Игра в адском раю

глава вторая

  Немного постояв, четверо россиян, неспешным шагом, направились вдоль бульвара что бы посмотреть что происходит в городке где они сейчас находились: как люди реагируют на столь внезапные изменения и вообще, не «ловят ли глюка» лишь они сами, пока остальные пребывают в нормальном, прежнем состоянии.
  Всё было таким же как с начала этого сумасшедшего утра: подростки и дети носились стайками и что высматривая, кричали друг другу: «нашли» или «метим!». Пожилые солидные люди собирались в уютных наливайках на открытых площадках и обсуждали странное новое состояние, что захватило всех жителей города и скорее всего, и многих прочих – вне его.
  Первая паника понемногу улеглась, как и начальные восторги - и сейчас население понемногу  фрагментировалось, что было заметно невооружённым взглядом: кто из подростков гонял тут и там группками и что набирали, но не звонили, в своих смартфонах. Люди “за пятьдесят” понемногу наливались красным вином и воинственно размахивая руками кому то угрожали. Женщины держались ближе к родственникам или спутникам, а одинокие мужчины, от шестнадцати до сорока – стали собираться в какие собственные группы, скорее даже стаи.
  Странный Предел-граница всё ещё стабильно возвышался до самых облаков. Дым близ него, от выгоревших катеров и яхт, с каждой минутой становился меньше. Как и разговоры о том что же там произошло.
--Что с этой грёбанной техникой? - негромко, но чётко, ругнулся прежде флегматичный Максим, яростно тряся обеими руками свой смартфон.
--Чего тебе? - обернулся Артём к другу.
--Эти... Ну, которые – Зрители! - они же нам запросто сообщения передавали: правила и подобную муть об Игре... Помнишь?
--Ага.
--У меня не получается никому дозвониться или отправить СМС, никакие сервисы не работают – просто “кирпич” держу! Но ведь такого не может быть.
--А информационная сетка-консоль в башке, а данные о паспортах “игроков”-людей, а информация о предметах? - Павел был спокоен, хотя и сжимал-разжимал кулаки беспрестанно, пытаясь сбить волнение. - Масик, ты чего? Как по мне: так и во-о-он то, переливчатое, о что разбились катера первых беглецов, тоже – не очень нормально.
--Мда... - пожав плечами признал Макс. - Пока что вообще непонятно что происходит. Гаджеты советую никому не выбрасывать, может их как следует использовать в том что называется Игра, так что...
  Тут же, мимо четвёрки обсуждающих положение дел студентов, с огромными баулами в руках, прошествовали хозяева виллы где они квартировали и их прислуга. Походило на пародию на выход испанского гранда и его свиты на променад по вечерним, после сиесты, улицам Мадрида во времена Сервантеса: пожилая пара, за ними старший из детей и племянники и внуки, за ними четверо служанок.
   Они что постоянно рассказывали друг другу и всем мимо попадающимся на пути знакомым и  махали руками, как крохотные ветряные мельницы.
  Пашка подскочил к хозяевам номеров и наскоро побеседовав, покачав головой понимающе и поцокав сочувственно языком, вернулся к ожидавшим его троице друзей: “Вторая проблема, кроме самой Игры – они утверждают что из-за этого долбанного Предела, прорваться,  к нам или от нас - не может: нет ни барж прибрежных с товарами ни грузовиков из Флоренции или Рима. Подвоз товаров и продуктов лишь из Ливорно и Пизы, немного из Сиенны – они тоже внутри нашего Предела и пока, по старым контрактам, развозят продукты в курортные города на побережье. Но есть опасение что скоро цены взлетят и тогда...”
--Всё проще! - помотав головой пробормотал Артём. - Продразвёрстки особо сильными или вооружёнными группами, которые назовутся “кланами” и тому подобное. Местные правы, нам следует не мешкая запастись какой бутилированной водой, элементарными лекарства и каким сухпаем – хрен его знает как долго продлится Игра и всё что с ней связанное.
--В этом случае шмот прикупить стоит. - пробасил, прежде молчаливый, гигант Егор. Когда все с немым вопросом на  лицах повернулись к нему, спортсмен пояснил. - Если придётся много колесить, на машине или ногах, по локациям Игры – следует обзавестись каким туристическим шмотьём: рюкзаки, перчатки, обувь для скачек по скалам или местным лесам. Что на голову, более менее прочное, ножи какие - для всего.
