Игра в чужую жизнь

9

Элизабет

Я так и сидела на ступеньках в полном оцепенении. В этих краях даже ночью стояла духота. Ни малейшего ветерка, лишь воздух стал немного свежее. Дрожь была иного рода. Меня переполняли эмоции. Что, черт возьми, это было?! Нет, я прекрасно понимала, что именно произошло. Но не находила объяснения поведению Эйдана. Почему он просто развернулся и ушел? Хотя… а чего, собственно говоря, я ожидала? Разговора по душам? Горько усмехнувшись, поднялась со ступенек.

Остановилась у крыльца и запрокинула голову вверх. Все здесь чужое для меня. Даже звезды светят как-то иначе и находятся, будто бы, чуточку ближе. Ночью здесь так спокойно. Слышится лишь легкое стрекотание сверчков, и кажется, что природа тоже спит. Внезапно мне захотелось убежать и спрятаться в своей комнате. Лишняя я здесь. В этой тишине. Ведь в моей душе нет спокойствия. Ее вообще нет.

Потому и сбежала из комнаты. В четырех стенах так ярко ощущалось мое одиночество. Так остро. Стоило увидеть маму Эйдана, ее теплое отношение к сыну… это было невыносимо. Не думать, не вспоминать… отпустить, как говорил полковник. Но разве это возможно?

И надо же было такому случиться, что именно Эйдан застал меня в таком состоянии. Я ждала насмешек, очередного долбаного «мисс Морисон», за которое мне уже хотелось ему врезать. Но это его "Спокойной ночи, Элизабет". Это что, такая своеобразная шутка?

Я вернулась в свою комнату и рухнула в постель. Неосознанно дотронулась пальцами до губ, вспоминая его поцелуй. Это было… прекрасно, необыкновенно, так сладко, что мне стало страшно. Я не хотела этих эмоций. Думала, что это так просто: закрыться ото всех и не впускать никого в свою душу. Но на деле все совсем не так. Я не привыкла обманывать саму себя, и потому совершенно точно могу признать, что этот поцелуй взбередил во мне те чувства, которые сейчас совсем неуместны. Но что скрывать, я бы все на свете отдала, чтобы это повторить. Мне не просто понравилось, я наслаждалась этим мгновением. Каждой секундой, каждым прикосновением. Хотела большего… Впервые хотела наплевать на все доводы рассудка и просто отдаться чувствам. А там… будь, что будет.

Видимо, мистера Тайлера такие мысли совсем не посещали. Было жарко, но меня знобило. Я обхватила себя руками, стараясь унять дрожь. Стоило мне вспомнить Тайлера и то, что он делал со мной, как эта самая дрожь возвращалась и переходила в тянущую боль внизу живота. С силой зажмурила глаза. Неужели желание бывает таким сильным? До этого я никогда не чувствовала себя так. И в данный момент ощущала себя маленьким ребенком, перед которым потрясли конфеткой, но тут же спрятали. Черт! Я на самом деле хотела мистера Тайлера. И это очень, очень плохо…

Если от его касаний во мне просыпалось какое-то новое, теплое чувство, схожее с восторгом, то теперь я была зла. По большей степени на себя. Лежу в постели и мечтаю о нем, как последняя идиотка. Окей, это просто моя излишняя впечатлительность. Не более. Я была расстроена, одинока… слабый свет луны… а тут такое участие. Романтика, одним словом. Вот и придумала себе то, чего нет. Ну что же, теперь буду более умной.

***

Проснулась я, как ни странно, рано, хотя и заснула лишь под утро. Спустя двадцать минут спустилась на кухню. Я боялась застать там Тайлера или его мать, еще неизвестно, что было бы хуже. Но, к моему счастью, никого из них за столом не оказалось, лишь бессменный мистер Гибсон сидел с газетой, попивая кофе.

– Лиззи, – тепло улыбнулся он при моем появлении.

Я тоже была искренне рада видеть его. Этот человек стал единственным, с кем мне было спокойно на этом чужом ранчо. Мы просидели с ним еще полчаса, болтая ни о чем. Мистер Гибсон рассказал мне, что сегодня все поедут на родео. Это своего рода традиция.

– Ты же никогда не видела настоящего родео? – спросил он и продолжил после моего кивка, – ну вот и узнаешь, что это такое.

Стоп. Я что, тоже должна идти вместе со всеми? Но ведь меня никто об этом не предупреждал…

– Мистер Тайлер не приглашал меня, – ответила ему.

Мистер Гибсон засмеялся и встал из-за стола.

– Ну, так это и так ясно, Лиззи. – ответил мне, забирая пустую чашку из моих рук, – эх, жаль у меня кости уже не те. Я бы показал тебе мастер-класс.

На этих словах мужчина задорно подмигнул мне и даже, будто бы, помолодел.

– Вы тоже участвовали в родео? – спросила его, хотя и так подозревала ответ.

– Конечно! – немного возмущенно ответил мистер Гибсон, – в свое время я был признан лучшим в нашем штате. Мой рекорд еще никому не удавалось побить в то время.

Я слушала его, позабыв обо всем. Оказывается, Техас является родиной родео и ежегодно в штате проводятся фестивали. Обычно они длятся три недели, и за это время каждый может найти себе занятие по душе.

Аттракционы, животноводческая выставка, концерты местных групп, отдельные программы для детей. Услышав про поросячьи бега, я смеялась до слез. Но больше всего меня заинтересовали скачки на диких быках и неоседланных лошадях. Мистер Гибсон рассказывал мне о том, как происходит сам процесс укрощения быка, и мне казалось это завораживающим. В своем воображении мне виделось это цирковым трюком, и теперь я уже и сама горела желанием посмотреть на это представление.

– Но ведь это опасно? – опомнилась я, – а если бык скинет наездника?

Мистер Гибсон громко хмыкнул и приподнял штанину, оголяя ногу чуть выше щиколотки и демонстрируя уродливый зигзагообразный шрам, который даже со своего места я смогла рассмотреть.

– Единственный раз со мной такое случилось, милая, – вздохнул он недовольно, – и как видишь, сразу напоролся на рога бычка, который показал, кто из нас двоих главный.

Стоило лишь представить эту картину, как меня тут же передернуло. Нет, мне определенно не нравится родео. Пропало всякое желание смотреть на это безумство. Разве что на поросячьи бега одним глазком…

***

В преддверии праздника на ранчо был выходной. Но, как объяснил мне мистер Гибсон, Тайлер все равно работал вместе с несколькими ковбоями.