Игра в чувства

Глава 37. Лика

Успех Юлиной выставки был оглушительным.

Три дня подряд мне звонили знакомые, писали в соцсетях, поздравляли. Юля ходила счастливая, строила новые планы, говорила о следующем проекте. Я радовалась за неё — честно, всей душой. И каждый вечер смотрела на цветок, который Марк оставил на подоконнике. Он распустился — маленькие белые цветы, похожие на звёзды.

А потом всё рухнуло.

Я сидела на кухне у Юли, когда она влетела бледная, с трясущимися руками. Телефон валялся на столе, на экране светилось сообщение.

— Лика, — голос её дрожал, — посмотри.

Я взяла телефон. Длинное сообщение от человека, который называл себя «спонсором». Того самого, что помог с деньгами на выставку. Теперь он писал, что помощь была не просто так, что нужен откат. Пятьдесят процентов. Иначе он найдёт способ всё испортить — у него связи, он может поднять документы, выяснить, что часть денег пошла не туда, придраться к каждой мелочи.

— Я не понимаю, — Юля схватилась за голову. — Он же сам предлагал! Сам звонил, сам уговаривал взять деньги. А теперь... Лика, что делать? У меня нет таких сумм. Если он начнёт проверки, меня закроют. Я же ничего не оформляла как надо, думала, это подарок...

Я обняла её, гладила по спине, а в голове стучала одна мысль: это Марк. Это его канал. Он это устроил.

Я знала, что он не мог так поступить. Не после всего. Но кто-то вышел на него? Использовал его имя? Или он сам...

— Я разберусь, — сказала я твёрдо. — Сиди здесь. Никому не пиши.

— Ты куда? — Юля подняла на меня заплаканные глаза.

— К нему.

Я не объясняла, к кому. Юля и так знала.

В общаге тётя Таня молча кивнула. Я поднялась по лестнице, перешагнула скрипучую ступеньку. Постучала.

Дверь открыл Марк.

Он выглядел ещё хуже, чем в прошлый раз. Глаза красные, под ними тени, руки дрожат. Увидел меня — и лицо его исказилось. Не радость, не удивление — страх.

— Ты знаешь, — сказал он тихо. Не спросил — утверждал.

— Знаю, — ответила я. — Юле пришло сообщение.

Он впустил меня, закрыл дверь. Прислонился к ней спиной, будто боялся, что я убегу.

— Это не я, — сказал он. Голос сел. — Клянусь тебе, Лика. Я всё делал через третьих людей. Думал, так безопасно. А один из них... он оказался нечистым на руку. Узнал, откуда деньги, вышел на Юлю. Требует откат.

Я смотрела на него и видела — он не врёт. Слишком много боли в глазах.

— Что ты собираешься делать? — Марк провёл рукой по лицу. Выдохнул.

— Я пойду к нему. Скажу, что я тот самый спонсор. Отдам свои деньги — сколько есть. У меня немного, но хватит, чтобы он отстал. А потом... потом исчезну. Он не узнает про Юлю. Проблема будет только у меня.

Я молчала. В голове крутились мысли, одна страшнее другой.

— Ты понимаешь, что это? — спросила я. — Если ты пойдёшь один, он тебя сожрёт. Ты студент, живёшь в общаге. У тебя нет защиты.

— Знаю, — Марк смотрел мне в глаза. — Но я это начал. Мне и заканчивать.

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри что-то меняется. Тот Марк, который когда-то согласился на дурацкое пари, был другим. Этот — готов был идти под пули ради нас.

— Нет, — сказала я.

Он замер.

— Что?

— Мы пойдём вместе.

— Лика...

— Ты меня слышал. Мы. Ты, я и Тёма.

Марк побледнел ещё сильнее.

— Тёма меня убьёт.

— Тёма разберётся, что делать. Он программист, у него мозги работают иначе. И он мой брат. Он не даст нас в обиду.

Я достала телефон. Набрала Тёму.

— Приезжай в общагу. Срочно. Да, к нему. Да, я знаю, что ты сказал. Просто приезжай.

Через полчаса мы сидели втроём в маленькой комнате Марка. Тёма — на стуле, я на кровати, Марк стоял у окна, вцепившись в подоконник. Рассказывал всё с самого начала: как организовывал выставку, через кого вёл дела, как один из посредников решил нажиться.

Тёма слушал молча. Лицо его было каменным. Только желваки ходили.

— Дурак, — сказал он, когда Марк закончил. — Наивный дурак. Думал, что в этом мире можно делать добро анонимно и никто не узнает?

— Я не думал, — тихо ответил Марк. — Я просто делал.

Тёма встал, прошёлся по комнате. Остановился напротив Марка.

— И что ты предлагаешь?

— Я пойду к нему. Отдам деньги. Скажу, что я спонсор. Пусть со мной разбирается.

— А если он тебя изобьёт? Если потребует ещё? — Марк пожал плечами.

— Тогда отдам ещё. У меня ничего нет, кроме долгов.

Я смотрела на него и чувствовала, как сжимается сердце. Он готов был отдать последнее. За нас. За Юлю. Которую даже не знает по-настоящему.

— Нет, — сказала я. Встала, подошла к ним. — Мы пойдём вместе. Ты заплатишь, но мы будем рядом. Чтобы он видел — у тебя есть защита. Пусть даже это мы.