  Немного поспорили о том стоит ли вложить большую часть денег в экипировку к новой непонятной Игре или же всё-таки надеяться что скоро спасатели и военные разблокируют Предел и всех спасут.
--Предлагаю! - снова начал Пашка. - Девяноста процентов денег что у нас осталось на руках, вложить в экипировку к “чёрт его знает чему”, на случай если реально начнётся какой беспредел и игры в выживание, а вот прочее – оставить на случай успеха с прорывом Предела или того что нас спасут и придётся как выбираться самим из этого дурдома, к ближайшему международному аэропорту.
--Смотрите! Люди, много! - заорал Артём и стал указывать рукой на толпы, внезапно появившиеся в городке и чуть не кидавшиеся на всех встречных.
  Разобрать кто и где был из прибывших, стало совершенно нереально: постоянно высвечивалась рамка консоли с информацией что за люди и каковы у них линии жизни и защиты, но из-за того что прибывших было не менее пяти сотен и они смешались примерно с таким же количеством местных и туристов, что сейчас бесцельно бродили и обсуждали случившееся возле главного пляжа городка -  то получалась просто “паутина”- мешанина.
  Куча скачущих и постоянно сменяющихся значков и цифр, рамки и шкалы что наезжали друг на друга – приходилось постоянно концентрироваться на каком отдельном конкретном человеке что бы хоть что понять, иначе  перед глазами начинался чуть не фейерверк цифр и букв, с лентами ограничительных рамок, шкал параметров и прочего.
--Бред! - замотал головой Макс. - Как в таком винегрете что различить, где свой где чужой?! Я же в подобном “человеческом супе” стану бить куда глаза глядят, пока мне обозначат что мочу соклановца...
--Может своих нельзя будет ранить, типа лишь враги получают урон? - было обрадовался Артём, но тут же сам себя остановил. - Ага, ну вот щас! Неа! Так больше Харда а значит и драйвового веселья, для Зрителей, думаю они и это заранее продумали, что бы было интереснее смотреть за нами.
  Прибывшие толпы, где большинство было у арабов и берберов откровенно нищенского вида -  провоцировали драки и оравами, человек по пятнадцать, накидывались на каких богато одетых людей, крохотные открытые рынки, автомобили припаркованные близ магазинчиков главной улицы города.
  Мимо четвёрки молодых людей пробежала, захлёбывавшая слезами, женщина лет пятидесяти и что бормотала в трубку своего телефона на русском: “Да! В Ливорно мы были – там тоже нельзя уплыть! Да! Мамочка, не знаю – я Вику и Настёну хочу отсюда скорее вытащить!”
  Макс тут же побежал за женщиной, надеясь что у неё работает телефон и он сможет кому и сам позвонить – но вскоре вернулся.
--Что? - выдохнул Егор вопрос что терзал всех.
   Максим покрутил пальцем у виска: “У неё нет вызова, говорит чисто по привычки наших  уличных трынделок – привыкла на автомате и так самоуспокаивается, типа разговаривает со своей семидесятилетней матерью и не так страшно, аналог психоаналитика что всегда с тобой... Но сигналов нет. Просто базарит с собственным неработающим смартом.”
   Прямо возле охраняемой стоянки, где находились пару кремово белых роллс-ройсов и какой серебристый майбах - началась полноценная драка: полсотни арабов ломились мимо поста охраны, били выскочивших пару секьюрити бутылками и ножками стульев, кололи короткими, чуть не перочинными, ножами.
  Наконец они прорвались и с гоготом и воплями стали бить окна машин у водительского места. Тут же раздался звук сигнализации, все машины замигали фарами и стали голосить.
--Вряд ли включат, там же чипы всякие, контроль чуть не через спутник... - начал было Максим, однако две машины, буквально в этот же самый миг, мощно заревели двигателями и поддав газу - их новые владельцы прорвали хлипкую сеть ограждения стоянки и вырвались на простор.
