Игра Света Лицо Истины

Глава 12. Шрамы невысказанного

Ночь дышала холодом. Снег скрипел под копытами пары лошадей и санями, оставаясь безмолвным под легкими сапогами эльфа. Оствинд и Свечка - верные скакуны эльфов-близнецов - тянули самодельные сани, в которых лежал, укрытый покрывалом, Игеред. Агнар вел их под уздцы к оврагу. Шерти текла внизу почти беззвучно. Река-невидимка, скрытая туманом и льдом. За спиной мерцал милионами костров лагерь. Здесь же тьму лишь на несколько шагов рассеивал магический огонек, что плыл над головой эльфа. Он выбрал место вдали от кладбища, где после битвы хоронили павших. Игеред не хотел бы покоиться в поле - унылом, пропитанном скорбью, - среди печальных камней, деревьев и курганов. Здесь, на краю обрыва, между лохматых сосен ему будет хорошо. Здесь он вечность будет любоваться закатами и слушать шум реки…

Агнар мог бы одним заклинанием разверзнуть землю, но это было бы слишком просто. А потому в воздухе запел метал лопаты, борющейся со льдом и промерзшей землей. Он копал, сглатывая тугой ком в горле. И не обернулся, когда услышал шаги.

Дэйли молча взяла вторую лопату и стала копать рядом. Они не проронили ни слова, пока тело их друга не скрылось под землей. Лишь тогда они нарушили тишину.

Над долиной Плайн разнеслась скорбная песнь. Голос Дэйли был как тонкая трещинка во льду. В нем затаилось все, что не могло быть сказано иначе. Затем подхватил Агнар. Его голос был ниже, глуше, словно гул водопада вдали. Он вел совершенно иную мелодию, чем Дэйли. Если она растягивала гласные, выводя мелодией красивые, но печальные узоры. То он четко и резко выговаривал каждое слово и его мотив был тревожным и нагнетающим.

Земля под их ногами задышала. Теплый пар поднялся над снегом. В воздухе запахло хвоей. Из почвы стал подниматься тонкий серебристый росток. Он рос, расплетался, превращаясь в ствол. Корни оплели землю, бережно, как объятие.

На их глазах выросла молодая ель. Гибкая, чуть склоненная к реке. Ее кора вдруг вздулась, будто сама природа вытесала в ней черты лица. Веселые, живые. Слишком живые. Таким они запомнили своего друга. Лукавым, озорным, немного дерзким. И никогда не терявшим чувство легкости, даже в мрачный час.

Смех - нет, не звук, но воспоминание о нем - прокатился по ветвям, как финальный аккорд песни.

– Мы должны были вернуться вместе. – Коснувшись коры, как коснулась бы щеки Игереда, прошептала Дэйли.

Агнар молчал. В груди все сжалось. Он не был тем, кто легко поддается чувствам, но сейчас…

По щеке его скатилась слеза. Дэйли тоже всхлипнула рядом.

– Я обещала ему не плакать. – Сдержать слезы девушке стоило больших усилий. – Он… он просил перед смертью.

– Но он тоже нарушил обещание… – Глухо ответил Агнар.

В день, когда они отплыли из Малата, они поклялись, что выживут и втроем вернутся домой, чего бы им это не стоило. Игеред тогда усмехнулся, хлопнул их по плечам и сказал:

– По-одиночке мы конечно можем стать героями. Но втроем мы дадим бардам повод написать балладу и запретить ее детям!

Втроем… Слово теперь звучало как насмешка.

– А когда все кончится, я скажу ей! – Заявил Игеред в ночь перед битвой. Агнар знал о чувствах друга. И подталкивал его сделать шаг. Но Игеред противился. Он был бесстрашным, хотя скорее безрассудным… И ответ Дэйли, пожалуй, - единственное, чего он боялся. А теперь все его страхи вместе с мечтами канули в бездну…

Агнар стоял рядом с Дэйелис, но чувствовал себя от нее далеко. Почти так же, как теперь от Игереда. И в нем вдруг родилось что-то похожее на ненависть. К врагам, к себе, к обстоятельствам.

Дэйли рядом затихла. Она не плакала. Лишь смотрела на лицо друга, навсегда застывшее в озорной улыбке. И в глазах ее читалась такая же ненависть.

Ее пальцы скользнули в его ладонь. То ли в знак поддержки, то ли сама ища опору. Агнар ничего не сказал - только сильнее сжал ее руку. И в этот миг оба поняли. Главное - пока они есть друг у друга, их мир еще держится.

***

– С этого момента всю долину, от западной до восточной границы Джевелии, будут контролировать разведчики. – Мариэль прочертила длинной указкой черту по разложенной перед ней картой. Она стояла во главе стола в своем шатре, где с первым лучом солнца собрались все члены совета. – Если хоть один куст на границе леса шелохнется, я хочу об этом знать. Пусть каждый пригорок, каждая низина будет под нашим оком.

– Отступление хайпотритов может быть лишь уловкой. – Нахмурился Фулдур. – Мы знаем на что способны мои соплеменники. Среди них могли оказаться и такие, кто уже принял облик наших воинов.

Иналия кивнула, соглашаясь:

– Эльфийские маги уже составляют списки всех воинов, призванных в армию, я так же погибших. Будут проведены переклички и проверки. Если среди нас есть шпионы, их быстро найдут.

Шатер полнился звуками: шелест одеяний, скрип пергаментов, едва слышное дыхание тех, кто слишком много лет провел на войне. И тех, кто видел ее впервые.

Мариэль хорошо знала - хайпотриты сильны в умении прятаться. Не в лесах, а в образах. Возможно прямо сейчас в ее шатре затаился враг, надев чужое лицо. А еще она знала, что о том же думают и другие. Теперь все будут слишком внимательны и подозрительны. Даже если никакой угрозы на самом деле нет, подорванное доверие между союзниками - хуже любого оружия.

– Предупредите магов, – Проговорил в свою очередь Фулдур, глядя прямо на Иналию. Взгляд этот показался Мариэль странным. Полным… беспокойства, наверное. К таким эмоциям на бледном лице Фулдура, Мариэль еще не привыкла. – Пусть будут готовы к сильным ментальным противникам.

– Мои маги готовы ко всему. – Твердо заявила Иналия, словно его предупреждение могло ее оскорбить. Однако наперекор своему тону, эльфийка одарила Фулдура мимолетной мягкой улыбкой.

– Прекрасно. – Сказала Мариэль. – Пусть все маги будут начеку, даже после проведения проверок. Хайпотриты способны обратиться не только в наших воинов, но и животных или насекомых. Пока не наступила весна и мы не начали видеть шпионов в любой пролетевшей мимо букашке, нужно нанести сокрушительный удар. – Мариэль обошла карту и коснулась указкой трех точек, которыми были отмечены Тередон, Эсфир и Остром. – Здесь, здесь и здесь мы возведем дальнобойные баллисты, что будут метать зачарованные снаряды. Мастера Ордена пусть займутся разработкой формул снарядов.