Игра на чувствах

Глава 16: Правда и последствия

Кира шла по аллее, сжимая ремешок рюкзака так, что побелели костяшки пальцев. Она не знала, почему внутри было тревожно. Макс не писал ничего странного, не звучал отстранённо. Но что-то в его сообщении было другим. Слишком серьёзным. Слишком весомым.

«Пожалуйста, приди.»

Она пришла.

Под липой было пусто. Мелкий снег падал на плечи, на волосы, таял, превращаясь в влагу. Вдруг всё стало как в начале — одинокий двор, тихий воздух, как вуаль между ней и миром.
Но теперь — это уже было не одиночество. Это было ожидание.

Макс появился через минуту. Медленно подошёл, остановился в нескольких шагах. Он не улыбался. И в этом было что-то новое — он не скрывался. Просто был.

— Спасибо, что пришла, — тихо сказал он.

Кира кивнула.
— Что случилось?

Макс вдохнул.
— Я должен тебе сказать правду. До того, как она настигнет тебя откуда-то ещё.

Она смотрела прямо. Не мигала. Только в глазах зажглось что-то — тревога? Предчувствие?

— Слушаю.

— Помнишь, как мы познакомились? Я подошёл, ты читала Брэдбери. Потом я начал появляться рядом, разговаривать...

— Конечно, помню, — сказала она ровно.

— Тогда я солгал. Вернее... начал всё не с честных намерений. Был спор. Между мной и Славой.

Кира не пошевелилась. Только взгляд стал холоднее.
— Какой спор?

Макс опустил голову.
— Что я смогу... влюбить тебя в себя. За месяц.

Тишина. Сначала оглушающая. Потом долгая.

Снег падал между ними, будто замедлял время. Кира стояла, будто кукла из фарфора — хрупкая, замерзшая, с пустыми глазами.

— Значит, всё это... — её голос был тихим. Очень тихим. — Было игрой?

Макс поднял глаза. Взгляд был искренним — болезненно искренним.

— Было. Но не стало. Не стало с того момента, как ты рассказала про то, что не любишь, когда тебя трогают. Как ты молчала рядом — и это было самое живое молчание в моей жизни.
Я не знаю, когда именно это стало реальным. Но сейчас — это не игра. Ни капли.

Кира не ответила. Только повернулась. Сделала шаг.

— Кира, подожди. Я знаю, это звучит ужасно. Я идиот. Я не должен был… — голос Макса сорвался.

— Нет, — она остановилась, но не обернулась. — Ты всё сделал честно. Сейчас.
Спасибо. Хоть не соврал до конца.

— Пожалуйста... не уходи вот так.

Она развернулась. В глазах — обида, боль и… что-то ещё. Надлом.
— А как мне остаться, Макс? Как доверять тому, кто начал с лжи? Как теперь понять, где ты настоящий?

Он сделал шаг вперёд, но Кира отступила.

— Я не знаю, — сказал он. — Но я хочу, чтобы ты знала: я тебя больше не теряю в шуме. Ты — та, кого я слышу. Даже в тишине.
Если когда-нибудь... ты сможешь мне простить — я буду рядом. Сколько нужно.

Кира молчала.

А потом просто ушла. Медленно. Не бегом, не в слезах. Просто — уходя.
Но её плечи дрожали. И это было страшнее, чем крик.