Игра на выбывание

5. АСЯ

— И что потом? — Валька умирала от любопытства.

— Потом мы просто разошлись по классам.

— А потом? Что было потом, после занятий?

— Потом я пошла домой. У Эмиля подготовка к выступлению и занятия длятся дольше моих.

— И ты его не подождала?

— Почему это я должна его ждать? — удивилась я и оглянулась на школьный коридор — нет ли рядом Эмиля. — Валь, успокойся. Мы просто прогулялись вместе, вот и всё. Он переживал, что меня кто-то достаёт из пацанов, вот и проводил. Это мило.

— Ага, — подружка нервничала и грызла кончик косички. — А в самое опасное время — после музыкалки, не проводил!

— Валь, ну я же сказала, у него дольше занятия. Чего я буду его ждать. Ещё подумает, что я за ним бегаю. Давай уже о другом.

— О Глебе? Интересно, почему он сегодня не пришёл, да?

— Нет, не интересно, Валь, давай не о мальчиках вообще. Надоели.

— А знак ты видела?

— Какой знак?

— О, это уже интересней, да? — таинственно усмехнулась подружка, выплёвывая косу. — Знак, который пацаны нарисовали в туалете.

— А, фу, — я отмахнулась. — Эта гадость… разве это интересно…

— Почему гадость? Нет, я про другой знак! Про инопланетянина. Все о нём говорят! Ты где летаешь? Такой же инопланетянин появился на двери у директора. Вчера, помнишь? Из-за него и подняли тревогу.

Я удивлённо нахмурилась. Какие ещё инопланетяне? Какие знаки? Что за ерунда?

— И кто их нарисовал?

— Никто не знает! Камера не работала. Прикинь, охранник смотрел в экраны, как обычно, и вдруг на том, что ведёт в директорский коридор, зарябило изображение, белый шум начался, представляешь! Мистика! Раз, и нет картинки. Я в шоке! А когда картинка снова появилась, на двери уже был этот знак инопланетянина. Говорят, рябило ровно одну минуту. А потом — бац! И знак! Хочешь посмотреть? Его пытались замазать, но он снова проступил.

— А в туалете как появился?

— В туалете, говорят, нарисовали пацаны из девятого «А». Но они отрицают. Этот знак появляется там, где пропадают вещи. В туалете пропала мыльница.

— А что пропало в кабинете директора?

— Неизвестно. Кто-то говорит, что пропал сам директор. Он исчез, а через минуту снова появился на месте. Но Юлька утверждает, что это уже не наш Рыбаконь, а кто-то другой. Странный. Ты видела его сегодня? Он такой бледный, зеленоватый и ходит как робот, — Валька показала, но у неё получился не робот, а измождённая латиноамериканка на ходулях. Надо будет заняться её одеждой, — подумала я, а ещё подумала, какую только фигню не выдумают дети от скуки! Инопланетный директор! Я фыркнула.

— Ну пойдём, посмотрим что там за знак.

— Сейчас не наша очередь, — остановила подруга.

— Какая ещё очередь?

Валька посмотрела на меня как на дурочку.

— Что с тобой сегодня, а? Все только об этом знаке и говорят. Очередь нашего класса будет на третьем уроке, на биологии. Останавливаться у двери нельзя. Фоткать — тоже.

— Почему?! — снова не поняла я.

— Говорят, новый Рыбаконь вызывает всех, кто был замечен у его кабинета. И что происходит с учениками внутри, никто не знает.

— А ученики?

— Молчат. Я поэтому и переживаю за Глеба. Он же первый был там.

— Где?

— У директора. Вчера, помнишь? А сегодня он не пришел в школу. Я боюсь. Вдруг новый директор-инопланетянин что-то с ним сделал.

— Валь, перестань, — хихикнула я, но по спине побежали мурашки. — Глеб просто с мужиками подрался, вот и не пришёл. Ты же сама была там, всё видела. Наверное, он не хочет чтобы Рыбаконь прицепился к синякам. Зачем Шатову лишнее внимание перед Чемпионатом?

— Может, они сильно его побили, и ему плохо, а? — Снова закусила косу подружка. Она всегда кусала косы, когда волновалась.

— Не сильно. Послать меня у него сил хватило, — рассердилась я, вспомнив, как нахал смотрел. Как на пустое место. Дурацкими разноцветными глазами. Тьфу!

— Ась, а можешь у Короля спросить пожалуйста? — Попросила подруга на следующей перемене.

— Валь, ты что с ума сошла?! — Я схватила её за руку и потащила на биологию. Мне не терпелось поглядеть, что там за знак появился на двери директора, а попасть на биологию, можно было только по директорскому коридору. — Я не буду снова лезть к этим придуркам. И особенно — к Илье Королькову.

Осиротевшая, без Глеба, тройка плыла по лестнице где-то за нами. Я торопилась. Достала телефон, чтобы незаметно заснять знак на видео.

— Аська, даже не думай! — Ахнула подружка, поняв, что я затеяла нарушить правила. Она была чересчур суеверной и не разделяла моего исследовательского интереса к новому веянию — пока мы были на русском языке, таинственные знаки появились ещё в двух туалетах и в актовом зале — и мне нужно было всё увидеть своими глазами, и, особенно, первый, самый главный знак.

— Идём!

— Аська, стой!

Но меня было не остановить. Притихшая толпа учеников несла меня по тёмному коридору. Это единственное место в школе, где нет окон, — поёжилась я. — С одной стороны тут были двери в классы, а с другой — кабинеты завуча, психолога и директора. Нашей могучей троицы — верхушки школьного айсберга. Один орал, другой «лечил» после ора, а третий закрывал на это глаза и списывал испорченных учеников «в утиль».

По бокам плыли бежевые стены. Я перестроилась к краю и приготовилась снимать. Ученики обсуждали знак. Всем нетерпелось увидеть из-за чего школа уже второй день стоит на ушах. Секунды тянулись. Мы почти пришли. Вот кабинет Бабы. За ним будет дверь директора.

Я нажала запись и прищурилась: таинственный знак оказался не таким крупным, как я себе его представляла. Всего-то с ладонь, не больше. Он был не нарисован, а нацарапан на двери, поэтому техничке не удалось его стереть или закрасить.

Но знак действительно напоминал инопланетянина. Круглая голова, большие уши — повёрнутые в разные стороны тарелки, один закрытый глаз по центру, как у циклопа, и перечёркнутый крест-накрест рот, как будто инопланетянину запретили говорить или он хранит какую-то тайну.