Игра в чувства

Глава 1. Марк

Вот он, мой мир. Шумный, тёплый, предсказуемый. Привычный запах уже полюбившего бара и нашей маленькой победы. Сессия позади — мы выжили. А выживать вместе всегда веселее.

Я откинулся на спинку кресла в нашем привычном баре «Цепная реакция», позволив волне общего облегчения накрыть меня с головой. По левую руку, уткнувшись в экран ноутбука даже сейчас, сидел Тёма — мой лучший друг, братан, человек, с которым прошли все не только университетские войны, но и личные. Его мощное плечо было моим тылом последние три года. Сейчас он что-то чертил на салфетке, бормоча про «оптимизацию кода». Я улыбнулся. Гений. Безнадёжный.

По правую — Паша. Спокойный, как глубокая река. Смотрел на всех через стёкла очков с тем внимательным, немного отстранённым выражением, будто уже просчитывал последствия нашего сегодняшнего веселья. Редко говорил, но когда открывал рот — попадал в самую точку. Наша совесть. Иногда раздражающая.

А напротив, играя дорогой зажигалкой Zippo, восседал Костя. Кость. Его ухмылка была такой же неотъемлемой частью наших посиделок, как треснутая столешница. Он поймал мой взгляд и поднял бокал с коньяком.

— Ну, Марк, выдыхай. Экономика не сбежит. Особенно твоя, — он сделал паузу, — а вот твоя личная жизнь, кажется, в глубокой спячке.

Я фыркнул, отпивая пива. Старая пластинка.

— У меня была сессия, мать твою. Не до романтики.

— Романтики? — Костя притворно удивился, обводя взглядом нашу компанию. — Ребята, вы слышите? Он сказал «романтика». У нашего прагматика проснулись высшие чувства. Или просто не с кем было?

Тёма оторвался от салфетки.

— Да оставь ты его, Кость. Не всем же, как тебе, нужен постоянный конвейер по заготовке девочек.

— Не конвейер, — поправил Костя, не сводя с меня глаз. — А просто хоть какое-то движение. А то мы тут уже месяца три слышим только про деривативы и биржевые индексы. Скучно, Марк. Обещаешь нам светские хроники, а поставляешь финансовый отчёт.

Во мне что-то ёкнуло — глупое, мальчишеское. Я ненавидел, когда меня задевают по этой теме. Особенно при всех. Особенно Костя, у которого действительно никогда не было отбоя от поклонниц. Он знал мои слабые места.

— Да какие там хроники, — махнул я рукой, стараясь, чтобы это выглядело презрительно, а не оборонительно. — Современные девушки. Скажешь им, что читал Льва Толстого — они сделают круглые глаза. Спросишь мнение о современном искусстве — начинают мычать про абстракционизм. Скучно, - протягиваю первую гласную.

Паша тихо вздохнул, будто предчувствуя, куда ветер дует. Тёма снова погрузился в свои схемы. А у Кости в глазах вспыхнул тот самый огонёк — охотничий, азартный.

— Скучные, говоришь? — Он медленно поставил бокал. — А вот есть же рядом одна... ну, совсем не скучная. Зверь редкий. Но тебе, дружище, явно не по зубам.

— Кого ты имеешь в виду? — спросил я, хотя внутри уже похолодело. Я знал. Черт возьми, я уже знал.

Костя улыбнулся, как кот, приготовившийся к игре с мышкой. Он обвёл взглядом стол, убедился, что у него есть внимание, и произнёс медленно, смакуя:

— Лику. Нашу местную ледяную королеву. Сестру уважаемого Артёма.

Словно кто-то вылил мне за шиворот ледяной воды. Я почувствовал, как Тёма резко поднял голову. Его лицо стало каменным.

— Костя, — его голос прозвучал тихо, но с такой сталью, что даже я вздрогнул. — Завязывай. Сестру не трожь. Это не тема для шуток.

— Да я и не шучу, — парировал Костя, но его взгляд скользнул с Тёмы на меня. Он почувствовал границу и отступил на шаг, но только чтобы тут же атаковать с другой стороны. — Я просто констатирую факт. Лика умная, красивая, холодная, как айсберг. И, Марк, для тебя — абсолютно непотопляемая. Признай, просто боишься даже подойти.

В этот момент у Тёмы зазвонил телефон. Он взглянул на экран, и его лицо исказилось досадой.

— Блин, это по проекту. Очень важный звонок. Ребят, минуту.

Он встал и пошёл к выходу, к относительной тишине. Его спина, широкая и надежная, скрылась в полумраке у двери.

И будто вместе с ним из-за стола ушёл воздух. Оставшись втроём, мы погрузились в гулкое молчание. Паша смотрел на меня, и в его взгляде я читал ясное предостережение: «Не лезь. Не играй в эту игру». Но глаза Кости говорили обратное. В них горел вызов. И этот вызов был обращён не просто к Марку-студенту. Он был обращён к Марку, каким я должен был быть в этой компании. К «пацану». К тому, кто не отступает.

— Ну что, Марк? — тихо, но чётко произнёс Костя. Его зажигалка щёлкала с нервной регулярностью. — Спорим, не сможешь за месяц затащить её в постель? Это же для тебя, квест уровня «бог».

«Скажи нет, — стучало у меня в висках. — Скажи, что это идиотизм. Что Тёма брат. Что это не шутка».

Но я видел его ухмылку. Слышал его «боишься». И где-то глубоко, в самых подвалах своего самолюбия, я вдруг тоже усомнился. А смогу? Она и правда всегда такая... недоступная. Ходит, будто в коконе из собственных мыслей. Бросить вызов этой недоступности... Было в этом что-то дьявольски заманчивое.

— Ставка? — выдавил я, и мой голос прозвучал хриплее, чем я хотел.

— Пять штук с каждого, — мгновенно ответил Костя. — И громкое признание твоего поражения на всех наших сходках. Или... — он наклонился ко мне через стол, — ты сдаёшься прямо сейчас. Просто скажи: «Кость, я не справлюсь». И мы забудем.