Игра на нервах. Том 1.

Глава 10

Дверь трактира открылась, выпуская наружу гомон подгулявшей толпы, запах дрянного кислого пива и двух едва державшихся на ногах выпивох. Сидевший у двери нищий старик привычно встряхнул щербатую кружку с тремя лежащими на ее дне медяками, намекая вышедшим, что сегодня ночью он не прочь поужинать. И будет ли его желудок полон, зависит только от двух покинувших трактир господ. Однако они полностью проигнорировали попытки нищего привлечь внимание и пошагали дальше по ночной улице, горланя песню о дочери мельника, заблудившейся в лесу. Выпивохи дошли до куплета о том, как она, убежав от упыря-кровососа, очутилась на стоянке лесорубов. Молодцы упыря прогнали, но что стало с бедной девушкой дальше, попрошайка не расслышал. Пьянчужки, икая и фальшивя, завернули в проулок, откуда слов песни было уже не разобрать. Нищий, провожая их взглядом, заворчал, поминая бранным словом жадюг, тратящих последнюю монету на кувшин пива и не думающих о голодающих на улицах людях.

– Хороший сегодня вечер. Теплый, – вдруг услышал нищий голос совсем рядом и испугано обернулся.

В полуметре от него, на булыжниках мостовой сидел завернутый в темно-синий плащ человек. И как он только смог так тихо подобраться?!

– Кому и хороший. А у кого и маковой росинки с утра во рту не было, – проворчал, стараясь спрятать испуг в злости, нищий.

Незнакомец правильно намек попрошайки. Из-под плаща показалась его рука, которая на секунду зависла над глиняной кружкой. В кружке звякнуло, старик заглянул в нее – рядом с тусклыми медяками сияла золотая монета. Сгорбленные плечи старика выпрямились, в его осанке и выражении лица появилось что-то хищное.

– Молодой мессер ошибся и дал старику слишком много.

– Я дал ровно столько, сколько нужно. Мне нужен человек.

– Мессер может пойти на рынок и попытаться его там купить. Но только завтра утром, сейчас он уже закрыт.

– Не прикидывайся, ты понимаешь, о чем я говорю, мне нужна жизнь человека.

– Ааа, ну так иди и забери. Причем здесь я? – раздраженно ответил старик.

Человек в плаще, щелкнув большим пальцем, отправил еще один золотой в кружку.

– Зачем ты тратишь свое золото?

– Я уже сказал, мне нужна жизнь одного человека.

– И ты хочешь получить ее за два золотых?

– Назови свою цену, старик.

Нищий отвечать не торопился. Он смотрел на чадящий факел перед входом в трактир и беззвучно шевелил губами. Наконец он смог сам с собой договориться и подал голос.

– Когда тебе нужна его смерть?

– Сегодня.

– Тогда – десять золотых, – озвучил цену жизни неизвестного ему человека нищий.

– Старик, я не прошу убивать императора. Да продлятся его дни под тенью Птицы. Я хочу смерти обычного торговца. Я готов заплатить три золотых и ни одним медяком больше.

Нищий покачал головой.

– Сейчас сложные времена. Мы не беремся за работенку меньше чем за десять золотых.

– Что может быть сложного в убийстве торговца? Он даже толком защищаться не будет. Я скажу, где он будет сегодня ночью. Вам надо только зайти, убить и выйти. Он будет один.

– Если все так просто, сделай это сам. Сбережешь золото, – уперся нежелающий торговаться старик.

Монеты одна за другой полетели в его кружку. Ровно на десятом золотом кругляше кружка волшебным образом исчезла в складках рубища старика.

– Так где говоришь искать счастливца?

– Постоялый двор «Темный буревестник». Западная угловая комната, второй этаж. Мне надо, чтобы сегодня…

– Это я уже слышал. Не волнуйся, смерть придет за ним до утра. Тебя это устраивает?

– Да. Но мне бы побыстрее…

– Сынок, Вестники Смерти не спешат и не торопятся. Зато они неотвратимы, как закат солнца. Я пошлю на это дело своего лучшего человека, – старик встал, отряхнул свое рубище от налипшего мусора и походкой, которой могли позавидовать танцоры втрое младше него, направился по улице прочь от трактира. Когда старик дошел до затененного уголка улицы, его силуэт задрожал, размылся, а потом и вовсе исчез в тени.

«Темный буревестник» был гостиным двором, заботящимся о комфорте и покое своих постояльцев. Возле его входа всегда дежурила пара вышибал, готовых вывести не в меру буйного гостя или всякую шваль типа воров или попрошаек. Но от того, кто сейчас пробирался по крыше соседнего дома, держиморды с дубинками в руках защитить не могли.

Коротко разбежавшись и легко оттолкнувшись от кровли соседнего здания, ночной гость перелетел на крышу гостиного двора и, перекатившись, замер. Тихо звякнула черепица, вышибалы у входа притихли вслушиваясь. Не услышав ничего странного, кроме звуков засыпающего города, вышибалы тихо посмеиваясь, продолжили обсуждать новенькую кухарку.

Фигура на крыше выпрямилась. Крадущимся в ночи убийцей оказалась девушка в обтягивающем сером костюме с полумаской из жемчужных колец на лице. Девушка, бесшумно перебирая ножками, пробежалась по коньку крыши до западного крыла дома. Там она прикрепила к карнизу кошку, спустила вниз веревку и, обвив ее ногами, спустилась к окну второго этажа. Девушке повезло, ей не пришлось возиться с запорами на ставнях – окно оказалось настежь открытым, и она беспрепятственно проскользнула внутрь.

Задержав дыхание, девушка затаилась у окна, ожидая, пока глаза привыкнут к полумраку комнаты. Ее ноздри затрепетали, девушка почувствовала резкий запах горюна и приглядевший она нашла его источник. В углу комнаты стояла целая пирамида из бочонков с маслом, отжатым из листьев этой травы. Девушка криво улыбнулась, еще пару недель назад Вестники Смерти получали заказы на убийства герцогов и графов в их дворцах и замках, а сегодня она вынуждена возиться с каким-то торговцем маслом в этом клоповнике.

Но не ее дело рассуждать о причине заказа. Может быть, торговец задолжал кому-то денег, а может кто-то хочет устранить на время конкурента или заставить забыть его о том, что происходило за последние сутки. Ее задача состояла в том, чтобы убрать цель и не попасться самой. А цель она вот, в нескольких шагах, дремлет, уткнувшись носом в стол. Несколько пустых кувшинов из-под пива, стоящих на столе, объясняли временную потерю сознания у жертвы.