Игра света Новое имя

Полеты во сне и наяву

Следующую неделю Мариэль с приятелями провели в Маргинге, набираясь сил перед новым путешествием. После месяца непрерывной дороги, обедов на земле и сна под небом их ждала целая неделя трапез за столом, горячих ванн, мягких кроватей с теплым одеялом и под крышей, да и вообще всех удобств, которых они были лишены в походе.

Мариэль было уже не так одиноко и скучно в просторных залах. Теперь ей всегда было с кем поговорить. Они гуляли все вместе почти каждый день, когда освобождались от дел. И Илон всюду ходил за ней безмолвным стражем. Мариэль было неловко в его присутствии. Он никогда не участвовал в беседах, как и полагается стражникам в конце концов, а если и говорил что-то, то только когда его об этом просили. И то отвечал он односложно и по делу. Но Мариэль все равно не могла быть полностью спокойна, зная, что он слышит и видит все, что она делает и говорит. Да он помогал ей, пока отряд ее не вернулся в Маргинг. Но и тогда он был отрешенным и соблюдал жесткую субординацию. Может она просто не привыкла к тому, что рядом с ней постоянно кто-то находится и при этом он ей не близкий друг, не мама и не кот…

Без тренировок, конечно, Мариэль не оставили. Она все так же ходила на ристалище. Чаще одна - вернее в сопровождении Илона, с которым и вступала в поединки - так как остальные были заняты делами, которых требовали их положения при королях. Но иногда кто-то из ее друзей приходили проверить ее успехи и дать ей новые задания. Однажды на ристалище ее нашла Нэрия, в руках у нее был какой-то внушительный сверток. Короли преподнесли ей еще один подарок, сказала она, показывая куртку из толстой вареной кожи, такие же брюки, нагрудную пластину, наколенники, налокотники и латные перчатки из стали, покрытой голубой эмалью. И шлем, тоже голубой с белой лилией в окружении трех золотых звезд. В них Мариэль чувствовала себя неуклюжей, но зато в какой-никакой безопасности. После тренировок в этом снаряжении у нее оставалось гораздо меньше синяков. Зато футболка и штаны под ним промокали от пота до нитки.

После тренировок Мариэль обычно отправлялась в библиотеку, что бы пополнять словарный запас на эльфийском языке, читая свитки и книги. Мариэль делала заметные успехи: она уже могла, хоть и не совсем свободно, говорить на нем. В этом ей также помогали эльфийские принц и принцесса. Заметив ее прогресс, они решили, что пора с ней говорить только на эльфийском, чтобы у нее была практика.

Однажды, гуляя по коридорам замка с Иналией, она наткнулась на совершенно пустой зал с одним только роялем посередине. Мариэль уже недель шесть не играла и, увидев любимый инструмент, она не удержалась и открыла крышку.

- Это намарион.- Проговорила Иналия каким-то мечтательным голосом.- Я никогда не слышала его звучания, но по легендам, оно волшебно…

- Легендам?- Удивилась Мариэль.

- Да. Последней, кто играл на намарионе была Анорсель. В тот день, когда погасло солнце. С тех пор, в память о ней, никто не прикасался к этому инструменту.

- Именно к этому? Или совсем?- Уточнила Мариэль, пораженная тем, что на таком популярном в ее мире инструменте, никто здесь не сыграл для эльфийской принцессы.

- Совсем. Во всех трех королевствах музыканты закрыли крышки намариона. А сейчас и рады бы открыть вновь, но не осталось тех, кто помнит это мастерство.

Глупость какая, решила Мариэль. Клавиши тут ничем не отличались от привычных ей. И струны вроде натянуты как надо. Три педали для ног, как полагается. Вот ничем не отличается от того, что стоял в кабинете ее музыкальной школы.

- Я умею на нем играть.- Сказав это, Мариэль заметила целую гамму эмоций в глазах эльфийки, что случалось ну очень редко.- Если можно я хотела бы…

- Сыграй пожалуйста!- Радостно воскликнула Иналия.

Мариэль прошлась по клавишам, чтобы определить насколько инструмент расстроен. Все-таки он стоял тут, как предмет мебели, тысячу лет. Удивительно, но каждая нота звучала чисто, как хрустальный звон. Может на нем и не играли, но уж точно ухаживали за ним все это время как надо. И тогда Мариэль заиграла свою любимую мелодию. Красивую и нежную, под стать листопаду за резными арками окон.

На звуки музыки в зале собралось по меньшей мере пол двора. Мариэль засмущалась, когда заметила столь многочисленных зрителей, но доиграла произведение до конца.

После минутной тишины зрители захлопали в ладоши с широкими улыбками на лицах.

-Это было волшебно.- Сквозь слезы прошептала Иналия.

Редко когда эльфийка позволяла своим эмоциям проявиться, поэтому видеть ее плачущей Мариэль было непривычно. А потом Мариэль поняла, что не одна принцесса дала слезам волю. Многие из придворных и гостей замка смотрели на нее мокрыми глазами. Но улыбались.

Это музыка их так растрогала? Или сам факт того, что прозвучал инструмент, молчавший тысячу лет?

Наконец настал день, когда Мариэль со своими спутниками предстояло отправиться в путь. мариэль собрала две сумки - одну с вещами из своего мира, другую - с подарками от жителей этого. Покидать Маргинг не хотелось. Она успела привыкнуть ко дворцу эльфийского короля и полюбить его залы и сады.

Самым сложным оказалось попрощаться с Иналией и Фаолином. Мариэль так привыкла, что они везде ходят вместе, что, обнимая их на последок, уже понимала, как будет скучать.

-Я буду наблюдать за тобой в волшебном зеркале.- Пообещала Иналия.- Будь осторожна, маленький лучик. Остерегайся тех, кто по воле своей обнажает против тебя меч и тех, кто жаждет обнажить тебя против твоей воли.

- Я буду осторожна.- Пообещала в ответ Мариэль.

Эльфийский принц был не столь многословен. Он крепко обнял ее и поцеловал в щеку, от чего она, весьма вероятно, вся залилась румянцем.

-До встречи.- Промолвил Фаолин почти шепотом.

- До встречи.- Эхом отозвалась Мариэль.

Грустно было смотреть на них со спины Кокдерета, когда весь отряд уже закреплял ремни на ногах, а они стояли внизу.

Рядом, верхом на Акдарате сидели Валсидал и Финли. К седлу их были пристегнуты их заплечные мешки и сумки с провизией. Мариэль же делила седло с Лавреном и Кирби. И на седле висели всего четыре сумки: две ее и по одной ее спутников.