Игра света Новое имя

Отчаяние

Через пару минут над головой Мариэль, грохоча тяжелыми ботинками, пронеслись наемники Стернадора. Сначала по одному - те, кто вырвался вперед, потом всей гурьбой. Мариэль сидела под корнями дерева, ожидая того прекрасного момента,когда она сможет оттуда выйти. И вот, наконец, когда все, казалось бы, унеслись вдаль и Мариэль приподнялась, чтобы выйти из своего укрытия, прямо над ней раздался голос.

-Ты слышишь?- спросил один другого, борясь с оттышкой.

Мариэль замерла на половине движения и прикрыла рот, чтобы заглушить свое дыхание и заодно, чтобы оттуда случайно не вырвался крик отчаяния.

- Кажется там кто-то есть.

- Я ничего не слышу.-пожал плечами другой человек. Сквозь завесу корней Мариэль видела их силуэты, один искал своими красными глазищами как можно спуститься,другой уперся руками в колени.

- Они уходят!- послышались крики с той стороны, куда только что, вслед за друзьями Мариэль, пронеслась толпа наемников. - Скорей за ними, не упустите их!

Из далека донесся рев ветра, видимо Иналия снова сбила преследователей с ног.

- Ладно, идем.- скомандовал один из тех двоих. И оба помчались вслед за своими соратниками.

Мариэль продолжала сидеть в овраге, решая, как же ей поступить. Кинуться ли в догонку? Помочь ее друзьям, напасть на негодяев сзади, применить какое-нибудь заклинание, чтобы убило разом хотя бы половину? Или последовать наставлению Лаврена и продолжать путь одной?

Если она сейчас помчится в догонку, она может и не догнать их. Но если ее окружат слуги Стернадора, у нее не будет шансов на пободу.

А если она сейчас пойдет дальше одна? Как она пройдет лаберинт без всезнайки Фаолина? А что если на нее нападут? Тогда у неё точно шанса не будет.

Но время ушло и с каждой минутой ее друзья были все дальше. Лаврен, должно быть, рассказал о своей хитроумной, но бесконечно глупой затее, и отряд свернул в сторону от скалы, уводя погоню из леса. Если так, то Мариэль точно не найдет их. Она осталась одна в глухом лесу, да и вообще в мире. Одна, где мало кого знает.

Ей не оставалось ничего,кроме как брести по лесу к скале. Она попросит помощи у драконов и разыщет своих друзей. Да, она так и сделает!

Осторожно и тихо, чтобы, если рядом и есть кто-нибудь, то ее не услышал, она выбралась из своего убежища. И так же тихо, стараясь не наступать на сухие ветки. она шла к скале. Ей все еще казалось, что за ней следят. Голова шла кругом, вокруг все помрачнело, снова споткнувшись о выступающий корень, она повалилась на землю. Из глаз ручьями полились слезы, а из груди вырвались рыдания.

Она умрет здесь, не добравшись даже до лаберинта. Ее растерзают кровожадные деревья и проглотит пасть, вырывающаяся из под почвы.

- Я же говорил, что видел кого-то!- раздался крик позади Мариэль. В испуге она обернулась и, увидев двоих наемников Стернадора, бросилась бежать.

А вдруг это ловушка и их не двое? Вдруг прямо перед ней сейчас выростет целое войско? Мариэль резко свернула в сторону, скатилась по склону оврага, бежла по его дну, пока не увидела удобный подъем с другой стороны. Выбралась наружу и обернулась. Эти двое следовали по пятам. Деревья тянулись к ней зловещими лапами, а корнями ставили подножки.

В отчаянии Мариэль подпрыгнула, положившись на удачу. Оттолкнулась от одной деревянной лапы и зацепилась за другую. Ветвь под ней обломилась и обрушилась на землю с громким треском, а Мариэль подтянулась и крепко встала на ноги, держась одной рукой за ствол дерева, извивающийся под ее рукой и норовящий сбросить ее вниз и затоптать.

Это все галюцинации, внушала себе Мариэль, главное стой на ногах твердо. Ты видела этот лес, он самый обычный! Самый обычный! Зажмурившись сильно-сильно Мариэль резко распахнула глаза. И лес снова стал прежним. Это не надолго, поняла она.

Ее преследователи уже выбрались из оврага и нашли ее. Остановившись прямо под ней, один из них достал арбалет. Первая стрела не достигла цели, Мариэль успела спрятаться за ствол и перепрыгнуть, словно белка, на другую ветку. Вторая стрела тоже не коснулась Мариэль. То ли это Мариэль так ловко уворачивалась, то ли стрелок был совсем не меткий. А Мариэль старалась забраться как можно выше, на верхушку, чтобы глотнуть немного свежего воздуха. И добравшись-таки до верхушки дерева, она повисла на ветви. Сил у нее почти не осталось даже на то, чтобы подтянуться. Стрелы свистели мимо нее. И одна из них точно должна была рано или поздно достигнуть цели.

Но каким-то чудом ни одна так и не задела Мариэль. Скоро стрелы закончились у наемников и они принялись карабкаться по стволу дерева. Но видимо дурман этого леса действовал и на них тоже, так что скоро они свалились, вопя и отбиваясь от мнимых чудовищ.

И Мариэль решила действовать прямо сейчас! Да она одна и выбилась из сил, но она в здравом уме и на ее стороне преимущество. Но не успела она ничего сделать, как ветка, на которой она висела с треском переломилась и Мариэль полетела вниз. Попутно Мариэль задевала другие ветки. Они цеплялись за ее одежду, волосы, царапали кожу. В какой-то момент она ударилась головой о ствол дерева и сознание ее угасло…

Первым, что почувствовала Мариэль была вонь. Вонь крови и нечистот. За ней пришла острая боль в голове и груди. Кажется у нее было сломано ребро… или ключица… или несколько ребер и ключица. И пара пальцев… определенно.

Мариэль встала, пошатываясь. Голова кружилась и ее сильно тошнило. Как бы она не старалась держать себя в руках, ее все же вырвало. И ко всей гамме запахов и чувств прибавился еще и вкус желчи на языке.

Придя в себя, Мариэль огляделась: Прямо рядом с местом, где она только что лежала, к земле был пригвожден огромным бревном труп арбалетчика. Ветка, на которой висела Мариэль пронзила насквозь тело наемника. На его лице застыла гримасса ужаса. Все вокруг было залито его кровью, а штаны его были испачканы кое-чем иным.

Второй лежал рядом, придавленный другой тяжелой ветвью. Возможно ее Мариэль отломила уже налету. Лишь обойдя его с другой стороны, Мариэль поняла, что наемника не просто придавило. Его разрубило пополам. Ноги его торчали по другую сторону толстой ветви вместе с кишками и другими органами. А из середины располовиненного тела белым осколком торчал позвоночник.