  Простором оказался главный пляж городка. Через секунду оттуда начались раздаваться звуки работающих мощных машин, человеческие крики и вопли ужаса и боли. 
   Люди десятками, как пульсирующая кровь из прорванной вены, начали выбираться со смертельного пляжа и бежать сломя голову куда подальше от места где веселились вовсю отморозки на люксовых авто.
  Павел схватил друзей за футболки и оттащил куда за дома, что бы не стать новой жертвой странных психов автолюбителей.
--Вы поняли, поняли?! - орал друзьям Павел. - Дошло?!
--Что?! - орали ему в ответ Егор, Артём и Максим.
--Всё! Игра будет явно с беспределом, правил как таковых не будет, лишь общее выживание, вроде того случая с Алькатрасом, я вам на катере о нём говорил: на полицию я бы уже не надеялся, местным карабинерам не до нас... Эти, арабы и прочие – они уже сгруппировались! Думаю что скоро появятся  различные их кланы. Нам, самим, даже вчетвером – будет тяжело. Предлагаю искать русскоязычных из бывшего Союза и предлагать срочно создать собственный клан. Или вступить в подобный, если кто авторитетный его ранее создаст. Реально, против оравы в полторы сотни рыл беженцев-берберов – в одиночку, без пулемёта, не пробиться! Нам нужен коллектив! И как можно скорее! Я тут ранее приметил несколько вилл, на городской холмистой окраине, там постоянно кто веселится на русском – точно наши люди! Скорее всего, правда, из блатных, но может у них есть какие спрятанные стволы – так что даже и неплохо, в новых условиях. Думаю мы с Артёмом, он вполне за моего телохранителя сойдёт, ломанёмся к ним и предложим понемногу сгруппироваться. Типа у нас уже есть “бригада”, подтягивайтесь и вы. Дело срочное, с такими темпами здесь скоро поездки на машинах по людям - станут нормой!
  В подтверждении слов Павла, роллс и майбах выскочили на огромной скорости с ухоженной территории пляжа и стали беспорядочно катать близ парка у кафешек и главной прибрежной улицы -  разметая летние площадки и многочисленных замешкавшихся людей, кто не понял что пора в укрытие.
  Тут же во внутренних консолях друзей, пошла, сплошной лентой, информация: такие то игроки уничтожены и выбыли из Игры. Бесконечный поток из имён и кодировки паспортов.
   Просто игровая статистика, которую россияне видели своими глазами: в гримасах ужаса и боли на лицах людей  раздавленных майбахом, за столами на открытой площадке где авто накрыло своей атакой четверых стариков итальянцев и двух женщин, матери лет сорока пяти и её двадцатилетней дочери, которые, держась друг за друга руками, пытались убежать в сторону центра города но не успели.
--Уроды сука, ну уроды! - заорал Егор и пока остальные соображали что он делает, спортсмен схватил выбитую беспорядочной ездой огромную плитку у кафе, весом килограмма на четыре и  с короткого замаха запустил в разбитое окно машины, правда со стороны пассажира у водителя, внутрь мимо проезжавшего серебристого майбаха, что делал уже третий круг по разгромленной площади близ пляжа.
  Голова араба-пассажира моментально исчезла в салоне промчавшегося автомобиля и что дальше там происходило уже не было видно: лишь три планки, две красных людских, игроков и одна синяя, как понял Артём так обозначали технику – уменьшились буквально всего на пару крохотных делений.
  Повсюду в панике носились оставшиеся в кафешках и разбегающиеся куда глаза глядят люди. Их данные, сплошной чуть видимой паутиной кракозяброй, высвечивались на внутренней консоли четвёрки друзей.
  Метание плитки Егором не прошло даром: водителя майбаха скорее всего задело или он испугался криков своего раненного пассажира, но машина резко вильнула, на почти совершенно опустевшей дороге и врезалась в припаркованные дюжину авто.
  Роллс ещё продолжал резвиться, но уже выехав куда далее, в сторону северной дороги на Пизу. Теперь именно там громко кричали, стонали, оттуда выбегали десятками перепуганные люди.
