Игра с драконом: Заблудись в чужих кошмарах

Кошмар 5 - Та О

     - Вы слышали легенду о маленькой белой черепахе? – с придыханием спрашивают в портовом городе у каждого, кто выглядит хотя бы немного не здешним.

     И на рынке спрашивают, и в чайной, и даже в зале борделя, когда образовалась пауза между представлениями на сцене. И, когда поймают заезжего хотя бы за нотку любопытства, то с удовольствием начинают рассказывать:

     - Когда-то давно, когда море часто у города штормило, когда даже серьёзные военные суда имели много возможности не вернуться назад, дракону морскому раз в десять лет приносили  невест, отправляя на украшенной лодчонке ночью в морскую пучину. Лучших красавиц выбирали, невинных! Да не всегда был доволен дракон! И порою опять море штормило – может, ссорился там с женою из людей подводный император как раз в тот день или жуткие дни, а когда-то и несколько месяцев или лет кряду выдавалось неспокойными, видно, жена очередная земная совсем хозяину моря по душе не пришлась…

     И застревали смущённо или грустно чужеземцы на этом. Но слушали. Как красавиц топить – так всем интересно слушать. Потому что жалко красавиц. Потому что завидно парням дракону.

     И только лишь иногда проходил мимо чайной или по рынку юноша в простых белых шёлковых одеждах – всегда удивительно опрятных – длинноволосый, с лицом под угольной соломенной шляпой, да к поясу между нефритовых подвесок-драконов крепился меч в простых ножнах. И он один лишь поджимал губы, когда опять из местных кто-то затевал этот незатейливый рассказ.

     - И жила себе маленькая белая черепашка на дне моря, не зная горя. И чуралась она игры с другими созданиями морскими с детства. Просто яйцо её в кладке самым маленьким было. Просто у матери ли, отца ли не хватило сил, или закапала она последнее яйцо слишком близко к песчаной поверхности, так что там наступил кто-то невольно, а ли слишком солнце подпалило край: родилась черепашка маленькой и белой вообще. Таких никогда в море том черепах не ведали. И презирали черепашата другие водиться с ней, да рыбы общаться с ней избегали… а, может, там прежде водоросли отравленные вынесло, а ли сгнили они в песке как раз на нею? Вышла совсем маленькая черепашка и совсем вышла белою…

     Шумно выдохнув, мужчина в шляпе соломенной, сидевший у крайнего столика главного зала борделя, чашу чайную с грохотом поставил на стол, чуть расплескав напиток с тонким ароматом, дурманящим. Нежный улун.

     - Не понимаю, почему вам не нравится эта история, господин Т…

     Но тот лишь рот ему булочкою, отваренною на пору, рот закрыл. Сердито глаза из-под полумрака полей сверкнули, когда на парня подвыпившего он обернулся посмотреть.

     - И любила белая та черепашка сидеть под водою где-нибудь возле валунов прибрежных – туда и люди, и жители моря не решались часто заплывать – и смотрела из-под воды на небо. Кажется, она любила смотреть на небо. Люди, замечая там её – а сложно не заметить белую-белую черепаху на чёрной каменной поверхности, да выглядывающей из зеленоватой воды – то считали её призраком, предвестницей несчастья, то, как-то раз, пытались для императора Поднебесной изловить. Может, благое предзнаменование это?» - решил шаман заезжий. А придворный чиновник тогда императора разгневал и хотел выслужиться, диковинку подарить…

     - Пойдёмте, - глухо сказал мужчина в белом, выбрасывая из кошеля на стол три бронзовых монеты с квадратными прорезями посередине.

     - Но рассказ этот…

     - Ах, вы уходите? – подплыла к ним хозяйка заведения, прижав к груди веер с пионами цветастыми, притворно и картинно огорчилась: - Вам не понравилось наше представление, молодой господин? Наши новые девушки совсем дурно поют? Или… - взгляд побитой и лет сто собачки не евшей. – Или девушки новые у нас совсем не красивые?..

     Женщина уже не первой свежести, но ещё не слишком начавшая увядать. Она не успела заметить, откуда в руке посетителя взялся веер сложенным, которым он легонько от себя в плечо её оттолкнул, но успела приметить и что сделаны тонкие пластины узорчатые из белого нефрита, и что в бусинах между ним и узлом причудливым есть медные и золотые. И узнала дары нынешнего императора Поднебесной выдающимся мастерам мечей. И в локоть мужчины статного, высокого, широкоплечего вцепилась с алчностью лесного разбойника, который уже с полмесяца не видел новый караван, от зайчатины которого уже тошнит, да и караване прошлом его вообще-то побили, насилу убежал!

     - Ах, молодой господин! Ах, прекрасный молодой господин! Благородный даос! Бесстрашный воин! Вы стрелою отчаяния пробиваете моё сердце, так быстро от нас уходя! Что же это да случилось, господа?! – удерживая его цепко, под шляпою нахмурившегося, горестно повернулась к постояльцам оглянувшимся. – совсем уж женщины ныне не привлекают мужчин? Ах, позор женской красоте! Ах, какое же, право, великое горе, если мы…

     Качнулся край веера вверх и лево, когда посмотрел на него просто одетый спутник, не прячущий лицо. Совсем обычный воин. Тот, как качнулся веер, увидев, сердито мотнул головой.

     - …А девочка, что убежать сумела от других детей, забежала по вершинам камней далеко от воды, - продолжал рассказчик неутомимый, благо, и два купца заезжих, да семеро их слуг на удержание хозяйкою клиента внимания не обратили совсем: такое вот и в других местах доводилось увидеть, а про черепашку белую – не слыхивали прежде.

     Шумно выдохнул мужчина в белом чистом шёлковом ханьфу. Рука левая невольно пальцами вцепилась в рукоять.