Игра с самим собой

Слабость

Кристофер стоял возле двери Итана и уже минут пять давил в звонок. Дверь открылась, и за ней стоял сонный и раздраженный парень.

— Крис, если ты пришел пить, то я пас. — Тот явно не удивился появлению знакомого. Блондин без приглашения залетел в квартиру отталкивая хозяина с пути, по-свойски прошел на кухню и открыл холодильник.

— Опять ты пьешь отвратительное светлое пиво, ты угробишь свою печень. — Взяв бутылку и со злостью захлопнув дверцу, Крис присел за небольшой стол.

— Всегда пожалуйста. Так в чем причина визита? - Итан устало протер глаза, и начал натягивать футболку. - Ты не похож на пьяного, а значит что-то произошло. - По примеру гостя, он тоже взял бутылку, и тотчас же ее открыл. Сделав большой глоток, выдохнул и небрежно бросил открывашку на стол.

— Мы разрываем наш спор. — Покрутив приспособление в руках, он неаккуратно щелкнул крышкой, так что пена от напитка брызнула ему на футболку. - Блять.

— Что? Ну уж нет. Мы так не договаривались. Что произошло? — Итан непонимающе взглянул на друга.

— Меня это не волнует. Мы разрываем наш спор, а Мишель ничего не должна узнать. — Парень явно был на взводе, он резко подскочил к капитану и ткнул пальцем в его грудь. - Мы не дети с тобой. И не обязательно должно было что-то произойти.

— Неужели? То есть, ты сейчас капитулируешь? Тогда, победа за мной. — Итана явно позабавила агрессия Криса, он словно вампир поглощал энергию других. И больше всего он любил выводить на эмоции своего друга, ведь знал его слабые места, и знал его любовь к победе. Сейчас, когда тот был на взводе, он должен добить его. Он должен быть лучшим, коим всегда стремился быть.

Странная дружба, которая завязалась между этими двумя, всегда строилась только на развлечениях, алкоголе и попытках Итана выглядеть лучше на фоне друга. Кристофера это не волновало, и поэтому, не замечая для себя он часто попадал под влияние друга на фоне споров.

— Нет, здесь нет победивших или проигравших. Спора нет. — Блондин уже во всю надрывался, костяшки пальцев побелели от напряжения, а в глазах горела злость. Рассудок был настолько затуманен злостью что он не видел, как сейчас капитан смакует его вспышку гнева.

— Есть, и это я. Даже, если ты решил сдаться. Спор есть спор, и я его выиграю любой ценой. Я отступать не буду. — Брюнет довольно опёрся на дверной косяк и с вызовом смотрел на Криса, не забывая попивать пиво.

Парень был спокоен, и это спокойствие ещё сильнее выводило из себя. Хотелось разбить ему нос, дабы тот не выглядел таким умиротворённым.

— Неужели наша Мишель оказалась хитрой лисичкой, и обвела тебя так, что ты влюбился? Иначе, зачем ты так распыляешься?

При слове влюбился Кристофера передёрнуло.

— Нет, не неси ерунды. Ты прекрасно знаешь мое отношение к девушкам. — Слово «влюбился» отрезвило, вылило ведро ледяной воды на голову и дало хороший подзатыльник, голубоглазый успокоился. — Просто... — Что ответить в данный момент? Признаться, что ему действительно небезразлична девушка? Или придумать что-то другое? Думай, Крис, думай.

Ему стоит признаться, Итан какой никакой друг, и он поймет.

— Просто это слишком легко для меня. — Он попытался натянуть свою фирменную ухмылку и с вальяжным видом развалился на стуле. Но, по правде говоря, расслабиться — не получалось. — Она уже не отходит от меня, и это становится неинтересным, а у тебя нет шансов. — Струсил, побоялся проиграть в глазах друга. Но друг ли он, если боишься быть с ним честным?! Ненависть к самому себе вернулась, и с двойной силой начала пожирать парня. К горлу подкатился ком тошноты.

— И наверное, поэтому, ты ворвался ко мне посреди ночи и орёшь, стоя на кухне? — Итан все понял, но ему нужно было признание. Самодовольный мерзавец играл чувствами лучше любой девушки. Мужское самолюбие и желание быть первым, и он знал как много — это значит для голубоглазого. Секунда, и Кристофер стоит довольный, и вот, наконец, все-таже ухмылка красуется на его лице:

— Бурная ночка, слишком много даже для меня, и это ещё не утро. — Он устало потянулся. Пытаясь придать правдоподобности своим словам. На самом же деле, готов был умереть от отвращения к самому себе. Но столь привычная маска, с которой он жил так долго, снова была надета.

— Может выпьем пива и посмотрим футбол? — Брюнет кивнул в сторону гостиной.

— Ты же знаешь, как я отношусь к этому пойлу. — Он не хотел больше находиться в этом месте. Молча вышел, оставив позади открытую дверь. Пустой взгляд, направленный в никуда. Ноги бредут наугад, вовсе не разбирая дороги и тянут тело за собой. Руки опущены, во всех возможных смыслах. Мысли съедают друг друга, вызывая дикую боль. Больно... Он так спешил, лишь бы разорвать этот спор, он хотел закончить все это сегодня, и вернуться к ней. Но нет... он струсил, а может, он бесконечно смел, чтобы смотреть в глаза девушки, которая ему верила, а тот ее обманул?

Он правда хотел все исправить, или ему так только казалось?..

Мир закрутился вокруг так быстро, что голубоглазый не понимал, где жизнь, а где реальность. Пусть это будет сон, и он проснётся, ему нужно проснуться. Кристофер зашёл в ближайший бар, изрядно выпил, и надеялся, что вот сейчас, в ближайшую секунду ему станет легче. Но все тщетно. Подсевшая к нему девушка, не вызывала ничего, кроме отвращения. Отвратительный цвет волос, дешёвая помада, вульгарное поведение, заезженные фразы, и готовность раздвинуть ноги спустя несколько минут беседы. А надежды на то, что алкоголь заглушит душевную рану, разбились, как упавший стакан, тот только сильней теребил душу, и обжигал открывшуюся рану.

Знаете зачем болит душа? Она пытается призвать наше внимание к проблеме. Она требует действий, которые облегчают страдания. И самое важное, если болит душа, значит она есть. Значит, ты все ещё живой, и можешь что-то чувствовать. И если бы сейчас он не струсил, если бы только он признался ей.

Но он выбрал другой сценарий, он будет жить в своем личном аду, ей так будет лучше. Он сделал этот выбор не подозревая, что открыл для своей души что-то новое и до безумия важное именно в этот момент, когда казалось, что он разбился на части.