Игра Света Лицо Истины

Глава 13. Камень и корона

Спор шел уже третий день. Представители гильдии камнерезов и торгового союза ругались из-за прав на слюдяные жилы в восточных пещерах Белых гор. Дэйелис слушала их речи, в которых звенели угрозы и обвинения, однако сама пока не произнесла ни слова. Арагнаст учил ее: “Пусть гнев взыскающих изольется до последней капли. И лишь когда он обретет тень усталости – молви свое слово”. Казалось это было целую вечность назад. Тогда Дэйли и подумать не могла, что мудрость дедушки пригодится ей столь скоро.

Один из представителей гильдий – старый гном с пепельной бородой, что дрожала при каждом выкрике – стукнул кулаком по столу так, что тот чуть сдвинулся с места. Дэйли не вздрогнула. Она тихонько перешептывалась с Косваром – бывшим советником короля Дугласа. Она сама избрала его ближайшим советником, ведь он единственный во всем этом городе не смотрел на нее, как на чужую. И кажется был рад вернуться к прежней службе. Пусть не при короле, а при наместнице, да к тому же эльфийке, но он действительно любил свое дело.

Когда наконец крики стали затихать и в воздухе повисла тяжелая натянутая тишина, Дэйелис медленно встала. Она обвела взглядом всех присутствующих и ровным тоном произнесла:

– Насколько мне известно, обсуждаемые нами слюдяные жилы находятся вблизи владений лорда Стеймонда из клана Чанкрот… – Она не успела договорить, ее перебил тот самый седой гном:

– Да, однако эти жили не на его землях.

– С этих пор - на его. – Твердо заявила принцесса-наместница. – Клан Чанкрот верно служит короне и сам лорд Стеймонд сейчас сражается в королевской армии. Преданность всегда награждается. Отныне слюдяные жилы принадлежат его семье. Добывать и промышлять слюдой из западных пещер имеют право только его клан или люди, нанятые им. И лишь в воле лорда Стеймонда – распоряжаться этим правом. Это решение окончательное.

Дэйелис подписала грамоту, только что составленную советником Косваром и показала присутствующим. Естественно собравшиеся остались недовольны таким решением. Теперь, если кто-то из них продолжит желать эти слюдяные жилы, им придется либо наниматься клану Чанкрот, либо выкупать у них право на владение, если лорд захочет их продать.

Разочарованные просители ушли, бросив пару не учтивых фраз в сторону Дэйелис. Она никак не отреагировала на их грубость. Пусть себе злятся сколько им угодно.

– Вы правильно поступили, принцесса. – Проговорил Косвар, когда зал приемов опустел. – Но представители гильдий горды и злопамятны. А лорд Стеймонд – первый, кто отдал голос за вашу мать на выборах. Они могут решить, что тогда вы сговорились, а теперь платите по счетам…

– Пусть думают что хотят. Если бы они воистину были хорошими торговцами, то договорились бы с выгодой для обеих сторон без моего вмешательства. Я не хотела отдавать эти пещеры скандальным бабкам с базара и отдала их тому, кто действительно того заслуживает.

– Как бы не обернулось все худо… – Покачал головой Косвар.

– Есть еще просители на сегодня? – Спросила Дэйелис вместо ответа.

– На сегодня больше никого.

Дэйли облегченно вздохнула. Впервые за все время, с момента ее прибытия в Малат, у нее появилось свободное время. Когда она приехала, братья регента Бивиса переложили на нее почти все дела, кроме самых мелких. Хоть приняли они наместницу с широкими улыбками, Дэйелис сразу поняла, что ей они были не рады, как и большинство жителей города. И после приезда Дэйелис больше не пересекалась с сыновьями покойного гномьего короля. Не то чтобы ей от этого было плохо… Однако в цитадели из серого камня она себя чувствовала крайне одиноко и подавленно. А тут еще и хозяева совершенно не гостеприимно исчезли из поля зрения.

– Ты теперь здесь хозяйка, вот и хозяйничай. – Говорил ей Агнар. – Не нравятся серые стены – завесь гобеленами. Пусто и тихо – пригласи музыкантов.

– Мне не до того. – Отвечала Дэйли. Но теперь и правда задумалась музыкантах. Во дворце короля Арагнаста всегда играла музыка, не смолкая. И дома мама часто играла. Раньше Дэйли думала, что равнодушна к музыке, а теперь ей сильно ее не хватало в пустых серых залах. Без нее было одиноко… И даже Агнар и Златоэорис, прибывшие в Малат вместе с ней, не могли заглушить это чувство одиночества. Златоэорис, исполняя наставление королевы Мариэль, всюду ходил за Дэйелис, как личный телохранитель. Но бывало, что он исчезал куда-то, не объясняя причин. Агнар тоже часто выходил в город разведывать обстановку. От него Дэйли и узнала настроение горожан. Слишком молода – говорили одни, что женщина может понимать? – говорили другие, эльфийке под Золотой Горой долго не усидеть – говорили третьи. Были и те, кто беприкословно принял назначение Дэйелис, такие как Косвар и четверо охранников-гномов, что сами вызвались служить ей. А еще были принц Сэльвион и госпожа Лисса, чьи намерения она распознать не могла. Они также приехали вместе с ней из военного лагеря. Лисса должна была отправиться вскоре в Дэградар, однако ее отдых в Малате затянулся. А Сэльвион с самого начала выразил свое желание остаться под Золотой Горой, что бы понаблюдать, как он выразился, за тем, как станет править Дэйелис. Поначалу ей не нравилась такая перспектива. Но принц оказался довольно деликатен и советы его не раз уже ей помогли. Мариэль предостерегала, что бы Дэйелис не доверяла принцу.

– Принимай его советы, но не давай ему власть в руки. Все решения принимай сама. – Говорила она.

Но принц не участвовал в советах, не приходил на слушания и советы давал лишь когда Дэйли сама о том просила.

Странно, думала она, от чего родители и Иналия так настороженно к нему относятся, ведь Сэльвион совсем не похож на плохого эльфа.

Мысль оборвалась сама собой, когда она заметила, что давно сидит, не шелохнувшись. Тишина за окнами напоминала о времени – уже перевалило за полдень. Дэйли поднялась с кресла, расправила плечи.

Стук каблуков о мраморный пол разносился эхом по коридорам дворца. Дэйли не понимала, в какой момент она сочла такую обувь подходящей. Но теперь, если ей не нужно было выходить из дворца, она носила лишь ее.