  К майбаху после его остановки подскочили десять молодых мужчин, возрастом от двадцати до тридцати пяти лет и вытащили визжащего и брыкающего араба пассажира с окровавленной головой  и второго, с заднего сидения: на глазах у них эти люди вытащили окровавленное тело водителя-отморозка и тут же, что-то громко гогоча и коротко выкрикивая, словно бы лая, какие лозунги – сломали руки и ноги уже покалеченному мерзавцу арматурой,  а потом, на глазах у опешивших зрителей, провели показательную казнь.
  Всех кто был найден в майбахе уложили головами на бордюр дороги, как прежде готовили преступников на плахе к отсечению головы и разбили им головы ударами плиткой, что те стали похожи на пробитые арбузы на рынке. Много красной влаги, странная мякоть и сломанная твёрдая плоть, примятая внутрь.
  Высвечивались надписи: победителями отморозков на майбахе оказались то ли немцы, то ли скандинавы – Гунар и Ганс, Людвиг и Юлих, ещё несколько. Заводилами группы была именно эта четвёрка.
--Отлично! - матерился себе под нос Павел. - Здесь уже с самого начала Игры не только отморозки творят что хотят, но и самосуды Линча начали практиковать, а ведь мы ещё и первых суток Игры не прожили. Ну-просто-отлично...
  Тут же началось новое шоу: за тропическими деревьями, у окраины города, появилась кракозябра сообщений и вслед им начали вышагивать первые бойцы, около трёх десятков – в коротких шортах, с бритыми головами и какими молотками или топорами в руках. Все явно, несмотря на загар, были европейцами.
  После первых разговоров с теми кто провёл самосуд над отморозками из майбаха – они разделились на тройки и начали охотиться на арабов-пехотинцев, что не обзавелись работающей техникой и сейчас постоянно творили беззаконие: убивая, грабя или насилуя, группами, где по кустам в парках или небольшим улочкам города.
  Новые сообщения о том что уничтожены те или иные  игроки поступали постоянно, словно бы новостийная лента кошмара онлайн. 
   Как понял первым Максим, сообщения выдавались лишь в случае прямого визуального контакта хоть на мгновения с  полем боя, победителем и жертвой – даже если геймер случайно смотрел на куст в котором в этот момент приканчивал бородатый алжирец старика итальянца, для тех кто туда ненароком глядел – поступало сообщение.
  Сперва новоприбывшие в шортах многих арабов и берберов выгнали из кущ и стали гнать вдоль домов. 
    Потом оказалось что беглецов из Северной Африки уже около сотни и они, развернувшись, с ножами и “розочками” бутылок в руках – помчались, с воплями, на своих преследователей.
   Случилась короткая и яростная массовая драка. По тут прибежали итальянцы или кто подобные, хотя такие же загорелые как арабы - и стали последних бить руками и ногами, резать огромными кухонными ножами.
  Налётчики, так лихо ворвавшиеся в курортный городок ордой победителей всего полчаса назад – теперь сбегали со всех ног куда могли: кому перерезали горло выкидными ножами, стреножив на асфальте дороги, кого сперва останавливали брошенной в спину или голову кувалдой и забивали, руками и ногами, на земле. Иных, на ремнях брюк, вешали на фонарных столбах как гигантские человеческие гроздья.
  Раздался звук полицейской сирены и прибыл патрульный “фиат” с парой карабинеров внутри.
--Наконец то! - выдохнули россияне, немного шокированные всем увиденным за последние три десятка минут. - Ох и тупят местные полицаи, могли бы и шустрее и вообще, где они лазят?! В городе массовое ЧП, а они...
  Орава победителей европейцев, начав оскорблять сперва словами, а потом и брошенными в машину бутылками прибывших карбинеров – внезапно, по крику-приказу некоего Гунара, как прочёл Артём, шведского гражданина – набежали на авто полиции со всех сторон и разбив окна стали вытаскивать из него карабинеров, саму машину раскачали и перевернули на крышу, что бы беглецы не могли уехать на ней прочь.
--Да они стволы забрать себе хотят! - первым сообразил, более развитый в уличных потасовках, Егор. - Ну что за муть! Они что, народные дружины с волынами решали тут организовать? Нахрена такое делать? Что отморозков остановили – молодцы, но зачем местную полицию пинать, не пойму...
