Игра света Блик и Сумрак

В последний путь

Мариэль предполагала остаться на ночь в таверне, но оказывается, ее друзья уже обзавелись скакунами. Поэтому сидеть лишнюю ночь на одном месте не было смысла.

– Как, уже уходите? – удивился Горк. – На ночь глядя?

– Да, деньги оставь себе. – Кажется, гном был очень рад такому халявному заработку.

– Когда вы узнали о том, что ушла?- спросила Мариэль, когда они отправились в путь. Ей было интересно, как так получилось, что они прибыли почти одновременно. Неужели Малвель сразу помчался к ним с докладом? Даже если так, они могли отплыть только через несколько часов после нее.

– Малвель сказал нам только на следующий день. – Ответила Иналия. – Мы даже не надеялись догнать тебя так скоро. Но мы взяли лодку с парусом и я немного подогнала ее ветром. И мы не останавливались на ночлег

Мариэль поняла, что тот единственный раз, когда она провела на берегу несколько часов, заметно скоротал расстояние между ними. Может оно и к лучшему. В одиночку путешествовать опасно и скучно.

– Лошадей мы купили у отшельника в миле перед деревней. – Рассказал Златоэорис. Когда Мариэль увидела трех крепких скакунов.

Они выехали из селения и тут же погнали лошадей галопом. Над дорогой взошла большая яркая луна, освещая им путь. Останавливались только что бы дать лошадям отдохнуть и напиться. И то, не дольше, чем на час. Если скакуны не успевали за это время перевести дух, то эльфы все равно заставляли их идти спокойным шагом. Но Мариэль не могла терпеть такую медлительность. Она делилась со скакунами своими силами, мысленно уговаривала их поторопиться. А потом на одном только упорстве держалась в седле.

Иналия со Златоэорисом ничего не подозревали, думая, что им просто посчастливилось купить выносливых животных. Мариэль и не жаловалась. Ей было важно быстрее добраться до Стелетона – селения, которое отвоевал Лаврен ценой своего здоровья, если не жизни. И она пожертвует всем, ради хотя бы малейшего шанса его спасти.

Но не все было так плохо. Мариэль ждал приятный сюрприз. Когда они проезжали мимо Деградара, их ждала свита эльфов со свежими скакунами. И каково было ее удивление, когда она снова увидела Лиру. Оказывается, Иналия еще из Эфелона связалась с королем Арагнастом с просьбой отправить им на встречу драконов. Но, к их разочарованию, все драконы сейчас были заняты обороной Джевелийских войск на западе.

Как же Мариэль хотелось оставить товарищей и улететь на пегасе вперед. Хоть эльфийские жеребцы быстрее и выносливее прочих, этого все равно не хватало, что бы утолить ее жажду скорости. Но вновь оставлять друзей за спиной было бы не правильно. В прошлом Иналия целых два раза срывалась с места и мчалась за ней следом. И Златоэорис, несмотря на то что из-за нее он попал в плен к эльфам, пошел за ней. Мариэль понимала, что они поступили бы так еще раз, даже если бы она шла прямиком в пасть смерти.

Приближаясь к западным землям Джевелии, она приглядывала за Лавреном в волшебном зеркале. С каждым днем он выглядел все хуже. Он еще не очнулся, только иногда Мариэль замечала, как он ворочался и бормотал что-то в бреду, как капли пота стекают по его лицу. У него началась горячка. Почему, ну почему нельзя помочь ему сквозь пространство? Если бы в той деревне был хоть один маг или хотя бы лекарь…

Мариэль видела, как вокруг Лаврена пляшут неясные тени – не знакомые ей люди. Но если бы хоть один из них обладал нужными знаниями, Лаврен давно бы встал на ноги.

На переправе через Драхе Мариэль, Иналия и Златоэорис столкнулись с патрульным отрядом Стернадора. И без того наполовину разрушенный каменный мост еще больше пострадал от схватки между ними, в исходе которой Златоэорису сломали несколько ребер. Иналия наткнулась на ударное заклинание, потеряв равновесие, она ударилась о камень головой и потеряла сознание. Мариэль сделала все, чтобы эльфийка не перевалилась через поручень в быстрые воды Драхе, и чтобы ее не проткнули копьем. Сама она едва не лишилась пальца, но отделалась только глубоким порезом и парой дюжин синяков и ссадин.

Ей пришлось приводить в сознание Иналию, залечивать собственную рану и сращивать Златоэорису кости. позже она удивлялась как ей на все это хватило сил. Не желая использовать накопленную энергию в поясе Шириллы, она оставила синяки заживать своим ходом. На следующий день у нее распух правый кулак. На костяшках наросла ярко-лиловая шишка. Но Мариэль не обращала на нее внимания, хоть это и стесняло некоторые ее движения. Даже узду приходилось держать в левой руке. Ничего. Само заживет. Сейчас она так устала, что не оставалось сил заглянуть в волшебное зеркало, как и у Иналии.

До Стелетона они добрались через два дня после переправы.

– Мариэль! – Валсидал встретил ее долгими объятиями. Но уже через мгновение радость встречи на его лице сменилась скорбью. – Лаврен…

– Поэтому я здесь. Я могу вылечить его.

– Боюсь, уже поздно…

– Нет…- Выдохнула она бессильно. Мариэль не могла поверить. Все чувства собрались в один комок, прожигающий грудь. Комок сжимался и, казалось, скоро превратится в крошку и исчезнет, но он взорвался, острыми осколками врезаясь во все органы чувств, высвобождая слезы. – Когда? – голос дрожал еще сильнее, чем она сама.

– Сегодня ночью.

– Где он?

Валсидал молча повел ее через разгромленные улицы селения в дом, явно раньше принадлежащий губернатору. На втором этаже в кровати с балдахином на медвежьих шкурах лежало бездыханное тело Лаврена. Глаза бледного, неподвижного мужчины были на веки закрыты. Никто больше не увидит их голубое сияние. Плотно сжатые губы больше не растянутся в лучезарной искренней улыбке.

Мариэль опустилась на край кровати, взяла Лаврена за руку. Может, еще есть надежда. Он должен жить! Мариэль зашептала исцеляющее заклятья, которому Резхарас ее учил. Мощный отлив энергии произошел после первых же слов. Силы вытекали из нее бурной рекой.

– Стой! – закричала Иналия.- Это убьет тебя, а ему все равно не поможет!