Игра на выбывание

17. АСЯ

— Валя! Ну скоро ты? — Постучалась я в ванную. — Выходи!

Подруга перемерила все свои наряды и пошла по новому кругу: решила остаться в сереньком вязанном платье, и просто накрасить губы поярче, чтобы выглядеть торжественно — всё-таки это не абы какой вечер, а самый лучший вечер в её жизни, по её словам.

Она волновалась до дрожи. Она то белела, то зеленела, то краснела, болтая всякую ерунду. Я не мешала — пусть лучше со мной выговорится, сбросит напряжение, и не выдаст того же самого на свидании.

— Валь! Мне тоже надо собраться! — Стучала я, предвкушая, как мы с Эмилем будем следить за этой удивительной парочкой. Хоть бы Шатов пришёл! Если обманет — разобьёт Вале сердце!

— Валь!

— Да сейчас-сейчас!

Валька открылась. Я залетела в её тесную голубую ванную, чтобы поправить макияж. У меня тоже намечалось свидание. Самое настоящее. Правда, Эмиль ещё не знает, почему мы идём именно в это кафе и именно в это время. Я ещё раздумывала, посвещать его в тайну, или пусть всё произойдёт само собой. Мы придём в кафе и как бы случайно заметим там Вальку с Глебом. Нет, — я нервничала, — я не смогу убедительно сыграть удивление, и тогда он поймёт, что я подстроила всё специально. И тогда я признаюсь ему в чём дело. Интересно, обидится он или нет?

Хорошо, если не обидится. Тогда мы поугораем с этих двоих! Ох и весёленькое свидание у нас будет! А если обидится, — я принялась красить губы, — тогда что? — спрашивала я у зеркала.

Зелёные глаза глядели с укором.

Неужели я не скажу ему обо всём заранее?

Нет. Не скажу.

Если скажу, то придётся объяснять всё с самого начала. Эмиль будет задавать вопросы. Он всегда их задаёт, когда разговор касается Шатова. Не понимаю, что Глеб ему сделал? Они ведь даже не одноклассники. В чём прикол?

Может, самое время спросить его об этом? Перестать бояться и строить бесконечные теории и просто спросить? По-человечески.

— Как думаешь, он не будет возражать, если я заплачу за него? — Выдала Валька очередной перл, кривляясь за моей спиной, как маленькая.

Я фыркнула.

— Что? Ты хочешь заплатить за него?! Зачем?!

— Ну ты же сама слышала, как его папа отреагировал на новость о покупке двери в класс. Наверное у них сейчас с деньгами проблемки. Это ужасно, да? Но я уверена, что это временно. Скоро Глеб попадёт в футбольную лигу и тогда сможет хорошо зарабатывать. А сейчас я помогу ему.

— Валька, ты что, это же унизительно!

— Унизительно? — подружка принялась мерить серёжки.

— Конечно унизительно! — Я тоже взяла из её шкатулки золотые висючки и мы стали воображать перед зеркалом, что мы две светские львицы. — Валь, ну ты сама представь, он же пацан. Ты думаешь пацану приятно услышать от девочки: «давай я заплачу»? Это то же самое что сказать ему: «ты ни на что не способен, малыш, я сама о тебе позабочусь, р-р-р».

Я специально проговорила это низким завораживающим тоном и мы обе прыснули, представив, как Валька говорит это Шатову.

— Не вижу ничего плохого, — хихикала подруга. — Я с радостью позаботилась бы о Глебе. А что? Мне не сложно.

— Валь! Ну ты что шутишь?! — Возмутилась я по-новой. — Мужик сам разберётся где деньги достать, это его дело, мужское! Пускай работает. Не лезь. Я серьёзно.

— Мужик! — Валька покатилась со смеху.

Я не выдержала и тоже расхохоталась.

— Мужик! — пищала Валька. — Мужик!

— Ну да! Мужик! Ну что ты ржёшь?! Что ржёшь?! — я выскочила из ванной и побежала обратно к шкафу. Сегодня у Вальки было свободно — мама работала, а сестра ещё не вернулась из универа, поэтому вся квартира была в нашем распоряжении и мы могли свободно собираться на нашу двойную свиданку. — А как ещё мужик тебе докажет, что он чего-то стоит? Какое дело у мужика? Правильно! Обеспечивать, защищать, заботиться, — загибала я пальцы. — Так позволь Глебу самому о тебе позаботится и проявить себя как сильного и достойного партнёра. А если он не проявит, — в чём я тайно была уверена, но подруге не говорила, — то ты поймёшь, что он не сможет позаботиться о тебе и о вашей будущей семье, и сделаешь выводы — с таким размазнёй лучше не связываться.

Я хитрила. Я специально настраивала Вальку, чтобы она не рассчитывала на второе свидание и не строила себе иллюзий. Так ей было бы проще отпустить обожаемого Глеба и начать думать о других мальчиках. А лучше — о себе самой и о том, что ей на самом деле нужно. Как только она поймёт, что ей нужно и чего она хочет от жизни, она обязательно встретит «того самого», который полюбит её такой, какая она есть и будет оберегать до самой смерти, — как мама говорит.

«Пока смерть не разлучит вас» — прозвучало в голове голосом священника. Я поёжилась. Нет, «до смерти» это я перегнула. Пускай хотя бы пару лет пооберегает, а там посмотрим.

Глеб ни за что не станет платить за Вальку — в этом я была уверена. Я даже подстраховалась и написала ему, что она сама за себя заплатит. Я всё-всё продумала. Глеб сам её оттолкнёт — будет вести себя с ней грубо и безразлично, как обычно, а я уже доделаю дело, подведу итоги, внушу их подруге и тогда она наконец прозреет и поймёт, что Глеб никогда не станет встречаться с серой мышкой.

Ей нужен милый и заботливый парень. Она заслуживает лучшего, просто пока не понимает этого.

— Но ведь его папа болеет и им сейчас тяжело, — напомнила подруга. — Что тут такого, если я по-дружески ему помогу?

— Но ты же не дружить с Глебом хочешь, верно?

— Ась, ну как ты себе это представляешь, я буду сидеть, как клуша и ждать, пока он заплатит?

— Конечно. Если не дурак, то сам предложит. Не бойся, у них с папой наверняка есть нз. У всех же есть запас, чтобы пережить трудный период в жизни.

— Ага, и ты предлагаешь ему тратить этот запас на меня?

— А что? Разве ты не достойна этого? — упрекнула я подружку. — Сегодня у вас первое свидание. Только подумай! Это важное событие. Только дурак не поймёт этого и не позаботится о том, чтобы всё прошло идеально.