Игра Света Лицо Истины

Глава 15 Долг и чувства

Солнечные лучи пробивались сквозь высокие окна учебного зала, ложась на свитки и книги, разложенные по столу. Воздух был наполнен терпким запахом чернил и свежего пергамента. Где-то за окном щебетали птицы. Маргинг жил своей неспешной столичной жизнью.

Ханзиль – высокий, сухоплечий эльф с длинными седыми волосами, туго перевязанными лентой на затылке, – неспешно расхаживал по залу, пока Дэйелис выполняла задание. Были слышны только шаги учителя да поскрипывание пера ученицы. Как вдруг дверь с грохотом распахнулась, и в зал ввалились два запыхавшихся эльфа.

– А вот и наши юные дарования. Вы опоздали, – хрипло проговорил учитель.

Дэйли подняла взгляд от пергаментов, изучая мучающихся одышкой незнакомцев. Первый юноша – высокий, плечистый, с черными, как вороново крыло, волосами, мягко падавшими на лоб. Его глаза сверкали холодным голубым светом – ясные, внимательные и серьёзные, в контраст улыбке, застывшей на губах.

Второй – ниже ростом, с золотыми кудрями и лицом, усыпанным веснушками. Янтарные глаза лучились по-детски искренним весельем.

– Ваше высочество, – обратился Ханзиль к Дэйелис. – Позвольте представить ваших новых саратников по обучению. Это Агнар и Игеред.

– Ваше высочество? – удивленно вскинул бровь кудрявый эльф и растянул губы в широкой улыбке. Другой тут же толкнул его локтем под ребра, но он лишь отмахнулся. – Учитель, вы не говорили, что мы будем учиться с самой очаровательной на свете принцессой.

– Оставь лесть и пустые разговоры, Игеред. Вам предстоит познать не только науки, магию и владение оружием, но и манеры. Принцесса Дэйелис будет вашим наставником в этом.

– Манеры? – переспросил Игеред, изобразив святое изумление. – Но, милагум, я и так могу поклониться кому угодно, особенно если у этого «кого угодно» такие глаза, как у принцессы.

– А вот умение держать язык за зубами тебе явно стоит подтянуть, – заметил Агнар.

– Очень смешно, – протянул Игеред, закатив глаза. – Зато я умею говорить красиво, в отличие от тех, кто думает, что улыбка – уже вершина обаяния.

– Если бы обаяние измерялось словами, ты бы стал чемпионом пустословов, – невозмутимо заметил Ханзиль. – А теперь – тишина! Займите свои места. – Он обернулся к принцессе, улыбнувшись словно извиняясь. – Поверьте, эти двое хоть и кажутся безнадежными, но когда-нибудь станут вашими верными спутниками на пути знаний.

– И верными друзьями, – подмигнул Игеред, устраиваясь за письменным столом напротив неё. Агнар кивнул, улыбнувшись принцессе, словно подтверждая его слова. Однако от Дэйелис не укрылось, как он незаметно пнул друга под столом.

***

Дэйелис лишь на миг остановилась у запертых дверей темницы. Глубоко вдохнув, она кивнула страже, чтобы те впустили её к нему.

Агнар стоял посреди камеры, вся его поза излучала стойкость и уверенность, но Дэйелис сразу заметила, что в глазах плескалась скрытая боль. Не за свои действия, а за то, что она узнала обо всём именно так, внезапно и без подготовки.

Камера была чистой. Постель заправлена теплым одеялом, соломенная подушка свежая, в углу – грубой работы каменный умывальник с постоянно бьющей водой. Дэйли отметила, что условия здесь – под самой крышей тюремной башни – лучше, чем в нижних камерах, почти уютные для темницы.

– Оставьте нас, – сказала она, и все, кроме Златоэориса, скрылись. Но его колебание исчезло под строгим взглядом принцессы.

Оставшись с Агнаром наедине, Дэйелис сбросила каменную маску равнодушия. Сердце билось тревожно.

Агнар молчал, выжидая, словно подбирая слова. Камзол его был потрепан, но очищен, раны перевязаны лоскутами рубахи. Ошейник блокировал магию, он не мог исцелить себя иначе.

– Я не хочу верить словам Лиссы… – начала Дэйелис, чувствуя, как внутри всё сжимается. – Но почему ты ведёшь себя так, будто всё это правда? Неужели это ты убил того купца?

– Да. – Агнар ответил твердо, не отводя глаз. Он знал: если соврёт, она почувствует обман. Из их троицы она лучше всех владела лутс энемором ротсмар.

Дэйелис ощутила ледяной ком в груди. Все её надежды на ошибку, шутку или клевету рухнули. Разочарование и страх слились в один поток.

– Но зачем?

– Это моя миссия. Мой долг. – Его голос оставался ровным, но в уголках глаз застыла тревога.

– Хватит загадок! – вспылила Дэйли. – Я хочу честную, простую правду. Без хитростей.

– Я не могу рассказать тебе всего. – Его взгляд смягчился на мгновение. – Твой долг велит тебе казнить меня. С судом или без – это лишь вопрос времени.

– Мой долг – выяснить всё, прежде чем выносить приговор. И ты ответишь на все вопросы.

– Даже если ответы разрушат твою картину мира?

– Чем-то нужно жертвовать ради правды. – Твердо заявила она, но добавила теплее, – Я не смогу помочь тебе, если не буду знать в чем состоит твоя вина.

– Милая Дэйли… – эльф улыбнулся грустно. – Мне ты помочь уже не сможешь. Но во имя нашей дружбы я отвечу на вопросы. Имей в виду: мне будет больно видеть твоё разочарование.

– А это будет твоей жертвой, – сказала она, сжимая руки в кулаки. Гнев и боль слились с ужасом: как он мог так спокойно говорить о собственной казни? Почему даже не верит в шанс на спасение? – Такие убийства совершаешь не только ты. Вас целая организация. Я хочу знать кто вы и каковы ваши мотивы.

– Ты права. – Он смотрел ей в глаза, словно гадая, сколько же правды она выдержит. – Наш Орден Стражей Справедливости служит одной цели: мы караем тех, кто не уважает и вредит другим расам. Кто своим расизмом рушит хрупкий мир Джевелии.

– Кто создал этот Орден? – Дэйли едва верила, тому что слышит. – Короли Джевелии не давали разрешения…

– Нет. Конечно нет. – Усмехнулся, но как-то по-доброму Агнар. – Орден не зависит ни от королей, ни от народа Джевелии. Есть те, кто веками скрывался в тени. Джевельяне приняли их за чудищ, назвав андарами.

– Мальтифады… – задумчиво произнесла Дэйли. – Какое им дело до того, как эльф относится к человеку или гном к дракону?