--Кланы потихоньку вооружаются, перед общей драчкой между собой! - коротко бросил Павел и стал оглядываться. - Всё! Будем откровенны: на территории за Пределом властей больше нет: ни администрации, ни полиции - теперь есть только кланы и они желают вооружиться огнестрелом. И кто первым его получит, в достаточном количестве, тот и... Что то да начнёт! Короче: надо скупать или просто брать -  да, и так тоже, амуницию и сухпай, обзаводиться какими тесаками и искать способ получить что из “хлопушек”, иначе нас, к чертям собачьим, тут разорвут. Налёт цивилизации так неглубок у двуногих животных, что оторопь берёт...
  Толпа бесновалась и творила самосуд над недвижимыми телами полицейских. Вскоре машина карабинеров заполыхала и вокруг неё танцевал “дикие танцы” полуголый швед Гунар, размахивая головой патлатого полицейского, пассажира авто и мачете с крюком на полотне, с помощью которого он и отделил голову своей жертвы от тела.
--Орут о том что стоит ставить баррикады у полицейских участков, а самих полицейских -  загонять, как животных. - перевёл крики толпы, на английском, Пашка. - Похоже нам следует данным ребятам пока что на глаза не появляться – они явно раньше нас организовались во что серьёзное и... Совершенно отмороженное! На всю голову. Сейчас ищем что толковое раздобыть и, как мне кажется, стоит готовиться к скорому рывку прочь из города – мы явно лишние на этом празднике непослушания и смерти, надеюсь все помнят “Повелителя Мух”? Зайдём, к тем  из русских, кого я видел на виллах на холмах – может с ними договоримся о создании клана, в противовес этим линчевателям всех кто в руки попадётся.
--Где что? - спросил Артём, толкая в бок Максима, когда они поочерёдно выдвигались “гусеницей” вслед Павлу, ставшему временным лидером странного отряда.
--То есть? - не понял друга Масик.
--Если началась какая Игра и у нас в головах подобная сетчатая муть с информацией “играет”, может  дадут и нам: какие уровни, опыт, куда очки вкладывать или по достижению определённого уровня, в обмен на полученный опыт, что ценное приобретать. Смысл в Игре и этих постоянно всплывающих подсказках о шкалах данных, если пока ничего нет?
  Максим резко притормозил и внимательно уставился на Артёма, потом задумчиво покачал головой и пробормотав что то вроде: “Кх...хмм” - лишь затряс головой, так и не дав никакого ответа на вопрос. Пока что складывалось ощущение каких половинчатых решений от Зрителей: изменения уже произошли, но они не казались конечными – словно бы правила ещё на подходе и их, после мануала первых дней, с массовыми убийствами и самосудами, представят позже – тем из выживших “игроков” кто сможет за себя постоять.
  Пока отходили узкими средневековыми улочками к вилле где проживали, в городке постоянно что-то взрывалось и была слышна короткая пальба из пистолетов и карабинов, впрочем, быстро прекращающаяся.
  Улочками убегали женщины: с грязными, в песке или пыли, зарёванными лицами, потёкшими тенями и в разорванной одеждой. 
   Кто из них прикрывал расцарапанную голую грудь, иные, уже дрожавшие крупной дрожью нервического припадка, старались скрыть синяки, чуть не на половину площади стройных ног -  словно бы их били палками или пинали ногами несколько минут.
--Э-э-э! - внезапно остановился здоровяк Егор и указал на крохотную женщину лет сорока пяти, худощавую и миниатюрную крашенную брюнетку со стрижкой каре.
   У всех пробегавших мимо людей шкала жизни обыкновенно всегда была полной или почти полной, а вот у этой – она уже мигала и совершенно не было видно что заполнена она или осталась последняя полоска, что, как песок в часах – на исходе. Просто мерцающая сердечным частым пульсом пустая полоса.
  Вчетвером бросились на помощь Егору, успевшему осторожно поднять на руки женщину присевшую в обмороке к стене дома и Пашка попытался было что спросить, но увидев что руки друга уже чуть не по локоть в крови несчастной – Павел лишь быстро скомандовал прочим: “К нам! Попросим у хозяев вызвать врачей и пока как перевязать...”
