Игра крови и пепла

Глава 13. Тяжелые новости

Леонор Мальгрейв, графиня Ноктхольм

После слов герцога о том, что ее муж соблазнился все таки надеждой стать инквизитором, Леонор испытала и ужас, и облегчение. Облегчение от того, что мотивы Марка теперь совершенно прозрачны и ей будет что доложить Ее Величеству. Ужас от того, что она будет обречена жить с этим человеком до конца своих дней. И ложиться время от времени в постель…

— Я… мне нужно будет доложить Ее Величеству, — голос девушки чуть дрожал. Из глаз покатились непрошенные слезы. Почему-то в присутствии герцога сдерживать сейчас свои эмоции казалось лишним.

— Полагаете, Император…

— Он оставит Марка при себе, — перебила Леонор, стиснув зубы. — Выжмет из него всю пользу, прежде чем тот успеет надеть плащ инквизитора.

— Что же будет с вами и вашим положением? — Рейнар Илленвейн и не пытался скрыть волнение в голосе.

— Оно будет более чем шатким. Доверие как ко мне и супругу, так и к моему отцу со стороны аристократии будет серьезно подорвано. Их Величества не изменят своего отношения, они прекрасно знают, что и я, и отец готовы на все ради государства. Но игнорировать мнение влиятельных людей они не смогут. И ведь те будут правы. Семья, где муж и жена смотрят в совершенно разные стороны! Они уже не будут понимать, можно ли доверять мне и папе.

И тут Рейнар Илленвейн сделал кое-что совершенно неожиданное. Он приблизился к Леонор и крепко сжал в объятиях. Девушка от неожиданности замерла. Воспитание не предписывало оказываться ей в подобных ситуациях — в объятиях постороннего мужчины.

Но прямо сейчас ей было на это наплевать. В этот момент все условности перестали существовать. Крепкие руки Рейнара, обнимающие её так бережно, словно она была хрустальной вазой, разбили последние преграды. Леонор ответила на объятия с отчаянной силой, вцепившись пальцами в его камзол, словно боясь, что он испарится, как мираж. Ее лицо уткнулось в грудь герцога, вдыхая терпкий аромат дорогого парфюма. Плечи девушки содрогались от беззвучных рыданий — тех самых слёз, что она копила уже очень долгое время.

Сколько они простояли так, посреди темной улицы, никто из них сказать не мог. Когда Леонор, наконец, подняла заплаканное лицо, её встретил теплый взгляд Рейнара — его обычно холодные чёрные глаза теперь отражали искреннее участие и светились золотистыми бликами уличного освещения.

— Простите меня, герцог, — Леонор попыталась вынырнуть из его объятий и рукой нащупать в сумочке носовой платок. — Я не привыкла так распускаться.

— Вам не стоит переживать об этом, Леонор, — в его голосе была такая нежность, что у девушки замерло сердце. — Я хотел бы быть всегда рядом, чтобы поддерживать вас, но мне предстоит отъезд.

— Надолго? — новость об отъезде Рейнара застала ее врасплох.

— На неопределенное время, — мужчина с сожалением посмотрел на девушку, аккуратно стирая остатки слез с ее лица. — Император отзывает меня в Люмиэль. Как только я получу позволение, вернусь в Морнвельд к вам без промедления.

— А если что-то случится? Как мне с вами связаться?!

— Об этом не беспокойтесь. Тим Брант. Будем держать связь через него. К сожалению, он не сможет часто передавать мне вести от вас, но вам от меня — это будет довольно простая задача.

— Возникли какие-то сложности? — обеспокоенно спросила Леонор.

— За поместьем начали внимательно присматривать. И это не люди Императора.

Леонор почувствовала, как по спине пробежали ледяные мурашки. Внезапно тёплая ночь показалась ей зловеще холодной.

***

— Значит, твой супруг сделал выбор, — голос Сесилии прозвучал обманчиво спокойно, но ее пальцы нервно выстукивали на столе тревожную дробь. — Рейнар Илленвейн впечатляет. Наши агенты годами не могли вытянуть из слуг “Черного бриллианта” и половины этой информации.

— Да, — Леонор с трудом сглотнула ком в горле. Тени под глазами выдавали бессонные ночи. — Худшие мои опасения подтвердились.

— Поздравляю господина графа с обретением хозяина! — яростно прошипела Императрица. — Он наконец-то определился, перед кем готов ползать на брюхе!

— Полагаю, он в курсе всех моих подозрений.

— Ха, думаю, нас ждет интересное представление, Ленни!

Леонор удивленно посмотрела на Императрицу.

— Ваше Величество, о чем вы говорите?

— Марк не крови инквизиторов-основателей. Он на всю жизнь будет среди них вторым сортом. Чем, вот чем он думал?! — недоумевала Сесилия.

— Возможно... покровительство Закарии Ашборна вскружило ему голову...

— Вот именно! — Сесилия с силой хлопнула ладонью по столу, заставив вздрогнуть флаконы с чернилами. — Закария — правая рука Мастера Крайвена! Они не стали бы рисковать таким активом ради... — её взгляд скользнул по Леонор, и тон мгновенно смягчился, — прости. Но твой муж для них — расходный материал. Разменная монета.

Леонор сжала руки так, что костяшки побелели.

— Значит... более ценных агентов у них рядом с троном нет. Это... утешение.

— Ох, Ленни, я хочу знать все об этой истории! Просто чувствую, что часть драматургии мы упускаем, — глаза Сесилии блестели.

Тишина, повисшая между подругами, была нарушена лишь лёгким звуком открывающейся двери. Луи Вейрант, словно тень, скользнул внутрь, поставил перед ними серебряный поднос с чаем и изысканными пирожными и так же бесшумно исчез.

— Но ты рассказала мне далеко не всё, — Императрица медленно поднесла фарфоровую чашку к губам, пристально наблюдая за подругой сквозь парящий над ней лёгкий пар. Леонор нахмурилась, не понимая намека. — Два покушения на жизнь моей лучшей подруги… Разве не я должна была узнать об этом первой?

— Как ты узнала?!

— Твой герцог прислал тайное письмо, — Сесилия отставила чашку, её пальцы сомкнулись вокруг веера, будто готовясь к дуэли. — Представляешь мое удивление? Ты дважды оказывалась на волосок от смерти, а сообщает мне об этом Рейнар Илленвейн! Ну-ка, объясни, как это вышло?