Игра по её правилам

1

Городской каток никогда не был её любимым местом.

Музыка — слишком громко. Смех — слишком фальшиво.

Дешёвый романтизм в духе «Ах, держи меня, я падаю!». Показная родительская забота, от которой тошнило особенно: восторженные мамаши, снимающие своих чад на телефон, чтобы похвастаться в соцсетях: «Смотрите, мы на катке», и «воскресные» отцы, с натянутым весельем развлекающие своих брошенных детишек, чтобы заткнуть чувство вины.

Отец Анны, чью редкую фамилию Палей она носила до сих пор и не собиралась менять, сначала стал именно таким — воскресным, но слишком быстро понял: нет ребёнка — нет и вины. Последний раз она была с ним на катке в восемь лет. Потом он просто испарился.

И появился в её жизни снова всего год назад, когда ей было двадцать пять, да и то не сам, а по её инициативе. И, что обиднее всего, ненадолго. Он умер прежде, чем она успела высказать ему в лицо всё, что думала о человеке, который бросил её мать ради другой женщины, ту — ради третьей, и так далее, пока окончательно не «разочаровался в браке». (Посмотрите на него, он ещё и разочаровался!)

Если Анну что и примиряло с досадным фактом его внезапной смерти, так только огромная квартира, шикарная машина и неприлично большая сумма денег, что достались ей по наследству.

Анна сидела на трибуне, кутаясь в мягкую чёрную шубку, купленную на деньги человека, которого она презирала. Кофе в стакане давно остыл, хотя и горячим был говно. Она прихлёбывала это пойло скорее машинально и не просто предавалась здесь воспоминаниям — следила за Владом.

Владислав Корсаков был её целью номер четыре. По трём первым она уже «отработала», как сказали бы в каком-нибудь следственном отделе. Три недолгих романа, три пустые страницы, перевёрнутые с обескураживающей лёгкостью.

Её гениальный «тест на предательство» родился спонтанно, как способ наказать Каховского. Хотя «наказать», конечно, слово неправильное: это была банальная женская месть, и Анна ею не гордилась. Да, папаша был не единственным козлом в её жизни, но Каховский козлом не был. Зато идея оказалась настолько удачной, что Анна взяла её на вооружение.

Тест был гениален, потому что прост: выбрать занятого мужика попривлекательнее (ей всё же с ним спать), отбить, влюбить в себя, а затем предоставить ему идеальную возможность для измены.

И пока её теория, — все мужики врут, все изменяют, и все предают — подтверждалась с удручающей лёгкостью. Тест трижды сработал как по нотам. Что же её ждёт в четвёртый раз?

Её отточенный, безжалостный взгляд хищника выцепил в карусели катающихся фигуру Владислава.

Вла-а-дик, как противно нараспев называла Корсакова его девушка, что стояла на льду рядом с ним в коротеньком розовом пальтишке, как кукла в подарочной коробке.