  Добрались через минуту до виллы где снимали номера. Во дворике шумно общались владельцы крохотного пансионата и их работники, постоянно жестикулировали и показывали в сторону моря, видимо на Предел.
  Увидев постояльцев - бросились к ним и практически сразу, заметив раненную на руках Егора – с говорливой суетой помогли отнести её в свободную комнату.
    Тут же хозяйка и одна из молоденьких сотрудниц стали греть воду, а глава фамилии послал племянника привести знакомого врача.
--Где скорая, чего не вызывают? - орал Артём Павлу, тот старался как объясниться с итальянцами.
--Кого и чем? - развёл руки Павел, удивляясь заторможенности друга – Телефоны в отрубе, раненных и убитых уже десятки, если не сотни и это лишь тут, а ведь города ест и поболее нашего....
--А--а-аа-! - швахнул, ладонью руки по столу, Максим. - Давайте не мешать хозяевам, они что придумают – лучше скорее соберём какие необходимые к отходу вещи, на всякий случай и определимся что нам делать: здесь сидеть, как на базе или всё же начать обход кого из бывшего Союза, на предмет срочного создания клана. Арабы и германцы, как мне кажется по сегодняшним стычкам – уже подобное начали создавать.
--Да! - встрепенулся Паша. - Всё! Вещи в спортивные торбы, адидасовские, у нас у всех есть такие – кидаем документы и деньги, что удобного, спортивного, из одежды и обуви. Артём, попроси каких лекарств, что не жалко, у наших хозяев – а Егорыч пускай тесаки и молотки у них выпросит, на случай встречи с отмороженными лихачами на чужих авто.
--Поможет ли? - засомневался Максим.
--Лучше хоть что, чем с голыми руками.
  Друзья договорились что разделятся на пары: Паштет и Тёма пойдут в сторону вилл на холме, на окраине городка, где Пашка слышал постоянно русскую речь и станут предлагать объединиться с местными обитателями из числа выходцев из СССР. Максим и Егор останутся охранять их базу и быть готовыми, в случае чего, на скорый рывок - так как был шанс что с кем из обладателей роскошных вилл удастся договориться и тогда проще быть с ними в отряде, чем ждать очередных, на этот раз“ночных”, приключений в городе, почуявших кровь банд.
  Зашла зарёванная хозяйка и сообщила что женщина, что принёс на руках Егор – скончалась. Всё. Не дышит.
  Четвёрка, толкая друг друга в дверных проёмах, помчала в сторону комнаты где уложили раненную. Девушки вокруг ложа тихо плакали, как и подростки родственники хозяев.
  Шкала жизни у лежащей на кровати женщины совершенно отсутствовала. Она не пульсировала и не отражалась цветом, как у прочих присутствующих. 
   Артём и Егор было сунулись щупать пульс и делать какой массаж, но скоро поняли что всё бесполезно – женщина была совершенно мертва.
  Странно. Но смерть совершенно им незнакомой женщины, которую они всего несколько минут назад подобрали на улице и принесли на виллу что бы помочь – в плане эмоций давила не меньше самосудов на улице или диких развлечений наркоманов арабов, при наезде машинами на отдыхающих пляжников. Одна смерть, пускай и незнакомого человека – тоже может быть трагедией.
  Свои торбы переговорщики оставили на друзей, а сами, налегке, отправились в сторону зелёных холмов с декоративными парками и садами, высоченными многолетними соснами и туями, кирпично-красными крышами песочных, персиковых, белостенных домов.
  Зашли молча на условную улицу что делила два холма на ровные половины, с чередой вилл на каждом из них.
--Вот здесь! - указал Павел другу на виллу, квадратов в четыреста размерами и пару строений поменьше, перед воротами  не доходя основного здания.
  Внутри обширного заасфальтированного двора стояла пара  меринов”кубиков” –  не новых, но отлично вымытых и блестевших матовой чернью достатка. 
   Совершенно очевидным было что в гаражах скрывались “иноходцы” по мощнее и дороже, чем те, что оставили пылиться под чистым небом.
  Звонок у ворот выдал пару еле слышных трелей в здании близ ограды и тут же раздался голос из динамика: “Кто? К кому?!”
--Гы! - скорее нервно заржал Тёма. - Свои! Впустите...
