Игра Света Лицо Истины

Глава 5. Зал каменных королей

Утро тихо прокрадывалось в комнату. Мягкие лучи солнца коснулись лиц спящих в обнимку влюбленных. Луна вместе с собой утягивала сон за горизонт, а он цеплялся за Мариэль, подобно отступающей от берега волне.

Она уже ощущала, как вздымается под ее щекой крепкая грудь Фаолина. Но остатки светлого чудесного сна еще обволакивали ее разум.

Фаолин проснулся немногим ранее. И был счастлив снова обнимать свою принцессу. Касаться пальцами ее кожи. Чувствовать ее теплое дыхание на своей груди. Сколько дней он не мог наблюдать за тем, как мирно спит самое прекрасное создание на свете. Сколько недель он не слышал, как тихо посапывает его девочка и как нежно ворчит во сне, когда он притягивает ее к себе. Как давно он не мог коснуться ее изумительного носика. И теперь он лежал в теплой постели обнимая жену и поглаживая указательным пальцем ее по переносице. Наконец-то!

Проснувшись, Мариэль не сразу поняла где находится. На несколько мгновений ей почудилось, что это все еще сон, светлый и теплый, как летний день. В мыслях своих она была все еще на снежных равнинах Фриккарда. Это утро так напоминало ей сотни предыдущих, когда все было хорошо. На те утренние часы, задолго до того, как к берегам Джевелии причалили корабли с пурпурными парусами, задолго до рождения ее мертвого малыша, задолго до предательства Лафитлин и столкновения с работорговцами. Как бы она хотела, чтобы все это оказалось лишь неприятным сном.

Тяжелая реальность навалилась на нее горьким осознанием, окончательно прогоняя сон. Фаолин как всегда почувствовал ее пробуждение и тихо прошептал:

– Доброе утро, нойа лемавэ!

– Воистину доброе. – Хриплым спросонья голосом ответила ему Мариэль. Но вместо того, что бы встать и сразу приняться за дела, она только крепче прижалась к теплой груди мужа.

Его руки обвили ее тело. Им обоим было необходимо побыть наедине как можно дольше. Ведь день предстоял тяжелый и им едва ли удастся побыть вдвоем, когда все начнется. После долгой разлуки каждое прикосновение, каждый жест, каждый поцелуй ощущался острее.

Но идиллия не могла продолжаться вечно. С улицы стали доноситься звуки оживающего города. Где-то совсем рядом петух приветствовал солнце. Пришло время приступать к делам.

Мариэль, наградив своего принца поцелуем, подошла к шкафу. Она так соскучилась по своим платьям, по возможности менять одежду хоть каждый час. Радость от того, что пропитанная потом, кровью и пылью рубаха наконец-то останется в прошлом, придала ей сил.

Фаолин оказался за ее спиной, помогая затянуть корсет на нежном фиолетовом платье. Когда с одеванием было покончено, Мариэль принялась расчесывать густые черные пряди своего принца. Ловкими пальцами она заплетала две тонкие косы на висках, чтобы волосы не падали на лицо.

В общей комнате послышался едва уловимый шорох. Мариэль выглянула и встретилась взглядом с Дэйли. Она старалась прокрасться в свою комнату, должно быть, чтобы не разбудить родителей. Вид у нее был предельно уставший. Под ясными голубыми глазами пролегли тени, плечи осунулись. У нее едва хватило сил выдавить слабую приветственную улыбку.

– Златоэорис пришел в себя. – Коротко сообщила она.

– Тебе нужно поспать. – Нежно прошептала Мариэль.

– Скоро похороны…

– Не думаю, что кто-нибудь обидится, если ты пропустишь их. Ведь ты спасла всех от Шириллы.

– Признаться, мне все равно. Я просто лягу спать. Не будите меня, пусть хоть сами хайпотриты сюда явятся, пусть они ходят на цыпочках, пока я не проснусь.

И Дэйли скрылась в своей спальне. Через несколько минут пришла Нерия, темноволосая эльфийка, прислуживающая Мариэль с самого первого ее появления в Маргинге. Обычно Мариэль обходилась без слуг, но когда она приезжала в Маргинг, то Нерия всегда помогала ей и сопровождала. Но Маргинг захватили и Нерия со всеми эльфами перебралась в Малат и выразила желание помогать Мариэль, как и раньше.

В руках у девушки был большой поднос, уставленный разными блюдами.

– Ваше высочество, я принесла свежий хлеб, творожное пюре с малиной, лимонный пирог, салат с морковью и ваш любимый клюквенный чай.

– Благодарю, Нерия, ты вовремя. Что слышно во дворце?

– Похороны короля Дугласа состоятся в полдень. Повара надеются подготовить поминальный пир ко времени. После пира советник Гаяс приглашает вас на Большой Совет. Его Величество Звездоподобный Молдобад серьезно настроен избрать королей Джевелии сегодня же.

– Пожалуй, я разделяю настроение Молдобада. Спасибо, Нерия, можешь быть свободна.

– Благодарю, принцесса. – Нерия оставила полный поднос на столе и удалилась.

После завтрака Мариэль сразу же направилась в комнату Максин. Ей было стыдно, что вчера она не уделила должного внимания раненной подруге. Её долгом сейчас было хотя бы проведать ее. Но переживать оказалось не о чем. Мариэль столкнулась с чародейкой на пороге их с Дельвином покоев. Она как всегда была в своей красной тунике, даже не достающей ей до колен. На поясе как всегда был повязан испещренный узорами бежевый платок. Светлые волосы зачесаны на правую сторону, открывая выбритый левый висок. На шее красовалось никак не меньше дюжины различных амулетов из дерева, перьев, камней и медных проволок. Руки по локти украшали браслеты, наверняка каждый из них имел какое-то значение. Мариэль была почти уверена, что в части этих украшений Максин копит магическую энергию.

– Мариэль! Я уже и не чаяла тебя увидеть до битвы! Наконец то ты приехала! – Затараторила чародейка, не давая Мариэль возможности вставить между своей болтовней хоть слово. – Ты уже слышала, что тут без тебя приключилось? Тут тако-ое… – И она пустилась в долгий бессвязный рассказ о минувшей ночи, перепрыгивая с одного события на другое, а потом возвращаясь к предыдущему. Из ее рассказа мало что можно было понять, даже зная всю историю в подробностях.

–... я открываю глаза, а надо мной склонился какой-то эльф. Я сначала даже подумала, что это ты, пока он не заговорил бархатным таким, но уж явно не женским голосом. На эльфийском вашем бормочет, а вокруг его лица ореол света разлился. Как мне ни хотелось разглядеть этого красавца, мои глаза закрылись сами собой, а на утро его и след простыл. Может это и вовсе сон был? Как думаешь, а?