Игра в чужую жизнь

16

Эйдан

Время, проведенное с Элизабет, вызывает привыкание. К такому выводу я пришел после того, как девушка ответила согласием на моё предложение две недели назад. С того времени мы всегда вместе. Узнаем, знакомимся, познаем друг друга.

Мне постоянно хочется быть рядом с ней. Прикасаться, смотреть на нее, слушать ее мягкий голос. Я ловил себя на мысли, что постоянно думаю о Лиз. Она все буквально пропитала собой. Я весь в ней. И мне это нравится. Рядом с ней я чувствую себя полным сил и решимости. Мне кажется, что я могу абсолютно все, особенно, когда Эли смотрит на меня своими зелеными глазами. Прожигая и побуждая.

Мы не скрывали того факта, что теперь вместе. И я был благодарен всем за то, что никто не сделал из этого особого события. Мне кажется, окружающие просто радовались за меня. Я их напугал после смерти Джейн, когда ушел в себя, не подпуская никого… Кроме этой миниатюрной и с ума сводящей блондинки.

Ухмыльнулся своим мыслям, и парни тут же перевели все свое внимание на себя.

– Чему ты там скалишься, Тайлер? – ехидно спросил Дин.

Моя улыбка стала только шире. Мужчины всегда мужчины. И эти двое, Рик и Дин, не исключение. Они единственные, кто пытался вытянуть у меня правду обо мне и Элизабет. Точнее, их интересовала только одна сторона наших отношений. Сама мысль о том, что я с кем-то буду обсуждать интимные подробности личной жизни, заставляла меня вздрагивать в отвращении. Но парни не теряли надежду.

– Ты хуже миссис Кларк, Дин. Она надает тебе своим костылем по голове за то, что отбираешь ее титул «главной сплетницы Техаса», – сказал я.

– Точно! Если так уж хочется почесать язык, почеши его вон о ту деревяшку. – Заржал Рик.

Так, подшучивая друг над другом, мы снова принялись за работу.

***

После обеда я быстрым шагом направился в дом. У меня было просто неконтролируемое желание увидеть Лиз. Точнее, ее глаза.

Зашел в дом и, перепрыгивая через две ступеньки, оказался около двери девушки. Нетерпеливо постучал, точно зная, что она находится в комнате, но не желая просто так врываться.

Спустя пару секунд, Элизабет открыла дверь и с удивлением посмотрела на меня. Я быстро зашел в комнату, оттеснив девушку с прохода, и тут же прижал к себе. Быстро поцеловал в губы, пробуя на вкус и смакуя.

– Эйдан, – с весельем в голосе сказала она, – мистер Гибсон предлагал тебе десерт, но ты сказал, что не голоден. А это был вкуснейший чизкейк.

Поцеловав Эли в уголок губ, я улыбнулся ей и отодвинулся от искушения подальше.

– У меня для тебя подарок, – сразу перешел к делу.

Достал из заднего кармана небольшой сверток и протянул девушке. Элизабет в удивлении подняла брови, но не стала противиться. Мне очень нравилась в ней эта черта. Девушка действительно умела принимать подарки и комплименты. Не бледнея и не краснея.

Она стала разворачивать красный платок, в который завернут подарок, а я в свою очередь не спускал глаз с ее лица. Даже не моргал, чтобы ничего не упустить, впитать каждую ее эмоцию. Полностью развернув платок, девушка застыла. Ее глаза широко раскрылись. Она подняла голову и посмотрела на меня широко раскрытыми глазами. Выкинула на пол платок, у нее на ладони остался лежать гребень для волос.

Я работал над ним в течение последних двух дней. Эли любовно провела по нему кончиками пальцев. Это был небольшой гребень, сантиметров пятнадцать, с вырезанным у основания диким плющом. Ее грудь резко вздымалась и опадала. Девушка облизала губы и перевела на меня глаза. Они светились нежностью и восхищением. Как давно я не видел этого.

– Боже, Эйдан, – на ее лице появилась улыбка, – спасибо! Он прекрасен.

Девушка подошла ко мне и, потянув на себя, поцеловала. Я чувствовал, как ее слегка потряхивает. Тут же положил руки ей на талию и прижал еще теснее к себе, наслаждаясь близостью, упиваясь ее ароматом.

Зарылся одной рукой в волосы Лиз, немного потянул в сторону, направляя и углубляя поцелуй. Почувствовал ее ладони у себя на спине. Эли запустила руки мне под рубашку и начала царапать ноготками вдоль позвоночника, посылая дрожь по всему телу.

Мне стоило огромных усилий оторваться от нее, тяжело дыша, я прижался кубами к ее шее.

– Дюймовочка, остановись.

Но она не послушалась, ее шаловливые ручки уже схватились за пряжку на ремне. Со стоном, я отодвинулся и перехватил запястья со все еще зажатым гребнем в руке.

– Эли, мне нужно работать.

Девушка рассмеялась хриплым, грудным смехом. Он был настолько греховный, что казалось, этот звук можно было ощутить на языке, он был сладким.

– О, да, мистер Тайлер, я и рассчитываю на то, что вы выполните свою работу на отлично.

Тело дернулось и ответило на этот призыв, но остатком мозга я понимал, что сейчас главное закончить работу.

– Лиз, я про свою настоящую работу, – тяжело проговорил, смотря ей в лицо и замечая, как девушка покрывается легким румянцем.

– М-м-м… И я про нее, а ты что подумал?

Она растерялась и начала вырывать свои руки из моего захвата. В ответ на это я рассмеялся, подняв ее ладони, поцеловал каждую и лишь после этого отпустил.

– Ты не забыла про выходные? – поинтересовался на выходе из комнаты.

– Нет. Я помню про то, что мы едем к твоей маме. Только мне до сих пор не кажется это хорошей идеей.

– Хей, – взяв за подбородок, нежно поцеловал блондинку в губы, – это отличная идея. Ты же знаешь, как мама обидится, если я приеду один, без тебя. И она тут же заставит меня садиться обратно в машину и привести тебя к ней.

Лиз печально вздохнула и кивнула.

– Знаю. Твоя мама… очень предприимчивая женщина.

Да, мама она такая.

***

4 июля для каждого американца стал уже не просто очередным выходным днем, а чем-то большим. Многие привыкли отмечать День Независимости нашей страны в кругу семьи. Атмосфера праздника витала вокруг. Люди радовались и действительно почитали этот день.

Мы с Элизабет выехали еще на рассвете, чтобы не попасть в пробки. К дому матери ехать около четырех часов. Вчера я заработался допоздна и, когда пришел пожелать спокойной ночи Дюймовочке, она уже крепко спала.