, шаманы и ведьмы. Человеческой плоти сейчас просто так не сыщешь, вот и приходится заманивать в лес психологически неустойчивых дев в состоянии душевного раздрая, ищущих тишины, объятий, пусть и трав, и покоя.

Я встряхнула головой и сфокусировала размазанный по виду за окном взгляд на одной точке. Ею стал пластиковый стаканчик с недопитым капучино. То ли сказывались слишком малое количество сна в сочетании со слишком большим количеством нервов, то ли колдовская братия оказалась дальновидней и хитрей. Кажется, они начали одурманивать мое сознание не только запахами просыпающейся природы, но и опутывать его мягкими клейкими нитями обещаний покоя и тишины, образующих в уютное гнездышко, в которое так хотелось спрятаться в преддверии большой социальной нагрузки на корпоративе. Опиумный туман сладких иллюзий, источаемый коварными не по дням проростками оживающего леса, после первого же его вдоха превращал меня, психологически нестабильную деву, в злостную наркоманку, готового сбежать в лабиринты своих хрустальных замков даже просто при намеке на потерю комфорта. Я нахмурилась и сжала кулаки. Лучше уж трястись от нервов, как осиновый лист, но предпочесть трезвое сознание, ведь оно так необходимо для продуктивного общения с людьми. Или относительно трезвого, работающего на топливе из кофеина и этанола, что тоже может стать зависимостью, но для поддержания внутреннего огня иногда нужен розжиг. Особенно, когда из синих туч моих глаз то и дело начинается слезливая морось.

2

Наконец, суденышко такси зашвартовалось в марине небольшой парковки с выщербленным до гравия асфальтом под окнами главного административного корпуса пансионата. Пришло время отцепить крюки пальцев от подголовника впередистоящего кресла, отстегнуть ремень безопасности и вылезти на причал. Чем я неторопливо и занялась – от сидения в одной скрюченной позе сломанного знака вопроса на конце полных отчаяния и страха предложений «что я здесь делаю», «как сделать, чтобы все получилось» и «когда это все закончится» все тело намертво затекло и отзывалось судорогами на любые попытки пошевелиться. Процесс оживления своих членов был мучителен, тем более что они были прочно спеленаты нервной сетью, болезненно вибрирующей электрическими разрядами от малейшего сокращения любой, даже самой маленькой, мышцы. Однако свежий воздух за пределами рубки автомобиля определенно способствовал скорейшему расправлению мышечных тканей до приемлемого с точки зрения комфорта состояния. А хватку несмышленых и маленьких бандар-логов нервных окончаний ослабит Зеленый Змий по имени Каа, загипнотизировав будущий ужин своими огромными синими глазами и утащив их в свое логово на самом дне Алкогольной Ямы.

Впрочем, до начала синей герпетотерапии еще нужно было заселиться, зарегистрироваться и получить все причитающиеся моему персонажу удостоверения. Дело в том, на на подобных корпоративах сотрудники пребывали в измененном состоянии своего «я», отыгрывая того или иного персонажа в рамках выбранного мира. В данном случае этот мир как нельзя лучше отвечал начавшейся по дороге сюда весенне-лесной сказке о волшебстве, только теперь коллеги и я будут выступать не в ролях жертв колдунов и ведьм, но сами превратятся в них. Причем в условиях современного мира, без трансформации своих внешности, поведения и привычек под какую-то былую эпоху. Что играет на руку тем, кто приезжает на такие мероприятия с целью расслабиться. А обвивающий каждое горл в этом пансионате Зленый Змий только способствует выполнению этой задачи, своими беспощадными по запросу кольцами перекрывая поступление кислорода рациональности и сдержанности в легкие игроков.

Регистрация заняла приятно малое количество времени, после чего необходимо было добраться до своего домика, разложить вещи и переодеться. Не то что бы я не могла позволить себе такой наряд в повседневной жизни: работа фрилансером благоволит к одежде любой степени дикости и разнузданности, но, все-таки, в обычной жизни так оголтело-ярко и бесстыдно я одевалась не каждый день. Разве что на какие-то мероприятия, позволяющие перешагнуть черту общественно-приемлемого внешнего вида.

Натянув на себя облегающие различные части тела элементы костюма, я, наконец, выдвинулась знакомиться с другими игроками и осваиваться в предложенном мире. Над головой в черном небесном куполе сияли светом чистоты проколы звезд, контрастом с мерцающим кончиком сигареты спокойно напоминая людям, пловцам бассейнов грехов, о непреодолимой разнице между нами. Такой беспредельно большой и полной чудовищ сознания, что отмыться от грязи жизни и преодолеть его, сохранив разум, не представлялось возможным. Настолько, что я стыдливо отвела от небосклона взгляд, вперев острие в вывеску бара, и глубоко затянулась сигаретой, коих обожгут мои легкие не один десяток за предстоящие четыре дня. Нам всем, приехавшим сюда, и мне в частности, предстоит в ближайшие дни топить химер своих душевных ран и горгулий неполноценности сознания в алкогольном море, чтобы быть наказанными похмельем для начинающих и обострением зависимости для бывалых. Да будет так.