--Мы хотим поговорить о начале Игры и чем можем быть полезными друг другу. Нам нужны владельцы виллы! - перехватил инициативу Павел и ткнул кулаком в бок Артёму, что бы тот меньше тупил.
--Э-э-э. - начали беседу невидимые собеседники, точь в точь как Егор, когда не сразу ориентировался в ситуации. - Вы типа как эти, “Сторожевая башня” и прочие, пришли литературу нам втюхать?
--Нет! - разозлился Пашка. - Вы что, не видите что в городе творится? - там уже бойня вовсю идёт между арабами и туристами из Скандинавии и Германии. У вас что, нет консоли в “башнях” с сегодняшнего утра, вам сообщения об Игре не поступали?
  Через долгую минуту, когда друзья решили снова сигнал вызова нажать – появилась пара из ларца, точнее помещения где, как можно было догадаться, располагалась охрана поместья: два очень похожих, гладко выбритых с бритыми же головами, типочка – совершено стандартные подкачанные “толстолобики” на содержании не очень богатого олигарха, скорее городского чем областного.
   Павла и Артёма впустили, проверили на входе металлоискателем и  обыскали. Предупредили: что если чо не так – то сразу в башню прилетит, также как и если что спи... онерят.
  Провели по странному парку в стиле лабиринта, мимо пары декоративных озерец размерами не более бассейна к - беседкам вокруг огромного открытого настоящего бассейна, где сейчас вовсю шло веселье.
   На диванах, с трубками кальянов в зубах, возлежала пара каких мужичков “за пятьдесят”, с животиками и сломанными носами – оба. 
   У бассейна веселились пятеро девчушек-моделек, все топлесс: они приседали и что громко верещали, соблазнительно ходили по краю бассейна и приглашали “своих папулек” с ними немного поплавать.
--Короче, пацанята! - прокуренным голосом начал лысый, из двух “папулек”, что лежали на диване у кальяна. - Чо там у вас? Мои, на стрёме, сообщили что вы можете объяснить что за чепушилка с этой Игрой и что нам делать? Сетка в глазах реально задолбала, как от неё избавиться – капли какие есть?
   Далее был цирк: Паша и Артём из кожи вон лезли рассказывая о бойне в городе и что им напоминает внутренняя консоль. Папики интересовались как это отключить и нах пришли пацанята к ним, если ничего толком не знают.
--Ну, клан с вами вместе организуем – отряд станет больше! Нас не решатся тронуть! - наконец объяснился Павел.
--Вас! - тут же оборвал второй из папиков, что до этого молча слушал. - На нас и так никто не рыпнется, ответка будет жесточайшая – под асфальт закатаем!
--Вы не понимаете... - запротестовал Пашка. - Там уже давно беспредел начался, то что было вчера, вне Предела – сейчас уже обнулилось. Люди в новых условиях и старые связи и репутация...
--По пятницам не подаю! - отрезал лысый и хлопнув в ладоши - приказал охране выпереть прочь “этих малолетних щеглов”, и пускай радуются что не поджопниками.
  Гыгыкающая охрана вывела, хоть не за шиворот, Пашку и Артёма прочь с территории поместья и закрывая двери калитки, предупредили: “Снова припрётесь - собакам скормим!  Наших боссов мэр городка знает – вас не станут искать, по крайней мере слишком активно!”
--Что за редкие дебилы! - сказал Пашка Артёму, когда они прошли метров пятнадцать ниже поместья откуда их вытурили. - Сказочные долбо...
--Далее виллы обходить будет? Может не все такие расслабленно заторможенные, есть и те кто понимает что ситуация на волоске.
  Павел замахал руками и закричал: “К чёрту! Тёма, смотри – там, за рынком, там где наша вилла с оставшимися Максом и Егорычем – она горит!”
  И действительно: семейный мини пансионат, где друзья снимали номера - сейчас пылал, чуть не со всех сторон объятый пламенем. Пластик дымил бело-жёлтым и чёрным дымами, сухое дерево быстро выгорало красным огнём.
   Вокруг сновали толпы людей но никто не тушил дом и начавшие гореть соседние постройки. Пожарных не было видно и в помине.