Игра Подземелья

Глава 67. Эван

Каждый раз, когда Эвану начинало казаться, что они приблизились к разгадке, что финал квеста уже где-то рядом, возникало новое препятствие, словно сама шахта испытывала их на прочность. Хотя естественно, это были создатели игры, ставшей ему так ненавистной.
Он понимал: вдвоём они не успеют исследовать обе фигурки, времени катастрофически не хватало. Поэтому, после короткого обмена фразами, они с Ким все-таки решились разделиться. Эван направился к фигурке с синими узорами, а Ким ‒ к той, что была покрыта зелёными.
И шаг в разные стороны почему-то показался ему куда тяжелее, чем следовало.

Проигнорировав странный укол предчувствия надвигающейся опасности, Эван легко вскочил на детскую лошадку и проследил за тем, успешно ли Ким запрыгнула на свою. Но как только ее нога оторвалась от пола, карусель начала потихоньку сбавлять темпы, пока вконец совсем не остановилась. Эван с Ким обменялись тревожными взглядами.

Вдруг карусель снова тронулась, но уже вращаясь в обратную сторону. С каждым оборотом она набирала всё больший разгон, и вскоре воздух вокруг наполнился странными щелчками и хрипловатыми механическими звуками.
Эван с ужасом увидел, как у других фигурок по периметру начинают приоткрываться скрытые боковые панели, и из них одна за другой выползают жуткие, непропорционально крупные твари ‒ сколопендры, богомолы, тараканы и извивающиеся многоножки.

‒ Что это? ‒ взвизгнула Ким дрожащим голосом.

‒ Без понятия, ‒ выдохнул Эван, ‒ ты в порядке?

‒ Да… но мне страшно.

‒ Я попробую добраться до тебя, ‒ решил Эван, ‒ может получиться…

‒ Нет! Даже не вздумай. А вдруг ты случайно упадешь?

‒ Я все-таки спортсмен, ‒ пробубнил он с легкой обидой, но взглядом продолжал следить за насекомыми.

‒ Я знаю, просто… ‒ Ким замялась, отводя взгляд, ‒ просто я не хочу, чтобы ты пострадал. И еще… мне кажется, что эти насекомые не просто так появились. Они – ключ к загадке, которую мы должны разгадать.

Эван почувствовал смешанные эмоции: с одной стороны, его задело, что Ким в него не верит, но с другой, порадовало, что она переживает за него. Понимая, что Кимберли права, он глубоко вдохнул, кивнул, и стал внимательно наблюдать за извивающимися, жуткими существами, пытаясь прочувствовать их движения и предугадать, что они могут сделать дальше.

Спустя несколько минут напряженного разглядывания Эван сумел заметить, что на спине каждого насекомого изображены буквы греческого алфавита. Поделившись этой информацией с Ким, которая уже поняла это, они пришли к выводу, что им явно нужны не все буквы. И как раз кстати, Эван обнаружил, что некоторые знаки сияли странным зеленоватым светом, как флуоресцентные огни в темноте, выделяя своих носителей среди остальных. Свет манил, словно приглашая к разгадке, и сердце Эвана забилось быстрее ‒ это был ключ к следующему шагу, и времени терять нельзя было ни секунды.

‒ Бета, лямбда, омикрон и омега, ‒ наконец заключила Кимберли, после того как они мучительно долго пытались понять, какие именно буквы повторяются у всех светящихся насекомых.

‒ Думаешь, нужно сложить их порядок в алфавите? ‒ осторожно предположил Эван.

‒ Возможно… ‒ девушка задумалась, слегка прикусив губу, ‒ но звучит слишком просто. Хотя попробовать стоит.

Благодаря знаниям Кимберли, без которых Эван был уверен, они бы не справились, им удалось получить число 52. Но что-то внутри подсказывало парню, что Ким права ‒ ответ не мог даться им так легко.

‒ А что, если использовать изопсефию? ‒ вдруг воскликнула Кимберли, глаза её блестели возбуждением.

‒ А это что еще такое? ‒ в очередной раз почувствовав себя полным идиотом, пробормотал Эван.

‒ Система, при которой буквам греческого алфавита присваиваются числа… неважно, ‒ отмахнулась она, ‒ если попробовать, то… выходит 902.

‒ Что-то не сильно похоже на двухзначное число.

‒ Знаю, ‒ вяло произнесла Кимберли, ‒ может стоит взять их сумму?

‒ Одиннадцать?

‒ Просто будем иметь на всякий случай, ‒ пожала плечами девушка, ‒ теперь главное выбраться отсюда.

‒ Вот только как?

Эван взглянул вниз: насекомые, гигантские и жуткие, не собирались отступать. Они громко клацали клешнями, шевелили усами и скользили по платформе, словно готовые прыгнуть в любой момент. Зеленый свет букв на их спинах отражался в темноте, выделяя тех, кто был «важен».

Он ощутил, как напряжение сжимает грудь: они с Ким сидят на разных лошадках, разделенные несколькими метрами карусели. Любое неверное движение, и один из них может оказаться в лапах этих существ. Сердце Эвана бешено колотилось, а карусель ускоряла свой оборот, превращая пространство вокруг во вращающийся кошмар.