Игра света Блик и Сумрак

Речной поток

Зеркало со звоном ударилось о каменную плиту, разлетевшись на тысячу осколков. За ними упали хрустальные слезинки.

- Нет… Лаврен…- Прошептала Мариэль.

Она выскочила из своего «гнезда» и понеслась в дом. Она сейчас же отправится в Джевелию. Прямо сейчас. Хватит с нее отсиживания в Вакрохалле. Она достаточно времени уделила учебе, почти забыв про друзей, которые слишком далеко, чтобы она могла им помочь.

Мариэль наспех собирала вещи в маленький бездонный мешочек, подаренный принцессой Иналией на Билиан-нуа. Запихивая туда все подряд, она обнаружила, что он совсем не изменяет своего веса. Оно и к лучшему. Путь будет быстрее, если она будет налегке. Особой она взяла лишь запасной комплект походной одежды, оружие, доспехи и съестные припасы, которых хватило бы на неделю. В кошельке оставалось девять золотых монет. Опасаясь, что этого ей может не хватить, она ещё взяла серебряный браслет и рубиновую подвеску, подаренные кем-то из лордов на Билиан-Нуа. Остальные драгоценности и личные вещи Мариэль оставила. В карман кинула три камушка – дары Тасфиака. Накинула поверх красной рубахи кожаный жилет. Выше локтя надела браслет-змею, которую наименовала Рогнильдой.

Нет. Она не может уйти, не попрощавшись с друзьями и учителем. Короля Элеота тоже хорошо бы предупредить. Хоть это и отнимет драгоценное время, уйти ничего не сказав, было не правильно. Поэтому она направилась прямиком в дом учителя.

– Я научил тебя не всему, что потребуется тебе в жизни.- Выслушав ее, молвил Резхарас. – Но ты и без того умеешь больше любого воина. Я уже говорил, что ты готова ко встрече со Стернадором и сегодня я не изменю своих слов. Я благословляю тебя и желаю ровной дороги. – Напутствовал учитель.

Малвель вызвался проводить Мариэль, по пути выспрашивая причину столь резкого принятия решения. В королевском дворце ее приняли не сразу. Но Лафитлин выбежала им навстречу, как только они ступили на порог.

– Это так необходимо – уходить сейчас? Ты не можешь остаться?

– Мое обучение окончилось. Да и я слишком задержалась в Эфелоне.

– Если встретишь моих братьев, передай им, что сестры скучают и ждут.

– У тебя есть ещё братья?

– Лурион похож на маму, а Альбион брат-близнец Амвин. Не переживай, они не такие противные, как Сельвион.

Мариэль пообещала передать послание.

– Попрощайся со Златоэорисом за меня. – попросила Мариэль. Лафитлин крепко обняла Мариэль, не желая отпускать. Но прощанье прервал король Элеот. Разговор с королевской семьей много времени не занял. Они пожелали ей легкого пути и удачи в сражении со Стернадором. Так же король Элеот предоставил Мариэль жеребца и немного золота, что бы добраться до речного порта, откуда она на лодке доберется до деревушки в Медвежьем перевале. Там она купит лошадь и поедет на Запад.

– Ты предупредишь Иналию?- спросил Малвель, когда они въезжали в портал-переулок.

– Нет. У нее здесь какие-то дела. Узнав, что я ухожу, она захочет со мной. Это может навредить задумке королевы Элейс, что бы она не поручила своей дочери. Да и на сборы ей понадобится время, а я не могу ждать.

Она сидела верхом на Мэрфэ, Малвель ехал рядом на кобыле из конюшни короля. За пол дня они доехали до речного порта. Прощаться было невыносимо. Мариэль с трудом сдерживала слезы и дрожь в голосе.

– Подожди! – Малвель сжал ее запястье, когда она уже собиралась сесть в лодку. – Тебе всегда здесь рады, обещай, что еще вернешься в Эфелон.- Он в последний раз прижал Мариэль к груди. – Посмотри на меня.

Мариэль посмотрела ему в глаза. Их лица оказались так близко, что они почти касались носами. Малвель подался вперед, касаясь ее губ своими. Мариэль вздрогнула, словно ее ударили током, резко отвернулась и высвободилась из объятий.

– Не стоит, Малвель. Думаю, что после войны я вернусь в свой мир. Если удастся победить. А если нет… Чтож, думаю, в этом случае я умру. Прости меня и прощай.

Мариэль забралась в лодку и оттолкнулась веслом от берега. Стремительный речной поток быстро превратил высокую фигуру Малвеля в крохотную точку вдалеке.

Лодочник говорил, что эта лодка не перевернется, даже если угодит в водопад. Мариэль убедилась в этом, когда течение стало слишком бурным для какого-либо судоходства. Любое другое суденышко уже бы разбило о берег, но эльфийская лодочка ровно и быстро неслась, как под парусами по гладкому озеру. Она была на столько легкой, что прошла бы даже по мелководью.

Мариэль даже не требовалось грести. Она неподвижно сидела, размышляя о событиях этого дня. Мимо проносились лесные пейзажи, красивые и завораживающие. Но Мариэль лишь мельком улавливала ту прелесть весеннего леса, думая о Лаврене. Успеет ли она спасти его?

Находясь в Вакрохалле, Мариэль часто связывалась с помощью магического зеркала со своими друзьями. Она узнала, что Фаолин стоит во главе эльфийского войска на западе, а Лаврен – во главе людского. Король Дуглас взял командование гномами на себя. Три армии вошли на запад с трёх сторон. Со стороны гор зашла подмога с Фриккарда, а, обойдя с запада, движется войско Анорзада, перекрыв отступление врагу.

О личных делах друзей она также знала. Например Валсидал не может не думать о принцессе Кристе. Однажды он поделился своими мыслями с Лавреном и тот пообещал помочь ему в этом вопросе.

Фаолин однажды повздорил с отцом, когда тот запретил ему отправляться на запад. Но позже, вместе с матерью, королевой Элэйс, они покинули Маргинг и увели с собой из леса пять сотен эльфийских воинов.

Максин и Дэльвин тоже отправились на запад. Это Мариэль узнала совершенно случайно, желая пообщаться с Лавреном. Но застала его с Максин за весьма приватным занятием в его шатре. Ей стало до жути неловко, так что она еще долго не решалась снова связаться с ним. Но Максин скоро сделала это сама и рассказала о том, что стала магом в войске и уже побывала в двух битвах. А Дэльвин иногда подсказывал командиру их отряда исход битвы и напутствовал. Когда их отряд соединился с войском под началом Лаврена, тот сам стал пользоваться способностями брата и сестры. Особенно способностями самой Максин. Она рассказывала Мариэль все в пикантных подробностях, отчего Мариэль становилось еще более неловко. Она часто прерывала чародейку и просила ее не говорить о таком, но Максин порой забывалась. Лаврен защищал ее от желаний других мужчин, а она защищала его магией в сражениях. Но в свою последнюю битву Лаврен отправился без нее, отослав девушку с частью войска в другую миссию.