Игра Света Лицо Истины

Глава 6. Великий совет

Мариэль с трудом боролась с желанием зажать уши руками и зажмуриться: такой гвалд стоял в зале совета. Там собрались все. Семь старейшин ордена с некоторыми своими подопечными, взятыми на обучение. Двенадцать эльфийских графов и графинь, каждый из которых по закону имел право выдвинуть себя или кого-то от своего имени в кандидаты на эльфийскую корону. Семеро сыновей короля Дугласа и шесть лордов из числа гномов. Трое внуков Валсидала и принцессы Кристы, тоже желающие предъявить свои права на трон. Военачальник Ваккрохала Анорзад, военачальник Фрикарда Роланд, а также Малвель были почетными гостями и тихонько стояли в тени, не привлекая внимания. Они имели право голоса, однако их слово мало на что могло повлиять. Король Молдобад занимал половину зала, отбрасывая радужные блики своей чешуей. Впрочем, много кто отсутствовал, как например вдовствующая королева Лисса, мать покойного короля Зигмунда, отказалась присутствовать, оправдав свое решение своим не юным возрастом, в котором тяжело выносить дорогу, так еще и в зимние метели.

У входа в зал совета топтались Максин и Дельвин, не решаясь войти. Мариэль провела их при условии, что они станут вести себя тихо и будут молча наблюдать. В основном конечно это условие касалось Максин. В конце концов просто наблюдающих на этом совете было предостаточно. Еще двое погоды не сделают. Мариэль была уверена, что половина из них уйдут, не дотерпев до конца совета.

Претенденты на престолы и старейшины ордена сидели в удобных креслах, расставленных по кругу.

Остальные же: ученики старейшин, жены и мужья претендентов, их близкие родственники, советники, слуги, представители других королевств, стояли вдоль стены позади них.

Мариэль отказалась занимать место претендента, оставшись за спиной Фаолина. Однако она попробовала уговорить Дэйелис выдвинуть свою кандидатуру. Ведь недаром Арагнаст чуть ли не с самого рождения готовил ее к правлению. Но дочь отказалась:

– Мое время еще не пришло. Мне следует еще многому научиться. – Говорила она, занимая место рядом с матерью - позади отца.

Иналия же восседала в кресле рядом с братом. Гордая и грациозная, как всегда.

Всего Мариэль насчитала тридцать восемь желающих править и около сотни человек за их спинами. В зале быстро стало душно, не смотря на то, что над потолком открыли ставни больших окон.

Когда ждать было уже непозволительно, Молдобад обвел всех присутствующих взглядом и звонко рыкнул, призывая к тишине.

“Этот совет кончится только тогда, когда будут избраны новые короли или королевы Джевелии. До тех пор никто из претендентов не покинет этого зала.- Объявил он. – Эльфийский народ уже давно нуждается в своем предводителе. Пусть претенденты объявят свою позицию и докажут свое право на корону. Да начнется совет! Грав Шангол, Вам слово.”

Высокий - выше прочих - эльф поднялся и вышел в центр зала.

– Мое имя Шангол из рода Жавтийн. Моя семья верно служила королевству на протяжении многих веков. Мной и моей семьей вложен неоценимый вклад в культуру и историю Джевелии. – Граф пустился в долгие перечисления своих неоценимых вкладов. Однако Мариэль они показались столь мелочными, что ей было бы стыдно даже говорить о них в таком ключе. На его счету была одна победа в сражении в войне с Фулдуром, всегда своевременная выплата налогов, развитие гончарного дела, по его словам значительно пополняющее королевскую казну и основание школы лучников, в которой могли обучаться только дети состоятельных эльфов.

“Какой он мелочный. – думала про себя Мариэль. – Его явно золото и богатства заботят куда больше благополучия народа. И почему разглагольствует он, а стыдно мне?”

Чем дольше гроф Шанол Жавтийн говорил, тем сильнее Мариэль хотелось пинками выкатить его из зала. Его речь длилась около часа и многие успели заскучать. Мариэль замечала презрительные взгляды тех, кто явно разделял ее мнение. Но были и такие, кто воодушевленно кивал чуть ли не каждому его слову.

Молдобад задавал ему множество разных вопросов, касающихся общих проблем государства и тех, которые требовали немедленного разрешения.

“Что Вы думаете по поводу Фулдура бессмертного?” – это был последний вопрос бриллиантового дракона.

– Я считаю это был достойный противник, умело пользующийся своей хитростью и смекалкой. Но я не понимаю к чему этот вопрос, светлейший, ведь Фулдур был повержен шестьдесят два года назад.

Молдобад ничего не ответил на это. А Мариэль едва сдержалась, что бы не ударить ладонью по лбу.

“Благодарим, граф Шанол. Граф Орвин, Ваш черед.”

Граф Орвин был настроен воинственно. Его явно волновала ситуация с Фрикардом. Он высказывал вполне приемлемые, по мнению Мариэль, идеи по поводу изгнания Хайпотритов. И вообще он показался ей эльфом серьезным. Однако далее из его уст звучали претензии на богатства Белых Гор.

– Я считаю непозволительным то, что все щедроты Белых гор текут золотыми реками в сокровищницы гномов. Горы стоят на территории Джевелии, а Джевелия принадлежит также и эльфам и людям. Так почему же добытые сапфиры и изумруды должны принадлежать одним только гномам?

– Ни один эльф не работает в наших шахтах! – не выдержал один из сыновей Дугласа. – Ни один эльф не заплатил за эти драгоценности своей вечной жизнью!

“Принц Хантер, Ваш черед высказываться еще не пришел.” – осадил его Молдобад.

Гном, побагровев от злости, сел на место. А Граф Орвин продолжил свои нападки. После чего ответил на те же вопросы от Молдобада, что и его предшественник.

– Если я стану королем, я предложу оставить Фулдура в темнице до скончания веков, окружив ее всевозможными чарами, чтобы он не имел возможности бежать. А его народ изгнать и под страхом смерти запретить им возвращаться в Джевелию. На их руках кровь тысячи Джевельян. Им нет доверия.

“Благодарим. Графиня Улира, Ваше слово.”

Светловолосая эльфийка, на вид даже моложе Дэйли, была уж слишком наивной. Всем добра - была ее позиция. Она вещала тонким нежным голоском о мире и процветании. И эта песня из ее уст звучала настолько красочно и фантастично, что хотелось в нее верить.